– Как бы я не хотел отрывать вас, но у нас есть еще одна проблема, – проговорил Брюс.

– Какая? – Джастин посмотрел на него.

– Удар по Люку придется отложить.

По моей коже пробежались мурашки, вспоминая те времена, когда Люк взял меня в заложники. Я перевела взгляд на Джастина, зная, что сейчас он, скорее всего, вскипал от злости, и я была права. Ненависть отразилась в глубине его шоколадных карих глаз. Тьма застилала его взор, его зрачки расширились и потемнели. Никто из нас не произносил ни слова, зная, что он на грани и если кто-нибудь сделал бы хоть что-нибудь отдаленно раздражающее, то это толкнуло бы его через грань.

Вдруг журнальный столик, вокруг которого мы сидели, перевернулся, и всё, что было на нём, оказалось разбито. Мы все вскочили, подняв глаза, чтобы увидеть, что это сделал Джастин. Пнув стол, Джастин ушел. Мы все молчали, не зная, что сказать или сделать. Я кусала губы, решая, идти мне за ним или нет. После нескольких минут рассуждений, я встала.

– Я, наверно, схожу посмотреть в порядке ли он…

– Не думаю, что это хорошая идея. – Джон схватил меня за запястье, прежде чем я сделала шаг вперёд к Джастину. – Дай ему немного остыть. Он сейчас находится под большим давлением, если ты не заметила.

Я кивнула и села обратно.

От лица Джастина:

Я чувствовал себя так, будто все и всё вокруг было против меня. С тех пор, как я облажался с Паркером, кажется, словно моя карма возвращается. Келси увидела меня, и пришлось убедиться, что она не расскажет копам. Брюс пытался упрекнуть меня, Кайла вела себя как сука, я, в конце концов, влюбился в девчонку, ставшую свидетельницей всего произошедшего. Люк пырнул меня ножом, а затем похитил Келси. Джейсон вернулся и напомнил о прошлом, я помирился с семьей, и вот все снова вернулось на круги своя.

Копы снова гонятся за мной, и я понятия не имел, выйдет ли что-то хорошее из моего плана заставить Карли помочь нам. В конце концов, эта стерва может отказаться и мне придется впутывать Келси или принять удар на себя и оказаться в тюрьме. Но, что подумают родители, когда узнают об этом? Простят ли они меня снова? Я покачал головой, эта мысль была наивной. Конечно, же, нет. Они будут ненавидеть меня, и кто знает, смогут ли они простить меня снова?

Родители Келси съели бы ее живьем, если бы ее допрашивали о моем местонахождении. И я ни за что на свете не потяну ее за собой на дно.

Это было моей ошибкой. Моей битвой. Не ее.

Запустив руку в свои волосы, я потянул за концы, желая вырвать себе, все волосы на голове, потому что это было бы менее болезненным, чем то, что приходится обдумывать все это. Я пинал камни, которые разлетались по лужайке, пытаясь отлечь свои мысли.

Тот факт, что надо перенести удар по Люку, до ужаса раздражал меня. Я не был трусом, я его не боялся и именно это я хотел донести до него. А теперь? Я выгляжу, как чёртов тормоз. Ждать неделями, прежде чем нанести удар это смехотворно. Люк должен был заплатить за то, что когда-либо посмел прикоснуться к Келси и пытался показать, будто он лучше меня. Но я знал это игру, лучше, чем он.

Я был игроком номер один в течение многих лет, и все же находится кто-то, пытающийся отнять мой трон. Засунув руки в карманы джинсов, я смотрел вперёд, позволяя воздуху обдувать моё тело. Я услышал шорканье недалеко от меня. Встревожено повернув голову, моё тело напряглось, но моментально расслабилось, когда я понял, что это Келси. Она одарила меня улыбкой, медленно направляясь в мою сторону.

– Ты в порядке? – пробормотала она, стоя рядом со мной. Я отвернулся. Я пожал плечами и облизал губы.

– Наверное.

– Ты казался очень расстроенным.Ты уверен, что с тобой все хорошо?

– А ты как думаешь, Келси? – вздохнул я. – Копы ищут меня, а теперь еще и приходится отложить удар по Люку, – я покачал головой. – Я не могу передохнуть.

– Эй… - она прижала руку к моей спине. – Всё будет в порядке. Я поговорю с Карли и попытаюсь убедить ее. Уверена, она поможет.

– Не в этом дело, – пробормотал я. – Все дело в том, что все происходит так стремительно, и у меня совсем не бывает времени расслабиться.

– Такой образ жизни может быть действительно утомительным, верно? – прошептала она, её голос, лёгкий, как ветер.