– А как на счет еды? Вы не поверите! Оказывается, они не умеют жевать! Многие чуть не умерли, подавившись обычным хлебом! Они могут только пить. Энки, как такое могло случиться?
– в голосе Миры звучало достаточно иронии.
– Уж что-что, а жевать-то люди должны уметь!

– Не умеют жевать?
– удивился Энки.
– Я никогда об этом не задумывался.
– Наверняка, дело в том, что, исследуя ДНК, я обнаружил, что люди изначально питаются не правильно. Если бы вы узнали, сколько лет можно добавить к человеческой жизни, если убрать все вредные элементы из рациона питания и дать индивидуально сбалансированную еду, наверняка, вы бы не задавали этот вопрос. А зубы? Они же разрушаются под воздействием различных сред во рту! Они желтеют, чернеют, гниют, в конце концов! Поэтому я постарался убрать все вкусовые особенности еды, чтобы не заострять внимание на этом процессе, а сам прием пищи не причинял бы больше вреда человеческому организму. В их одежду я встроил специальные датчики, которые определяют, какие элементы питания необходимы конкретному человеку и наилучшее время для принятия пищи. Разве я не прав?

Все в недоумении вытаращились на Энки, который парил в сантиметре от руки Селвина.

– Ну, ты даешь!
– выдавил Селвин.
– Элементы питания! Ты что, серьезно?

Энки смущенно ответил:

– Но ведь нездоровая еда негативно влияет не только на продолжительность жизни, но и на внутренние органы, причиняя, к тому же, острую физическую боль! Ведь это совершенно нелогично пренебрегать этим!

– Ну да, в этом, конечно, есть свои плюсы, но люди же не машины. Они должны сами выбирать, что и как им делать.

– Но всегда ли люди делают правильный выбор?
– возмутился Энки.

– Это ты точно подметил!
– кивнула Кристел.

– Да ладно, не смешите мои тапочки, - вмешалась Мира.
– Разве можно обсуждать это серьезно?

– Ты права, Мира, но, честно сказать, я бы не отказалась иметь под рукой хорошего советчика, - задумчиво произнесла Кристел.
– Хотя, куда все это приведет... неизвестно. Наверное, люди должны ошибаться, иначе, как мы узнаем, где находится истина?

– Ой, мам, ну ты о чем? Там все совсем по-другому. Они абсолютно не в состоянии думать, а уж тем более выбирать! За них уже все решено и нажевано, - глаза Миры горели.
– А что вы скажете на счет шкафов?

– Каких еще шкафов?
– удивился Селвин.

– Многие спасенные, поселившись в лагере, стали просить шкафы. Это, конечно, удивило наших ребят, но они все же поставили в тентах по одному. И что, вы думаете, случилось? Все беженцы вереницей побежали вешать туда свою одежду, а чуть позже такой же вереницей побежали снова к шкафам, что бы взять ее обратно. Но первый же человек, доставший свой костюм удивленно на него посмотрел, а затем вернул его на место, плотно закрыв дверку шкафа и ничего не говоря, отошел в сторону. И так случилось с каждым из них. Затем все повторилось. Опять вся очередь поочередно открывала дверь шкафа, удивленно рассматривала свою одежду, а затем, обескуражено закрыв дверь, переходила в другую очередь. Это все повторилось снова и снова. Наши ребята, наблюдавшие эту сцену, давились от смеха, когда очередь пошла в шестой раз разглядывать свои костюмы. Но затем все стало на свои места. На вопрос в чем дело, кто-то ответил, что их одежда все еще грязная и им приходится ждать, потому что смены у них нет, а то, что им дали на замен - им не нравится. Кто-то даже жаловался, что вначале ему было жарко, и он неожиданно стал весь сырой, причем от него исходил ужасный запах. А потом он вдруг замерз. Раньше с его одеждой такого не случалось, и что он лучше подождет здесь свой костюм, чем переживет еще раз подобную ужасную ночь. После долгого допроса, ребята выяснили, что обычно эти люди вечером весят свою одежду в шкаф, особенно если на рукавах появляются красные полоски. Наутро полоски исчезают вместе со всей вчерашней грязью и пылью, а это значит, что одежду можно носить снова. Поняв, что в их мире шкафы служат чем-то вроде стиральных машин, ребята попросили Тора принести в лагерь несколько штук, чем он и занят все утро. Все-таки гигиена очень важна, особенно при скоплении такого большого количества людей в одном месте! Зато теперь они ждут не напрасно.

– Это правильно, - вставил Энки.
– Вся одежда в нашем мире сшита из тканей с миллиардами чувствительных сенсоров, которые выполняют множество действий. Одним из них является поддержание постоянной температуры тела, не зависимо от окружающей среды в диапазоне от -60? до +60? по Цельсию. Поэтому вся одежда должна вовремя очищаться. А что может быть проще как использовать для этого шкафы?

– А что еще делают эти сенсоры?
– восторженно спросила Кристел.

– У них достаточно широкий диапазон свойств. Например, физическое воздействие, такое как вибрирующий или покалывающий массаж. Есть довольно продвинутые программы, поддерживающие ваши мышцы в отличном состоянии, и вам совершенно незачем делать тяжелые физические упражнения, чреватые различными травмами. Еще, например, аналитические действия, такие, как слежение за здоровьем и потребностями людей.

– Это в смысле, можно "сходить" прямо в штаны?
– усмехнулась Мира.

– В принципе, да, - улыбнулся Энки.
– Особенно в детских моделях. Но, в основном, люди в состоянии сами выполнять эту потребность... я надеюсь, - опустив глаза, чуть тише добавил он.
– Но при необходимости одежда может напомнить хозяину, что неплохо было бы дойти до туалета.

– Ужас какой!
– захохотала Мира.

– А почему ужас?
– встала на защиту Энки Кристел.
– Я бы не отказалась ни от костюмчика со встроенным массажером, ни от такого чудо-шкафчика. Сколько времени мне не пришлось бы тратить на стирку-глажку ваших одежек!
– она мечтательно улыбалась.

– Слушайте! Я же чуть не забыл сказать вам что-то важное!
– вдруг воскликнул Селвин, прерывая беседу.

Кристел и Мира удивленно на него посмотрели.

– Было бы глупо вспомнить об этом, когда мама уже уедет!
– усмехнулся он.

– Что ты хочешь сказать?
– взволнованно спросила Кристел.

– Президент предложил Мире ехать с тобой на Мерон!

– Мне!? На Мерон?
– недоверчиво воскликнула Мира, в то время как ее глаза вновь заблестели, предвкушая новое приключение.