— Надо уходить отсюда. Нас могут заметить с моря. Город далеко. Надо успеть до него добраться, — требовательно посмотрела она на Рейну.

— Пешком идти?! По такой жаре?! — возмутилась было она.

— Лучше, конечно, гнить за решёткой в замке! — не удержалась от сарказма Кода. — Вставай! Лар, наверное, всю полицию на уши поднял. Думаю, нас вовсю разыскивают. Так что, чем скорее доберёмся до города, тем лучше.

— Думаю, Лар ради тебя и не на такое способен, — странно-изучающе смотря на Коду, намекнула Рейна.

— Ты о чём? — непонимающе посмотрела на неё Кода.

— Да так, — Рейна сделала вид, что ничего особенного не сказала. — Пустяки.

Они двинулись в путь. Долгий, тяжёлый. Хотелось пить и есть. И если Рейна сначала молчала, то через некоторое время её было не заткнуть. Она проклинала всё. Что к ней нет никакого уважения, приходится идти чуть ли не босиком, что она мечтает о горячей ванне и вот только она доберётся до отца — тогда она им всем покажет! Что на такие пешие подвиги она не способна и что удивляется, как у Коды только хватало сил.

Чтобы не раздражаться, Кода представила, что слышит шум радиоприёмника. Так идти было значительно легче. Иначе жалобы на весь мир от избалованной девчонки и её лютое желание отомстить слушать было невыносимо. Три часа. Три невыносимых долбанных часа показались ей вечностью, когда они, после казавшийся бесконечной дороги, вошли в город.

Прохлада. Тень. Люди вокруг. Не в силах больше идти, Кода опустилась на асфальт, оперевшись на стенку дома, увитого виноградным плющом.

— Девочки мои, что с вами случилось? — всплеснув руками, выбежала пожилая женщина из домика.

— Мы потерялись… слегка… — не дав сказать Рейне и слова, произнесла Кода. — Нам бы воды попить, если можно.

— Конечно! Конечно! Заходите в дом! Я вас и обедом накормлю! — не требуя возражений, загнала она их в дом.

Рейна уже было хотела возмутиться, что не станет есть, где попало, но взгляд Коды был красноречивее всяких слов. Молча возмущаясь про себя, Рейна-таки зашла в дом.

Даже не спрашивая разрешения, Рейна первая заняла ванну и проторчала там, наверное, час. Кода в полной мере успела насладиться скромным обедом и немного расслабиться. Долгожданная тишина и прохлада. Солнце тем временем вошло в зенит, и за окном разлился полуденный зной. Немного придя в себя, Кода позвонила сначала Лару, но не нашла его на месте, потом Дэму, но его тоже на месте не оказалось. Отчаявшись, она сделала звонок в полицию и сообщила, кто она и где находится. Теперь за ними должны были приехать.

Из ванной, наконец, показалась Рейна и Кода радостно поднялась со стула на кухне.

— Я уже боялась, что ты не выплывешь, — пошутила она, беря полотенце и закрывая дверь.

Рейна презрительно фыркнула в ответ и прошла на кухню.

Тёплые струи воды освежали и помогали прийти в себя. Хотелось смыть с себя всю ту грязь, что она успела подцепить, смыть запах камеры и пота. К сожалению, мыслей о похитителях смыть было нельзя. Ныряя в ванну с головой, чтобы смыть шампунь, Кода вновь подумала о том, кто бы это мог быть. Будь они на территории Кардиффа, сомнений бы не было. А так… Она допускала ещё один вариант, не имеющий ничего общего с покушениями на Рейну.

Выйдя из ванны, она легла на кровать в предложенной комнате и не заметила, как вырубилась.

Запах пожарищ и крови. Звуки битвы, крики. Всё полыхает от человеческой жестокости. И только она с раной в груди лежит и не может пошевелиться.

— Не уходи, прошу тебя! — человек, похожий на Лара не отводит от неё глаз.

По груди разливается тепло и она чувствует, как силы покидают её.

— Ты нужна мне!

Она поднимается над своим телом и видит обнимающего её Лара.

Кода проснулась в слезах и перевернулась на другой бок.

— Очнулась, — заметила Рейна на кровати рядом. — Что-то случилось? — заметила она слёзы на её глазах.

— Я умерла во сне, — ответила Кода, садясь на кровать.

— Во сне нельзя умереть, — констатировала Рейна.

Кода несколько секунд молчала, вспоминая сон и потом задала вопрос:

— Так что было между тобой и Ларом?

— Я боялась, ты не спросишь, — хитро посмотрела на неё Рейна.

— Я думаю, ты не ответишь, — парировала Кода.

— Почему же? — углубилась в воспоминания Рейна. — Я его с детства не выносила. Он был любимчиком отца, который постоянно ставил мне его в пример. «Лар то, Лар это. Учись, дочка».

— Это не объясняет напряжение между вами.

— Отец хотел сделать из него преемника и женить на мне. Я категорически была против. А потом мы поступили в один университет, да ещё в одной группе оказались. Была вечеринка первого курса, я напилась и полезла к нему целоваться.

Кода тихо подавила смешок.