– Посмотрим. А почему ты не пробуешь сбежать от своих хозяев?

– Потому что мои хозяева не такие дураки как твои. Как вообще можно было додуматься снять с тебя ошейник?

– Они не снимали, я сам.

– Что!? Как ты сумел? Разве серебро тебя не ранит?
– глаза нарун расширились от удивления.

– Ранит, но я терпел. Не хочу быть рабом.

– Тебя все равно поймают. Тебе не сбежать. Вылезай и мой хозяин тебя пощадит и даст защиту.

Понятно, тут больше не о чём разговаривать. Молча поворачиваюсь и иду на глубину. Страх внутри разрастается, я чувствую, как колотит тёмную. Её страх передаётся мне, сковывая движения. Но я пока контролирую ситуацию и все равно иду. Воды уже по грудь. Пора. Я отталкиваюсь ногами и пробую сделать первый гребок. Неожиданно судорога сковывает тело, и я тону. Пробую вздохнуть, но в горло вместо живительного воздуха вливается вода. Я задыхаюсь и теряю сознание.

Открываю глаза. Я в которой раз в мире темной. А где она сама? Оборачиваюсь и вижу её сидящую на корточках и что-то бормочущую себе под нос. Походу свихнулась. Но без неё мне не выбраться. Подхожу и беру её за шкирку.

– Ты что творишь, тёмная!? Хочешь, чтоб мы оба сдохли?

– Ты не понимаешь, - слышу я тихий, дрожащий шёпот.
– Это вода как-то место, откуда я сбежала.

Рывком поднимаю трясущуюся в ужасе женскую особь и смотрю ей прямо в глаза. Орать бесполезно, надо попробовать по-другому.

– Да похрен, если ты и дальше будешь мне мешать, то скоро там снова окажешься, верни меня обратно и не мешай, я умею плавать и сумею выбраться, - говорю спокойным голосом.

На лице тёмной сквозь застывшую маску страха проявляется надежда. Она кивает головой и меня как будто подхватывает волной и несёт верх.

Я прихожу в себя. Легкие разрывает от боли, руки отчаянно бьют по воде. Но тут ноги касаются дна. Отчаянный толчок и я пробкой вылетаю на поверхность реки.

Ура!!! Крик безграничной радости вместе с водой вылетают из моего горла. Я смог. Мы смогли. Делаю первый гребок, затем второй. Чувствую сильный страх внутри, тёмная на пределе, надо отвлечь её разговором.

Я плыву. Не сильное течение понемногу сносит меня. Вдруг сзади раздаётся животный отчаянный вой. Прощай нарун.

Второй день.

Брин стояла на берегу, сжав кулаки в бессильной злобе. Этот оборот сделал её. Причём не в драке, это бы она смогла пережить. Каждый опытный боец знает, что когда-нибудь он встретит кого-то сильнее себя. Это стимул стремиться становиться лучше и лучше.

Нет, он сумел сделать то, о чём все демоны даже думать разучились. То, что долгими тренировками и пытками загоняется глубоко внутрь. Он смог освободиться от рабства.

За спиной раздался шум, и показались люди барона верхом на взмыленных лошадях.

– Где он, - послышался раздражённый рык барона.

– Ушёл, - ответила нарун, опустив голову.

– Ты как его упустила тварь?
– заорал барон и ударом сапога свалил девушку на песок. Та молча встала, даже не пытаясь вытереть кровь с разбитого лица.

– Как он ушёл?
– вмешался один из троицы колдунов.

– Уплыл по реке.

– Ты что несёшь? Как нечисть смогла пересечь большую воду?
– удивился быстро отошедший барон.

– Я не знаю, он и цепь сам смог снять.

– Тогда это не нечисть, графу всунули подделку, - вынес решение колдун.

– Нет, я сам видел, как Брин разодрала ему грудь до самого сердца, а на следующий день он уже бегал, как ни в чём не бывало, - ответил задумавшийся барон.

Колдуны переглянулись и синхронно кивнули головами, как будто соглашаясь с чем-то.

– Мы прекращаем наше сотрудничество, - безразличным голосом сказал другой, молчавший до этого, колдун и все трое повернулись.

– Стойте, вы ещё не отработали мои деньги, - раздался возмущённый вопль барона. Видя, что троица никак не реагирует, он быстро засунул руку под пластину нагрудной брони.

Колдуны разом повернулись.

– Твой амулет Ильдара конечно силен, и твои воины смогут нанести нам повреждения. Но не смертельные. А вот мы убьём всех. Подумай, стоит ли?

Барон вытер вмиг вспотевшее лицо.

– Нет, не стоит, идите с миром. Грёбанные ублюдки, - добавил он тихим голосом.

Плыву по реке уже часа четыре. Вверх лицом и раскинув ноги. Хорошо. Лицо греет тёплое солнышко, ветерок гонит по воде небольшую рябь.

Времени много и есть, о чём подумать. Как только оказался на свободе, ненависть к графскому семейству поутихла. Этот эпизод моей жизни закончился, надо думать, что дальше. Я точно не испытывал сожаления по поводу того, что оказался в этом мире. Даже несмотря на все пытки и унижения, тут было интересно.

Обратно в мой мир, по сути такой же пакостный как этот, меня не тянуло. Там все подлости делают с улыбкой по Карнеги, а тут этим пока не заморачиваются. Просто бьют и унижают. Короче, попроще с этим тут.