Тому не было ни единого доказательства, но в этом имелся смысл. Идеальный тип жертвы Хамелеона — молодая, хорошенькая и миниатюрная, и всегда брюнетка с длинными волосами. Мак посмотрел на Изабель — ее темные волосы скользнули по плечам, но их мягкие изгибы обрамляли ее красивое лицо. Хоть она и улыбнулась ему, Мак почувствовал, как живот скручивает узлом.

— Мы должны просмотреть больничные записи в поисках мужчины с такой раной, — сказал Мак.

— Он может быть не из Лос-Анджелеса, — сказал Диксон. — Или перенес рану много лет назад, до того, как записи приемных покоев были компьютеризированы.

— Или он мог не обращаться в госпиталь, — добавила Изабель.

— Но мы должны проверить, — сказал Мак. — Мы мало что можем поделать, и у нас нет выбора.

В отличие от случая с Эсме, свидетелей пока не обнаружилось. И Изабель не разрешили прочесть ничего из вещей Анджелы.

Зазвонил телефон Диксона.

— Диксон, — сказал тот, отвечая на вызов. Несколько секунд он слушал, и его темные глаза немедленно сосредоточились на Маке, и Мак почувствовал, как волоски на шее встают дыбом. — Мы сейчас же приедем, — сказал Диксон, с грохотом опуская трубку в гнездо и вставая.

Мак вскочил на ноги, мышцы напряглись, готовые действовать. Изабель тоже встала.

— Госпиталь нашел кое-что на записях камер видеонаблюдения, — сказал Диксон. — Это Анджела.

***

Прентисс надел наушники новенького стетоскопа на шею Анджелы. Она оставалась привязанной к операционному столу, хотя в этом едва ли была необходимость. Как и с его предыдущими… пациентами… обезвоживание и утомление делали свою работу.

Он выплеснул ей в лицо стакан воды и смотрел, как она реагирует быстрым вздохом, как приоткрываются ее веки. Она медленно попыталась облизать губы и сохранить то небольшое количество влаги, что еще осталось там.

— Посмотри на меня, — приказал он. Ее глаза начали апатично закрываться. Прентисс нагнулся ниже и ударил ее по лицу, дважды для пущего результата. — Посмотри на меня! — заорал он.

Ее глаза распахнулись и попытались сосредоточиться на нем. Он слегка отстранился, достал из кармана брюк зажигалку и зажег ее — непростой трюк в латексных перчатках. Он осторожно взял конец стетоскопа за черную резиновую трубку прямо над круглым стальным диском, и поместил его над пламенем. Потом он посмотрел в глаза Анджелы.

— Привет, Изабель, — сказал он, улыбаясь.

Брови Анджелы собрались в кучку.

— Всего лишь небольшое сообщение от меня, — сказал он, приближаясь к лицу Анджелы, — тебе. — Его улыбка резко пропала. — Мне не понравилось, как ты испортила мое время с Эсме, — прорычал он. — Но не беспокойся. У тебя будет шанс загладить вину, — жар от металлического стетоскопа разошелся по его пальцам. — И я скажу тебе, как, — произнес он, отстраняясь. — В следующий раз, — он помедлил для драматического эффекта, — я приду за тобой.

С этими словами он бросил зажигалку на пол и поднял руку Анджелы. Ремни на операционном столе звякнули и натянулись, когда она стала извиваться, но все тщетно.

— Нет! — закричала она.

Прежде чем стетоскоп успел остыть, он быстро прижал диск к ее перевернутой ладони. Плоть зашипела, безумный крик Анджелы эхом прокатился вокруг.

— В следующий раз, Изабель, — проорал он, крепче прижимая металл. — Это будешь ты!

— Вот, — сказал Мак, указывая на видео. — Это она, — он стоял возле офицера Дадашьяна, сидевшего за компьютерным терминалом. Мак нагнулся ниже и ближе. — Кажется, она без сознания.

Диксон и Изабель тоже склонились поближе.

— С этого угла, — произнес Диксон, — сказать сложно.

У выхода из госпиталя на парковку камера смотрела из-под потолка.

— Смотрите, что произойдет, — сказал Дадашьян, когда видео продолжило воспроизводиться.

В полной тишине они вчетвером наблюдали за зернистой черно-белой картиной. Хамелеон был одет в белый лабораторный халат поверх слаксов с рубашкой и галстуком. Волосы были седыми, как борода и усы, и он носил очки с толстыми линзами.

Когда он подкатил Анджелу к белому фургону, развернул и поставил колеса на тормоз, стало ясно, что она без сознания — ее голова была пристегнута к подголовнику кресла-коляски. Хамелеон осмотрелся по сторонам, открыл отъезжающую в сторону дверь фургона, а затем расстегнул ремни, удерживавшие Анджелу. Он быстро перекатил ее и воспользовался инерцией, чтобы закатить девушку за дверь и, видимо, на пол фургона.

— Регистрационный номер? — спросил Мак.

— Уже проверяем, — ответил Диксон.