Вышла я в какой-то комнате. Вокруг было кровавое месиво. Я увидела чьи-то руки и ноги отгрызенные, обойдя кровать, я увидела голову с остеклёнными глазами цвета янтаря. Отец Мелиссы. До него добрались раньше меня. Я представила следующую жертву, и вновь оказалась в новой комнате. Здесь не было крови, лишь к стене было прижато тело моего неудачного насильника, а из его рта торчал клинок меча. Глаза у жертвы были вырваны. Опять опоздала. Я шагнула за последней жертвой. Я оказалась в темнице. Цепями к стене была прикована Мелисса. Вот с кем обошлись гуманно. Вся одежда цела, не капли крови. Она смотрела на меня все с той же ненавистью.

Я подошла к ней, крепко сжимая в руках нож.

– Будет больно, -мягко сказала я, -Очень.

– Ты не такая. Ты не сможешь, -в испуге запричитала Мелисса, не отрывая взгляд от ножа.
– Я девушка, меня нельзя трогать.

– Правда?
– как-то отрешенно спросила я, надвигаясь на нее.

Я занесла нож, прикидывая с какой части ее лица начать, как словно со стороны я увидела себя: взлохмаченную, озверевшую, потерявшую внутренний свет. Мне стало так мерзко. Это не я, это чудовище, которым я бы никогда не захотела бы стать. Я опустила нож, и взмолилась, обращаясь к Богу и моля дать мне прощение за то, что чуть не натворила, прося принести покой в мое сердце. По моим щекам потекли слезы отчаянья, а в моих устах разносились слова молитв, которые как оказалось я все же помнила наизусть. Какое-то облегчение накрыло меня и боль, и ужас отступили.

Я остановилась, лишь дочитав все всплывающее строки в мозгу до конца, и посмотрела на Мелиссу. Она была словно парализована. Что это с ней? Я обернулась и увидела полное злобы лицо богов: Кнота и Сереста.

– Как ты посмотрела взывать к чужому Богу в нашем мире, -прорычал Кнот.

– И призвать его сюда?
– взревел Серест.

Я испуганно отшатнулась.

– Но Он покровитель людей. Наш Отец и защитник. А к кому мне еще было взывать?
– пролепетала я.

– Так тебе покровитель нужен?
– взревел вновь Серест, и двинулся на меня.
– Сейчас я стану твоим покровителем.

Я взвизгнула, смутно догадываясь как мои покровителем может стать бог вампиров. С другой стороны, на меня наступал Кнот.

– Или хочешь меня в покровители?

– Нет, -взревела я, отступая от них.

Вдруг боги замерли, что-то разглядев за моей спиной.

– Не смей ее трогать, это наша игрушка, Ариабелла, -прогромыхал Кнот.

Я в испуге обернулась, и замерла в восхищении. Передо мной стояла совершенная девушка. У нее была хрупкая фигура и совершенное личико, с аккуратными губками и небольшим носиком. Словно куколка, с огромными глазами, цвета янтаря и пушистыми медовыми ресницами. На лице была россыпь веснушек и небольшой румянец. Волосы того же медового оттенка, что и ресницами, мягкими волнами спускались до бедер. Само совершенство. Она подошла ко мне, и положила мне руки на плечи.

– Я тебя не обижу, -нежным голосом сказала она.

По мне словно ток прошел, и я ощутила внутри себя какую-то непередаваемую волну восторга.

– Отныне я твоя покровительница, -торжественно заявила она.
– Отныне ты-ведьма, Настя.

– Ведьма, но как?
– в шоке спросила я.

– Со всеми магическими последствиями, - мне богиня, и отодвинув меня, пошла к Кноту и Сересту.

– Отныне над ее судьбой вы не властны. Отец услышал ее. А теперь вон.

И те действительно исчезли. Затем богиня посмотрела на меня.

– Настя, я вижу путь своих подопечных. Скоро все будет хорошо. Я не оставлю тебя. Отец и я давно уже следим за тобой и мамой твоей. Отныне мама твоя может прожить жизнь вновь, а тебе осталось пройти еще испытания. Держись и скоро встретимся.

И она исчезла, оставив меня и с недоуменно озирающийся Мелиссой.