— Нет, госпожа.

— Называй меня Дилла.

— Госпожа, за это наказывают.

— А если я прикажу?

— Ваше право, госпожа, — Имос встал и поклонился.

— Ладно, иди, — но тут же оживилась. — А откуда ты так хорошо знаешь дом?

— Все дома одинаковы. У разных сословий свои.

— А в этом доме есть комната для рабов?

— Для садовника в подвале, для таких, как я, здесь, рядом со спальней хозяйки.

Разговаривая со Стешей, Имос ни разу не поднял головы, он был напряжен, и ей показалось, что раб очень устал.

— Когда ты последний раз ел? — спросила она, — а когда спал?

— На острове. Сутки назад.

— Я приказываю тебе лечь спать, а я пока приготовлю обед.

— Не губите, госпожа, — Имос рухнул на колени.

— Как мне все надоело. Иди спать, — заорала Стеша, и парень вылетел из комнаты.

Стеша была зла и растеряна. Время идет, а к выполнению задания она еще не приступала. "Как люди могли допустить такое, чтобы один пол настолько доминировал над другим, чего не было даже в древнем мире, — размышляла она, бродя по дому и рассматривая комнаты. — Пока даже не знаю с чего начать. Хотя нет. Уже знаю, — Стеша обнаружила шикарную ванную комнату с небольшим бассейном. — Начну отсюда". Она с блаженством скинула с себя одежду и окунулась в прохладную воду. Нырнула, затаив дыхание застыла в глубине, и с шумом поднялась на поверхность. Вылезать не хотелось, и Стеша стала медленно плавать по кругу, ни о чем не думая. Впервые за длительное время она осталась одна, никаких уродок, рынков и рабов. Она вспомнила Имоса: "Какой он все-таки красивый. В наше время ему бы от девчонок бегать пришлось. А здесь, как деревянный болванчик". Вода ласкала ее обнаженное тело, мозг рисовал картинки с рынка, когда ее раб снимал свою тунику, и в Стеше проснулось желание. Оно было таким сильным, что заболел низ живота, и пересохло во рту. Стеша выбралась из бассейна и схватила одну из бутылок с водой, стоявших на столике у окна. Открыв одну она жадно глотала жидкость, пока жар, вспыхнувший в ее теле, не угас. Она взглянула в окно и увидела молодого садовника, который обрезал какой-то куст. И вдруг знакомая, и неукротимая волна гнева накатила на нее. Стеша открыла окно и бросила в него пустую бутылку. Она разбилась у раба под ногами. Стеша, не обращая внимания на свою наготу, встала на подоконник и крикнула: "Убери все, мерзкий урод". Парень поднял голову и, увидев хозяйку, встал на колени, прямо на разбитое стекло. "И не смотри на меня. Нет! Смотри на меня, — продолжала безумствовать Стеша, — убью!"

По ее телу прокатилась дрожь и девушка, покачнувшись, упала с подоконника на кафельный пол, сильно ударившись спиной. Это привело ее в чувство. Злость ушла, а вместе с ней и эротические мысли. Имос уже не казался ей прекрасным и соблазнительным, а все мужчины представлялись только в виде рабочей силы. Стеша заплакала от обиды за себя. Она шмыгала носом, растирая слезы по щекам, и всхлипывала, как ребенок. "Я уже провалила задание, — причитала она. — Я глупая девчонка, а не пилот". Она медленно встала, и собралась, уже было, нацепить свое дурацкое платье, как вдруг ее взгляд упал на бутылки с водой. И ее осенило: "Вода! Все это происходит, когда я пью воду, — она взяла в руки одну бутылку. — Что же вы туда пихаете, страшилки?" На этикетке был нарисован силуэт женщины в золотом балахоне. Правда женщина в ней угадывается только по этому одеянию. В уголке перечеркнутый контур, стоящего на коленях раба и надпись "Яд".

— Вот почему тот раб испугался этой бутылки. Они пьют что-то другое. — Вслух произнесла Стеша, надела платье и радостно вышла из комнаты. "Это уже что-то. Начало положено" — подумала она

Стеша хотела продолжить обход дома, но вспомнила про бедного садовника. Она взяла аптечку и спустилась в сад, где ее второй раб уже убрал осколки бутылки и продолжал стричь кусты. Его руки были в ссадинах, а коленки в крови. Увидев хозяйку, парень отложил ножницы, и поклонился. Стеша толком и не рассмотрела его на рынке. Сейчас перед ней стоял юноша лет восемнадцати, белокурый, худой и с бледной кожей.

— Как зовут тебя, раб? — спросила Стеша, — говори, не бойся.

— Иван.

— Ого! — удивилась девушка. — Откуда такое имя?

— Его мне дали на острове.

— Опять как-то остров, — подумала Стеша, — надо будет разнюхать.

— Я хочу, что бы ты лег на траву.

Иван повиновался и улегся лицом вниз прямо на клумбу.

— Нет, не так. Ложись на спину. Я хочу обработать твои раны.

В отличии от других рабов этот совсем не сопротивлялся прикосновениям Стеши. Он закрыл глаза, и молча, терпел, пока Стеша смазывала йодом его царапины.

— Иван, иди, поспи. Я знаю, что вы с Имосом очень устали. И опять адекватная реакция: раб встал и побрел в свой подвал.

А у Стеши появилось страстное желание увидеть, как устроился Имос. Она поднялась на второй этаж и нашла комнату раба. Это была маленькая конура без окна: пустые стены, маленький стол со стулом и деревянная кровать без постельного белья с грубым одеялом. На этой кровати спало Стешино чудо. Сладко, крепко. Зеленые штаны аккуратно сложены на стуле. Значит…

Он лежал на спине, раскинув руки. Обнаженная грудь поднималась и опускалась в такт ровному спокойному дыханию. Девушка залюбовалась им: "Как же ты хорош!" Искушение поднять одеяло было велико, живот опять скрутило от сладостной боли, но Стеша задумала проверить свою гипотезу на счет воды. Она закрылась в своей комнате, бросила ключ под кровать и выпила бутылку воды. Все повторилось. Уже через минуту она носилась по комнате, срывая занавески и покрывала, все желания моментально покинули ее. Позже, успокоившись, она рыдала, забившись в угол, осознавая, что ее гипотеза верна и не понимая, что ей с этим открытием делать.

Успокоившись, Стеша спустилась вниз, и осмотрела кухню. Адина постаралась: полки ломились от продуктов. Она нашла кастрюлю и сварила рисовую кашу на молоке. Это было одно из немногих блюд, которые Стеша умела готовить. Хорошо сдобрив кашу маслом, она отнесла кастрюлю в свою спальню и укутала ее одеялом. Так делала ее бабушка и еще приговаривала: "Кашку, Стешенька, надо, как и мужика, держать в тепле до упревания. А потом достать и кушать ложкой не торопясь, но остывать не давать, для сохранения аромата".

Парней Стеша будить пока не хотела и решила осмотреть кабинет. В нем был стол, удобное кресло и диван. Девушка вспомнила, что еще ни разу не видела что-нибудь хотя бы отдаленно напоминающее компьютер или телевизор. Не было их и здесь. Зато на столе лежали рукописные книги и листок, на котором четким мелким почерком было написано: "Надеюсь это поможет моей пациентке вспомнить себя".

— Врачиха все-таки исполнила свое обещание, — пролистав книги, обрадовалась Стеша. — Сегодня ночью будет, чем заняться. От этих мыслей ее отвлек шорох в соседней комнате, где, видимо, проснулся Имос. Стеша выглянула из кабинета и увидела, как он, стараясь не шуметь, идет по лестнице вниз.