Я ненавидел, что пропускал школьную программу, новые зубки и важные этапы.

Я так чертовски сильно скучал по своим детям.

Скучал и по Кейт тоже.

Я решил, что когда в следующий раз позвоню домой, извинюсь перед Кейт. Она не заслужила плохого отношения, когда уже ужасно себя чувствовала.

И какого черта ее все еще тошнило? Разве это не должно было уже прекратиться?

Беспокойство за мою семью обосновалось внутри меня и не покидало долгое время.

8 глава

Кейт

Когда Шейн позвонил во второй раз, я позволила тете Элли ответить, пока сама возилась с детьми.

В третий раз меня не было дома.

Но на четвертый раз дядя Майк и тетя Элли уехали в Орегон, и у меня не осталось выбора, кроме как поговорить с ним, по крайней мере, до того, как отдать телефон.

— Алло, — ответила я ровно.

— Кэти? Это я, — сказал он нерешительно.

— Привет, Шейн. Сейчас позову Сейдж.

— Подожди! — крикнул он, прежде чем я убрала телефон в сторону.

— Что такое?

— Как дела у детей? Как ты? — спросил он, в его голосе почти сквозило отчаяние.

— У детей все хорошо. Келлер устроил сегодня истерику, потому что ему пришлось делиться своим «Лего» с Гевином. Сейдж сегодня дома, потому что учительница заполняет табель успеваемости. Ганнер продолжает засовывать мою косметику в рот, отчего сегодня все его лицо в блеске для губ. Это восемнадцатичасовая смена, и я не могу взять отгул.

Он рассмеялся, и я улыбнулась.

— А ты? — спросил он осторожно.

— Я в порядке.

— Тебя еще тошнит?

— Нет, не переживай. Я на высоте.

— Я не за этим спрашиваю.

— Все хорошо, — я полуфыркнула-полурассмеялась.

— Я правда сожалею, Кэти.

— Тебе не о чем сожалеть, — ответила спокойно. Я не собиралась снова играть с ним в эту игру. И так устала от того, что он отталкивал меня, а затем снова притягивал, казалось, этому нет конца. Думаю, если бы он и правда сожалел, то не стал бы снова и снова обижать меня.

Я знала его прошлое. Все детство Шейна перекидывали из одной приемной семьи в другую. Знаю, что ему было тяжело, сначала думать, потом говорить, особенно на эмоциях. Это объединяло нас. Однако я никогда не была тем человеком, который набрасывался на кого-то в гневе, как Шейн. Наши истории были абсолютно разными, и именно поэтому я часто прощала его. Но в какой-то момент ты должен, черт побери, вырасти, и вести себя как взрослый.

— Перестань так делать, — сказал Шейн.

— Как?

— Как будто я не ранил твои чувства! — прорычал он в телефон.

— Ты не ранил. Ты переживал о детях, я понимаю.

— Черт побери, — он вздохнул.

Мы молчали некоторое время, прежде чем он снова заговорил.

— Ты понимаешь, как мне тяжело? — спросил он. — Тебе плохо, и я ни хрена не могу с этим сделать, потому что, черт побери, застрял здесь. Не имеет значения, как сильно тебе плохо или что происходит дома. Я. Застрял. Здесь.

— Знаю, должно быть, это тяжело.

— Мне жаль. Я не должен был срываться на тебя в последний раз при нашем разговоре. Я не зол на тебя.

— Хорошо.

— Перестань делать вид, что все хорошо.

— Шейн, я не хочу препираться с тобой. Ты ненавидишь меня, ты хочешь меня, ты думаешь, что я крутая, затем я тебя раздражаю. Я беременна и забочусь о твоих детях. У меня нет времени и энергии переживать о твоих чувствах ко мне.

— Кэти... — он затих на долгое время. — Я был расстроен, что ты сейчас переживаешь сложный период, и так плохо отреагировал. И причина не в том, что я думаю, что ты плохо заботишься о моих детях. А в том, что я зол, потому что меня нет там, чтобы позаботиться о тебе и детях.

— Ну, сегодня ты разговорчивый, — ответила я, но шутка так и не была оценена. Я не знала, что делать с его словами. Не знала, как ответить.

— Дерьмо, Кейт. У меня было две недели на это. Я прокручивал извинения в своей голове, — пробурчал он, и я хихикнула.

— Просто будь помягче, хорошо? — попросила, выходя из кухни, где готовила ужин. — Тебе не нужно срываться на меня каждый раз, когда ты переживаешь или что-то такое. Это истощает и бесит меня.

— А ты играть в молчанку.

— Чертовски верно.

— Ты в порядке? — он внезапно сменил тему.

— Да, Шейн, я в порядке. Становлюсь круглее. Доктора говорят, что такое случается.

— Бьюсь об заклад, что ты чертовски милая. Ох, говоря о тебе милой… Здесь есть компьютер, поэтому мы можем общаться по «Скайпу». Ты можешь установить его на свой?

— Шейн, я веб-дизайнер. У меня есть «Скайп».

— Идеально. Черт, мое время заканчивается, — сказал он, когда я услышала чей-то голос на заднем фоне. — Позвоню снова, как смогу. Скажи детям, что я их люблю, хорошо?