– Нет, отец, – ответил Шустен.

– Хорошо, – кивнул Аббан. – Надеюсь, твой брат столь же разумен. Если покажете себя достойными, Керан как надо обучит вас с Фахки и вы подниметесь до ха’шарумов.

Руля шестом, воин-шарах подвел Фахки к Аббану. Юноша покраснел от стыда под слоем дворовой грязи, изборожденной струйками слез. Аббан кивнул воину, и тот, освободив Фахки, замер на страже.

– Это Лифан, – указал на шараха Аббан. – Он будет твоим наставником.

Шустен поднял взгляд:

– Ты же сказал, что наставник Керан…

– Будет учить вас воевать, да, – подтвердил Аббан. – Если окажетесь достойны. Лифан будет учить вас чтению, письму и математике. Тому, чему начала учить вас ваша мать, но перестала, когда вас призвали на Ханну Паш. Вы будете выполнять все его распоряжения. Когда научитесь читать, не шевеля губами, и считать без помощи пальцев, мы обсудим, можно ли вам снова взяться за копья.

333 П. В., осень

Джардир таращился на Пар’чина, ища в его ауре лукавство – или безумие. Но Пар’чин был спокоен, собран и крайне серьезен.

Джардир открыл рот, затем захлопнул. Пар’чин рассмеялся.

– Если это шутка, Пар’чин, то мое терпение иссякнет…

Сын Джефа остался спокоен и махнул ему, чтобы тот сел. Сам же в знак доверия стал пятиться, пока не уперся спиной в окно, после чего соскользнул на пол и устроился средь обломков стула.

– Никаких шуток. Понятно, что у тебя голова пошла кругом. Много вопросов небось? Передохни и задай, когда созреешь.

Джардир, ни в чем не уверенный, оцепенел. Боевой азарт испарялся, но Джардир не позволял себе расслабиться, зная, что Пар’чин может напасть, едва он утратит бдительность.

Но в душе он не верил в это. Пар’чин был кем угодно, но не лжецом. Его непринужденная поза напомнила Джардиру о бессчетных часах, которые они провели за расспросами друг друга, говоря обо всем на свете в обоюдном стремлении понять чужие язык и культуру. От расслабленности Пар’чина Джардиру всегда становилось легко, как никогда не бывало при общении со своими.

Он посмотрел на кровать, но та, как и стул, разлетелась под его натиском. Тогда он отступил к противоположному окну и устроился на полу, зеркально отразив позу Пар’чина. Он остался готовым к атаке, но Пар’чин был прав. Поединком ничего не добиться, пока рассвет не уравняет шансы.

«С приходом ночи все распри побоку», – говорилось в Эведжахе.

– Как нам проникнуть в бездну? – спросил Джардир, наугад выбрав вопрос из многих, вихрившихся в голове. – Ты можешь обращаться в туман, как алагай, но я-то нет.

– Это незачем, – ответил Пар’чин. – Существуют земные пути. Мозговики ловят людей и держат их в Недрах живыми. – Он сплюнул на пол. – Так мозги остаются свежими.

– Мы должны отправиться в подземный мир и спасти эти пропащие души, – вскинулся Джардир. – Тогда Эверам…

Пар’чин звучно вздохнул и закатил глаза:

– Если ты каждый раз будешь выдавать свежую догадку насчет «планов Эверама», то мы просидим здесь долго, Ахман.

Джардир насупился, но в словах Пар’чина был смысл. Он кивнул:

– Пожалуйста, продолжай.

– В любом случае тут много не скажешь. – Взгляд Пар’чина был печален и отрешен. – Мозговики считают пустые мозги лакомством. Представь себе десятки поколений, живущих и умирающих во мраке, питающихся мхом и лишайником, – скот, приуготовленный для забоя. Лишенный одежды и даже речи. Уже не люди. Что-то другое. Темные, искалеченные и дикие.

Джардир подавил содрогание.

– Суть в том, – сказал Пар’чин, – что мы можем добраться до Недр многими путями, но все они длинны и извилисты. Уйма развилок, тупиков, ловушек и опасных перекрестков. Нам никогда не одолеть их самим. Нужен проводник.

– И ты хочешь, чтобы им стал князек Алагай Ка? – отозвался Джардир. Пар’чин кивнул. – Как нам заставить его предать своих и отвести нас?

– Пыткой, – сказал Пар’чин. – Болью. Демоны не ведают верности и берегутся плена. Этим можно воспользоваться.

– Похоже, ты сомневаешься, – заметил Джардир. – Как можно хоть в чем-то довериться князю лжи?

– Это слабое место в замысле, – признал Пар’чин и пожал плечами. – Сначала придется одного изловить.

– И как ты собираешься это сделать? – спросил Джардир. – Я убил двоих. Одного застал врасплох, а с другим помогли Лиша Свиток и моя дживах ка. Они крепки, Пар’чин. Дай им мгновение, и они…