Она встала, и складки ее юбки расправились, очерчивая изгиб ее бедер и давая ему слишком четкое понимание, что под этой тканью ее ноги были голыми.

– Твоя лодыжка, - пробормотал он, а она лишь рассмеялась слегка дрогнувшим смехом.

– Едва ее чувствую, - заверила его София, и сделав один шаткий шаг, прижалась к его телу, оказавшись в его объятиях и наклоняя лицо для поцелуя.

– Я здесь главная, и я хочу тебя, - пробормотала она, и Доминик оказался потерян.

Глава 5

София едва могла поверить в то, что она делает, что чувствует, и все же это было правдой. Ей вдруг до боли захотелось ощутить его тело на своем, и она гадала, не чувствовала ли это с момента их первой встречи. Она гадала, не этого ли ждала годами, сама того не ведая. И когда она рухнула в его объятия, в этом было что-то правильное, настолько правильное, что ее мозг попытался ее остановить.

Ты знаешь его всего несколько часов, пытался сказать ее разум. Он может оказаться кем угодно. Он может сотворить с тобой что угодно!

И я хочу, чтобы он это сделал, яростно подумала она и знала, что это правда.

Она обвила руками его шею, опуская его голову для отчаянного поцелуя. Первое прикосновение их губ было электризующим, и это не просто красивая метафора.

– Ой!

София отстранилась, быстро заморгав. Проскочившее между ними статическое электричество буквально ошеломило ее, но Доминик успокаивающе привлек ее к своему телу.

– Всего лишь заряд статического электричества в воздухе, - сказал он.

На мгновение София опустила взгляд на его ботинки и простой деревянный пол. Внезапно его рот поддразнил нежный изгиб ее ушка, и это заставило ее съежиться. Электричество, казалось, разрядилось, и его рот нес с собой лишь мягкость, жар и страсть. Она стояла неподвижно, прикрыв дрожащие веки, пока его умелый рот ласкал мочку ее уха, а потом прикусил. Доминик хихикнул, услышав ее тихое восклицание, и когда она уже собиралась что-то сказать, он прижался губами к ее шее, заставляя ее растаять.

София тихо ахнула от удивления, когда Доминик внезапно сел на кровать и усадил ее себе на колени. В такой позе она отчетливо ощущала под собой его сильные мускулистые бедра. Она поерзала для пробы, и теперь пришла его очередь ахать.

– Так приятно чувствовать тебя, - произнес Доминик, глядя на нее снизу вверх, и неприкрытое восхищение в его глазах заставило Софию осмелеть - оно сделало ее смелой как никогда.

– Готова поспорить, что знаю, как будет еще приятнее...

Прежде чем Доминик успел ответить, она развернулась и оседлала его колени, позволяя юбке задраться на бедрах. София проследила за его взглядом и улыбнулась, потому что знала, что он видит. Ее бедра были длинными, бледными и мускулистыми. Когда он протянул руки и обхватил их, она замурлыкала от удовольствия. Она знала, что он чувствует там мышцы, и судя по возбуждению меж его ног, ему это нравилось.

София запустила пальцы в его светлые волосы, наслаждаясь их густотой и косматостью. Они были чуточку длиннее, чем требовала мода, и София подозревала, что по утрам он просто проходится по ним расческой и отправляется по делам. Доминик издал удовлетворенный гортанный звук, когда она провела пальцами по волосам, расчесывая их. А когда она бережно дернула, этот звук превратился в рычание.

Его руки крепче стиснули ее бедра, и в ответ она нетерпеливо потерлась об него. Чувствительной кожей на внутренней стороне бедер она чувствовала грубый деним, и от этого ее дыхание участилось, и София уткнулась лицом в изгиб его шеи.

– Ты знаешь, чего хочешь, дорогая?
– голос его звучал хрипло и интимно.
– Знаешь, что хочешь со мной сделать?

Она знала. Она хотела ощутить силу его тела вокруг себя, на себе, ощутить, как эта сила наполняет ее и заставляет кричать так, как она мечтала ночами. Она хотела его всего, но слова давались слишком тяжело, особенно когда одна рука изучала изгибы ее бедер, доводя до исступления, а вторая нашла дорогу под ее топ и поглаживала чувствительную кожу поясницы.

– Я хочу этого...
– прошептала она, и от его тихого смешка побежали мурашки.

– Только этого?
– спросил Доминик.
– Я здесь ради тебя, София, и чего бы ты сегодня ни захотела, этим мы и займемся.

– Я хочу всего тебя, - сказала она, и минутное смущение заставило ее прижаться к нему ближе.

Его возбуждение было очевидным, но она так же ощущала сдержанность в его огромном мускулистом теле. В нем имелась мощь, но она усмирялась, чтобы угодить ей, защитить ее, и в тот момент София знала, что это правда. Она действительно хотела его всего, и сейчас ничто другое не могло утолить жажду.