Френки выпятила нижнюю губу и наморщила нос. Задумавшись, она отвела взгляд от моего лица.

— Но ты ведь взрослая. Сколько лет надо прожить, чтобы знать ответы на все вопросы?

— Даже старики не могут знать все на свете. Взрослые, даже самые умные, то и дело совершают ошибки.

— А ты когда-либо совершала ошибки?

— О, конечно! Сотни, тысячи раз…

— Расскажи мне о своих ошибках!

Френки тесно прижалась ко мне. Кончиками пальцев девочка теребила края бумажного пакета, в котором был хлеб. Я заметила, что ее расчесанные на прямой пробор волосы вряд ли можно было назвать эталоном чистоты.

— Это будет очень долгий рассказ, а я очень устала. Будь хорошей девочкой, помоги мне накрыть на стол.

Френки оказалась добросовестной помощницей. Она беспрекословно согласилась вымыть руки, протерла клеенчатую скатерть влажной тряпкой и расставила на столе бело-голубые чашки с нарисованными мельницами и тюльпанами — самый дорогой сервиз в коттедже. Френки расставляла посуду бережно и внимательно следила за тем, чтобы рисунки на чашках и блюдцах совпадали. Я зажгла два фонаря, порезала хлеб, намазала его маслом и выложила джем в фарфоровую мисочку. Серебряная ложка для джема, которую я обнаружила на дне в ящике комода, оказалась как нельзя кстати. Едва дождавшись, пока чай в чайнике настоится, я залпом выпила две чашки обжигающего напитка. Френки захотела лимонада. Титч крепко спала на диване. Она не открыла глаза, даже когда я укутывала ее одеялом. Ее щеки раскраснелись от ветра, слюна засохла на верхней губе. Во время сна Титч посапывала и делала сосательные движения ртом.

— Ее до сих пор кормят из бутылочки? — спросила я Френки.

— Да, она все еще сосет соску. Но мы вчера потеряли бутылку — она упала в реку. Бутылка покатилась по склону, Уилл попытался поймать ее, но бутылка утонула. Вот поэтому Титч такая уставшая. Она не спала всю ночь, потому что привыкла засыпать с соской. Нам пришлось закрыть Титч в ванной, чтобы мама немного успокоилась, но Титч орала так громко, что ее было слышно даже из ванной.

Домашних проблем Рокеров, пожалуй, стало слишком много. Я решила оказать практическую помощь незадачливому семейству. Вытащив из сумки кошелек, я сказала:

— Я закончу накрывать на стол, а ты сбегай в магазин и купи новую бутылочку.

Выложив печенье и яблоки на тарелку, я собралась было взбить подушки, но кресло манило, обещая мягкость и уют. Я присела на секунду и закрыла глаза. Хлоя устроилась у моих ног.

Я мчалась вдоль длинной пустынной дороги. Указатели расстояния сменяли друг друга с невероятной быстротой. Перед моим взором открылась река, наполненная белой как снег мукой. Река бурлила так грозно, что я боялась ступить в нее. Поток закружил меня. Я спотыкалась и падала, не в силах противостоять стихии. Страшный шум заглушал все вокруг. Вдруг на другом берегу я увидела Алекса. Он устанавливал на склоне огромный капкан со стальными зубьями. Я отчаянно махала руками, пытаясь привлечь его внимание, но Алекс был слишком занят, он даже не поднял глаз на мой призыв…

— Просыпайтесь, просыпайтесь, мисс! — Я открыла глаза. Френки склонилась надо мной и дергала за рукав. — Вам приснился страшный сон? Я тоже иногда вижу страшные сны. Тогда я зову Уилла.

Я выпрямилась в кресле. Мои веки казались тяжелей свинца, сердце бешено колотилось.

— Уилл? — переспросила я. — Разве он успокаивает тебя?

— Он кричит, чтобы я заткнулась и снова шла спать. Но я чувствую себя гораздо лучше, услышав его голос. Посмотри, какую милую бутылку я купила, — Френки с гордостью протянула бутылочку. Затем она окинула взглядом стол. — Можно я поем чего-нибудь?

— Намазывай джем, не стесняйся.

— Разве этой ложкой можно намазать джем? — Френки с сомнением поглядывала на крохотную ложечку.

— Возьми немного джема из миски, положи его на край тарелки, а затем используй нож для того, чтобы намазать джем на хлеб.

Френки старательно следовала моим инструкциям. Чтобы не капнуть джемом на стол, она держала под ложкой раскрытую ладонь. Френки высунула язык, ее лицо покрылось испариной от напряжения.

— А у меня нет ни братьев, ни сестер. Я всегда чувствовала себя слишком одинокой.

— Я так хотела бы, чтобы у меня никого не было. Рут постоянно командует, а ведь она старше меня всего лишь на четыре года. Она заставляет меня делать то, что сама не любит. Например, Рут заставляет меня прочищать забитую раковину в кухне. Из раковины всегда ужасно воняет. Рут во всем копирует маму. Она орет на меня: «Скорее подними задницу с кресла и помоги мне!» Рут кричит так, потому что так обычно выражается мама. Мне надоело каждый день выслушивать ее упреки. Иногда, когда Рут кричит, я готова ее убить. А еще я ненавижу Уилла… Печенье выглядит аппетитно. — Когда я предложила Френки его попробовать, она с жадностью схватила печенье с тарелки и сорвала блестящую обертку. — О, как вкусно! — Хлоя зарычала. Малышка засучила ножками и заплакала, не открывая глаз. — Посмотри, что ты наделал, Уилл! Ты разбудил ее! — Уилл ворвался в комнату без стука. Он проигнорировал упреки сестры и уставился на угощение. Уилл протянул руку к печенью, но Френки выхватила тарелку. — Нет, ни за что! Сначала ты должен съесть хлеб с маслом. Мисс не разрешит больше приходить в гости, если ты меня не послушаешь!

Между братом и сестрой разгорелась нешуточная перепалка. Уилл назвал Френки глупой коровой. Хлоя громко лаяла. Малышка расплакалась. В эту минуту я пожалела о том, что вообще связалась с детворой.

— Привет! — в дверном проеме появился Гай. — Это частный сумасшедший дом? Могу ли я присоединиться к вашей милой компании? Фредди, дорогая, ты выглядишь, как присыпанная мукой булочка. Кто эти замурзанные дети?

— Подожди секунду, — я обхватила голову руками. — Френки, отправляйся в кухню и наполни бутылочку молоком. Хлоя, замолчи!