Сейчас я накормлю Томаса Кента и восполню все потраченные на любовь силы этого мужчины. Как ни крути, а муж мне нужен энергичным и улыбающимся, смелым и сильным, прекрасным и совершенным. Интересно, если бы я пришла в агенство знакомств с такими требованиями, смогли бы они найти мне хоть одного подходящего мужчину? Ох, вряд ли. Выкладываю хлебцы к нарезке и улыбаюсь. Какая я все-таки молодец!

Гордо шагаю в спальню с подносом в руках. Ну, Кент, открывай рот от удивления, благодари всех богов за такой щедрый и прекрасный подарок, как Элизабет Купер! За что тебе только так повезло в жизни?

— Ммм, — улыбается Томас, поправляя подушку, — кто-то все-таки вспомнил о своём супруге и решил его накормить.

— Это не так уж и легко, Томас. Я не дурака валяла, а готовила.

— Правда? А почему тогда я вижу здесь все, что купил ранее?

— Не придирайся, — бью несильно по ноге благоверного, — я сделала тосты. Давай, наяривай, пока я не передумала и не съела все сама. Ты знаешь, я могу.

— Точно, — смеётся мужчина и делает себе бутерброд. Откусывает большой кусок и меняется в лице. Медленно прожёвывает и смотрит мне в глаза. — А ты сама это пробовала?

— Что? Тосты? Нет. Все для тебя.

— Попробуй, — протягивает мне свой бутерброд.

— Я чувствую подвох.

— Открой рот, Элизабет.

— Такой властный, — хмыкаю и послушно откусываю бутерброд. И в этот момент происходит практически землетрясение: скулы сводит, язык горит, по макушке словно бьют кирпичом, а на глаза наворачиваются слезы.

— Сколько горчицы ты добавила, Лиззи? — смеётся Томас. Ненавижу его. Паразит. Грозно смотрю на мужчину перед тем, как побежать на кухню за минералкой. Кошмар какой! Мой рот в огне! Кто вообще покупает такую ядреную горчицу? Кто, кто? Чертов Томас Кент!

***

— Которая из них твоя сестра? — спрашивает Томас, указывая на толпу девиц, идущих вдоль терминала.

— Милый, поверь, мою сестру ты узнаешь из тысячи безликих девушек. Даже ни разу не видев её до этого, — заканчиваю фразу, улыбаясь. Впереди идёт стройная блондинка, высоко задрав нос, разговаривая с очень высоким симпатичным парнем. К слову сказать, парень несёт четыре сумки, помимо своего чемодана, розовый рюкзак и гитару на спине.

— Это твоя, — безошибочно тыкает пальцем в толпу мой супруг, — точно девушка семейства Купер.

— Бинго, — смеюсь, подмигивая Томасу.

— Она же должна была прилететь одна.

— Она и прилетела одна.

— А что это тогда за бедолага, увешанный красно-розовыми сумками?

— Мистер Кент, если парень хочет помочь хрупкой девушке, разве можно ему отказать в этом?

— Точно.

Джул осматривает терминал с сердитым лицом, но черты её лица сразу же смягчаются, как только она видит меня.

— Лиззи! — кричит сестрёнка и бежит ко мне, раскрывая руки для объятий.

Громко хохочу, отбегая от Томаса и несусь навстречу сестрёнке.

— Джули!

И тут можно представить наши прекрасные стройные тела в замедленной съемке, как в каком-нибудь качественном и популярном фильме:

Мы бежим, выкрикивая имена друг друга по слогам, наши груди раскачиваются в такт каждому движению, волосы волнами устремлены назад, а в глазах горит огонь долгожданной встречи. И все бы ничего, но давайте смотреть на ситуацию откровенно — перед вами девчонки Купер… Поэтому моё лицо резко меняется, когда нога Джул подворачивается и она летит вперёд, падая на меня. И может быть другая девушка бы спасла свою родню от падения, но во мне это не заложено генетически, поэтому я начинаю махать руками, как птица крыльями, и падаю прямо на пятую точку вместе с моей сестрой сверху. Держу пари, работники терминала сольют это видео на ютуб. Да ещё подпишут как-нибудь по-идиотски, типа, “падение двух блондинок”. Заранее ненавижу последствия публичных падений. Но сейчас это не имеет никакого значения.

— Как я скучала! — визжит Джул, начиная осыпать меня поцелуями. Её совершенно не волнует, что я вполне могла удариться. Как и то, что её юбка почти вся сейчас задрана на поясе. Без комплексов девица, однозначно.

— Боже, Лиззи, ты в порядке? — подлетает Томас, пытаясь стряхнуть с меня сестру и осмотреть моё несчастное тело. Хоть кому-то на меня не все равно.

— А ты — Томас! — восклицает Джул и вешается на шею моему мужчине, сбивая и того с ног. А что? Лежать всем! Джул приехала!

— Я не скучала по тому, что ты вечно падаешь! — пытаюсь казаться злой, но надолго меня не хватает. Дергаю сестру к себе и зажимаю в объятиях, — моя неуклюжая радость! Привет, дорогая!

— Привет!

И в этот момент все вокруг отступает на второй план. Знаете, бывают такие моменты, когда ничего тебя не волнует, кроме человека, который сейчас перед тобой. Тем более, когда этот человек тебе очень дорог. Поэтому мы сидим на полу и обнимаемся, с огромной силой сжимая кости друг друга. Джул что-то шепчет, а я ей отвечаю. И совершенно неважно, что мы произносим, потому что мы и сами этого не понимаем — мы просто чувствуем друг друга и наслаждаемся тем, что наконец-то встретились.