Рома медленно повернулся, замер. Ветер играл с его светлыми волосами. Помогал освежиться. Юноша не осмелился идти туда, решил не портить картину, да и вмешиваться вообще. Оторвав потерянный взгляд с белого тротуара, он проследовал обратно в школу. Прибавил скорость. Чтобы не слышать, не видеть больше ничего вокруг себя. В районе груди ощущалась неприятная тяжесть. Ревность напоминала о себе в не самых благоприятных своих сторонах. Больно. Зайдя в саму школу, он поторопился в класс, чтобы вовремя подготовиться к первому уроку.

Юноша, что обнимался с Олесей, сел в машину, что стояла на парковке, и поехал в обратном направлении — откуда приехал. Сама девушка весело шагала в школу, осматривая вокруг себя природу, наслаждаясь, наверно, последней солнечной погодой осенью. И думала, почему же её не встречает Рома.

По сути, день вообще никакой. Никакой во всех своих сторонах. Настроение было мало у кого, никто не хотел учиться. Осенняя тоска разъедала всем мозг, внедряя, что должно быть грустно и одиноко.

– Даже слов нет, -друзья решили зайти сразу после уроков в кафе. Ничего не хотелось есть, хотелось просто чем-нибудь забить рот, забить на всё. Забыться. Рома практически лежал лицом на деревянном столе, смотря в огромное окно на улицу. О него бились миллионы капель, просились внутрь, в тепло.

– Это ужасно, -Костя сидел напротив своего друга, тоже смотря в окно, наблюдая, как люди, много людей ходят с самыми разными зонтиками. И все были тусклых, серых цветов. Как и сами люди под стать погоде, -может, ты перепутал?
– Костя ковырял вилкой лапшу в тарелке, которая уже давно заварилась и остыла. Да, они решили заесть горе дошираком. И это действительно помогало хоть на минуты забыть, что сегодня случилось. Забыть чувства, которые они испытывали вовремя этого.

У обоих юношей взгляды были самые потерянные, как будто утеряли смысл жизни. Рома из-за якобы предательства, хоть они и не встречались, но было жутко обидно. А Костя из-за того, что теперь им попадёт с Владом от завуча, из-за того, что вся школа начинает придумывать что-то неадекватное про «пару в тот вечер».

– Да ты чё, нет конечно, -Рома повернул голову, смотря на друга со всей своей безысходностью, что только была у него в душе, -кстати, ты голубой что ли?

– В смысле?

– В коромысле, -Русоволосый тоже начал ковырять вилочкой в супе, упираясь головой о руку. Это и в правду отвлекало от грубой реальности. Доширак — отдельная империя. Царство. Им можно людей лечить!

– Вообще не смешно, -заявил Костя, закатывая глаза, уже не так эффектно, как он умеет, а устало. Было видно, что он хочет спать, -ладно, смешно.

Друзья улыбнулись, не переглядываясь. Роману было не до того, чтобы спрашивать что стряслось у Кости с Владом. Его друг итак что мог — рассказал.

Погода кардинально изменилась по сравнению с утром.

Последний день в школе. Вчерашний день мальчики убивались, да все трое, у Влада, казалось, это в порядке вещей. У Кости это бывало всегда, но резко менялось настроение, а вот у Ромы действительно всё серьёзно. Олеся не понимала, почему он не разговаривает и не пишет ей. Не звонит больше на ночь. В чём же дело?

«Чувак, да поговори с ней»

«Ага, не поймёт»

«Это тебя не поймёшь. В руки себя возьми, тряпка»

Да, Костя умел поддержать. Рома и правда задумался — нужно ли избегать её? Вечно всё равно не получится. А его лучшего друга очень раздражало то, что он впал в некую депрессию, стал неразговорчив и печален. Был урок биологии. Виленский отключил телефон, кладя его в карман тёмно-синих брюк.

– Можно выйти?

Учитель отпустил Рому, но сказал, чтобы тот был недолго. Набрав номер Олеси, он встал почти напротив её класса. Услышал, что его звонок дошёл. Она скинула. Попросилась выйти.

– Привет, -улыбалась она. Роме снова стало больно. Он лишь кивнул в ответ. В коридоре стояла такая тишина, что резало слух.

Парочка отошла подальше от классов, выйдя к окну. Девушка села на подоконник, поправляя юбку.

– Вчера. С тобой был парень…-Роману было нелегко вспоминать.

– Парень? Петруша?
– кокетливо спросила та, болтая ногами, как ребёнок.

– Вы с ним.?

– Мы с ним? Живём вместе, отвозит меня, а то совсем обленился — жопа.

– Живёте?!
– Русоволосый повернулся к девушке, полуобозлённо смотря на неё, а та испугалась. Она пока не понимала, почему Рома так взбесился. Ведь он не знал всей правды.

– Ну да, с рождения уже, как и все братья с сёстрами, -Олеся протянула тоненькое запястье к руке Ромы, вопросительно смотря на него. Его руки были холодными, как и внутри было. До этого момента.

Юноша приблизился к Олесе. Перехватил её руку крепко и чуть ли не навалил на себя. Но он же джентльмен, поэтому дама осталась сидеть. Без задних мыслей дотронулся своими губами до её пересохших, искусанных. И поцеловал. Первый поцелуй Олеси. И Романа. Оба не знали, как это делается, но читали в книжках и видели по телевизору. Девушка не отстранилась — ответила. Прижалась к юноше, как котёнок, который мёрзнет на улице и запустила аккуратные пальчики в непослушные волосы Ромы.