— Идти — да, — поставила я себе диагноз. — А вот работать рукой — нет, — Лиза с сомнением посмотрела на меня, раздумывая, самой отправляться к вампирам и допрашивать их, либо взять меня все-таки с собой.

— Стража Жизни сейчас не хватает, — грустно сказала она. Мы с ней подумали об одном и том же Страже одновременно. Юджин… Он был самым жизнелюбивым и жизнерадостным даже тогда, когда казалось все потеряно и упущено. Он всегда нас поддерживал, заставлял идти вперед… А Лора лишила его жизни. Лишила жестоко и по нашей глупости…

— Думаешь, нас троих хватит, чтобы с ней справиться? — спросила я ее, разминая руку, чтобы привести ее мало-мальски в рабочее состояние. Лиза отвела взгляд.

— Если честно… то понятия не имею, — высказала она мои опасения. — Но мы попытаемся. Как-то одни раз уже с ней справились, — подмигнула она. Да. Речь была именно о Лоре. И о том, что сотню лет назад она чуть не погубила цивилизацию людей. Проще говоря, едва не устроила Апокалипсис… Своеобразный, конечно. И вот, похоже, история опять повторяется. И чем она закончится, только провидцам известно…

В этот хмурый осенний день Стражи чувствовали особо острую опасность от витающих в небе импульсов. Вероника чувствовала беспокойство каждой живой клетки, измеряя комнату шагами, иногда поглядывая в окно. Хрупкая внешне, девушка совсем таковой не являлась. Высокого роста, складная, с длинными светлыми волосами по пояс. Височные пряди заколоты на затылке. Глаза метали молнии из стороны в сторону. Когда Стражница Энергии беспокоилась, она была похожа на живой скальпель — такая же холодная и резкая. В противовес ей Страж Жизни Юджин наоборот относился ко всему со спокойной философией, просто сидя в уютном кресле с книжкой в руке. Жизнь всего живого и имеющего отношения к магии шла своим чередом. Тихо, спокойно. И только в нескольких участках земли сгустилась темная волнующая атмосфера. Но ее было настолько мало, что Юджин решил не заморачиваться и не обращать на нее внимания. Что касается Лирании, то вымотанная задушевными беседами с представителями мертвых, хранивших память, она просто лежала наверху, но постоянно держала руку на своем артефакте — сложно сплетенном браслете, который в ширину был в два пальца, но при этом над ладонью резко расширялся и посредине него был вставлен камень, похожий на аметист. Так она продолжала держать связь с землей, чтобы знать, когда наступит удобный момент для атаки. Другие пытались отговорить ее не пользоваться своими силами, но она не слушала, капля за каплей отдавая на растерзание своей силе свою жизненную энергию. Вероника и Юджин пытались ей в этом помешать, но Лирания и слушать не стала, молча выставив их за дверь про помощи поднятого одного скелета, который был в прошлом гусар, которого она заставила вспомнить, как он охранял от похищения свою девушку когда-то. Просто удивительная способность: пробуждать мертвых не за счет внутренних ресурсов и сложных блокировок, которыми пользовались некроманты, а за счет их памяти, давая ложное ощущение жизни… Люциус находился на балконе, как дозорный, улавливая вести от самой природы. Он был, пожалуй, единственный, кто кое-как ухитрился облегчить страдания Лирании. Он не обладал способностью поднимать мертвых и смотреть на мир их глазами, но смог контролировать их через землю, хоть немного, но давая возможность отдохнуть девушке. Природные стихии как-то тоже вели себя крайне тихо. Обычно где-то обязательно какие-нибудь катаклизмы происходили, а сейчас — тишина… Только ветер в отдаленных участках земли пытался казаться ураганным. А что до Элайзы… Она сидеть на месте вообще не могла. Для нее затишье в три дня и три ночи, зная, что у их противницы мощный артефакт, способный перевернуть все, что сейчас есть на земле, было просто адской пыткой. Но пойти куда-либо одна она тоже не решалась, как и проявить бунтарские качества, хотя еще немного промедления, и Стражница Оружия сама пойдет решать проблемы. Между Стражами царила негласная договоренность и взаимоуважение. Один никуда не пойдет, пойдут все. Одного не бросают, а забирают с собой, даже если он умирает. Один не принимает опрометчивых решений — ждет мнения других… Примерно такого небольшого свода правил относительно внутри коллектива придерживались все Стражи. Все эти долгие три дня, после того, как они договорились атаковать Лору напрямик, Элайза постоянно задавалась вопросом: чего все ждут? Самой вампирше ничего не стоило через определенный ритуал активировать манускрипт, а им просто напасть немного раньше, чем она это сделает, дабы избежать всемирной катастрофы. Но, то ли на счастье, то ли на несчастье, ждать долго не пришлось. Первые признаки жизни проявил Люциус, спустившийся вниз, и запершаяся у себя Лирания — оба одновременно уловили постороннее присутствие.

— Что произошло? — встрепенулась Элайза. Юджин тут же захлопнул книгу, а Вероника насторожилась. Все ждали немедленного ответа, который последовал почти сразу:

— Здесь вампиры…

Почти сразу дом опустел. Только Лирания осталась на своем месте, не в силах сдвинуться с места, и, пока Люциус только узнавал, где находятся вышеупомянутые субъекты, то Стражница Памяти, придав видимость жизни трем умершим когда-то давно людям, заставила вспомнить тех, кого они так ненавидели, только вместо настоящих образов подкинув к ним в память лица вампиров. Кто это был, она узнала от своего мертвого патруля. Собственно, бывшие охранники этим когда-то и занимались. Удерживая мертвых через их память, Лирания судорожно хватала воздух, понимая, что надолго ее сил не хватит. До этого она потратила много сил, обсуждая с бывшими генералами и командирами взводов стратегию атаки и обороны, подробно описав возможности и потенциал врага, а в последние три дня Стражница держала ухо востро, наблюдая за горизонтом с помощью когда-то погибших и похороненных недалеко отсюда людей. Лирания уже даже подумывала о том, чтобы применить Абсолютный Поток, но одно воспоминание о падении Атлантиды, когда она применяла такую силу, заставляло ее вздрогнуть и отказаться от такого риска. Конечно, неограниченный контроль был надо всем и сразу, но при этом повышалась вероятность потерять свой разум и саму себя, раствориться в этой силе, полностью с ней слиться и погибнуть самому… А сила, поглотив разум, просто найдет себе нового достойного преемника. На такой риск Лирания, как и все другие Стражи, не готова была пойти.

Четыре Стража оказались в мгновенье ока на улице. Всех уверенно повел за собой Люциус. Узкая, едва заметная тропинка среди зарослей, привела их когда-то к красивому и ухоженному кладбищу. То, что они увидели, заставило почти всех четверых Стражей помрачнеть, поняв, что их пятая коллега и подруга уже на пределе своих сил. Трое поднятых викингов, вполне материальные, но лишь на первый взгляд, держали пробравшихся вампиров. То, что это были они, а не представители какой-либо другой расы, говорила их неестественная энергетика. Стражница Энергии могла без труда определить, откуда берется жизненная сила для того или иного действия, но любое движение, жест или слово вампира, для которого тоже нужен был двигательный ресурс, ставило ее в тупик. За долгие бразды своего правления как Стража, Вероника так и не смогла понять, как работает и функционирует организм вампира. Что-то было другое у них, за счет чего они жили. Стряхнув с себя непрошенное любопытство, Вероника посмотрела на троицу рискнувших сунуться сюда вампиров без особого желания с ними разговаривать и вообще иметь что-либо общее. Люциус коснулся земли, отдавая сигнал Лирании, чтобы она больше не тратила своих сил. Почти сразу державшие рассыпались прахом, а дозорные снова стали кучей полуразложившихся костей. Элайзу невольно передернуло. Для нее связь с мертвыми и их контроль казалось до сих пор чем-то диким и неестественным. Но уж такова природа Стража Памяти. От кого-то же должна идти наука среди ведьм, носящая зловещее название — некромантия? Освобожденные вампиры поднялись на ноги, настороженно смотря на Стражей. Однако уходить они не спешили.

— Вам от нас что-то надо, дорогие товарищи? — сдержанно поинтересовалась Вероника. Ее руки медленно сжались в кулаки, а скулы побелели — верный признак приливающей ярости. Еще фактором гнева могло служить и то, что ее энергетическая сила касалась вампиров только в самом поверхностном варианте. Лишить их сил за счет отказавшихся работать клеток она просто не могла, ибо клетки вампира уже были мертвыми сами по себе.

— Скорее, наоборот. Это наши сведения могут вам пригодится, если вы желаете одолеть Лоренсию, — Вампир, находившийся по центру, сделал шаг в их сторону. Двое других пока молчали, напряженно следя за реакцией Стражей.

— Довольно-таки смелое заявление, — оценивающе сказала Элайза, нахмурившись. Остальные Стражи были с ней вполне солидарны. Даже Лирания, которой тут не было. Но мертвые видят все. Ее слабая энергетика ощущалась от лежащих неподалеку костей.

— Вам нужен манускрипт. Нам нужна смерть Лоры. Сами мы с ней справиться не в состоянии — слишком мало желающих поднять бунт, — вмешался в разговор второй вампир, что стоял справа от центрального. — Только вы в состоянии поставить ее на место, — резюмировал он. Элайза едва удержалась от вспышки гнева.

— Значит, вы нашими руками решили сделать всю грязную работу?! — прошипела она. Ее руки успокаивающе коснулся Юджин. Мало ли какие могли возникнуть последствия после гневной вспышки этой девушки?

— Элайза, успокойся. Мы все равно собирались это сделать. Слишком уж много проблем за последние полгода возникло от Лоры, — нехотя согласился с вампирами Люциус. Первое время никто из них на Лоренсию внимания не обращал. Сигналы тревоги появились тогда, когда она объединила вампиров и, не раскрывая своих замыслов полностью, с их помощью начала убивать людей, освобождая место для возвращения своих собратьев. Тогда этот конфликт удалось замять, половина вампиров лишились жизни… но на их место пришли новые. Метод обращения считался у чистокровных вампиров самым низким способом достижения целей и пополнения своей расы, но тут особого выбора и не было. Дальше — больше. Второй тревожный сигнал поступил тогда, когда у Стражей пропал артефакт, способный задержать улетающую душу в мир иной. Зачем вампирше потребовались артефакты Стражей, стало ясно чуть позже, когда они решили на нее составить досье. То, что они узнали, совсем их не обрадовало. Ничто не представляло настолько большой угрозы, как представители прошлых цивилизаций. Да. Именно такая работа была у Стражей. Их Абсолютные Потоки давали жизнь на Земле, давали знания, давали способности к магии… Они зарождали саму жизнь. Следили за ее порядком. И как только этот порядок нарушался, цивилизация уничтожалась. Земля отдыхала от деятельности живых существ, а потом снова на ней начинала развиваться жизнь. Люди были отнюдь не первые на этой многострадальной планете. Их цивилизация была по счету седьмой. А перед ними существовали вампиры. Правда, носили они другое название. Столица у них была на еще тогда существовавшем материке под названием Атлантида. Началось уничтожение цивилизации вампиров с нее. Только нескольких чистокровок Стражи упустили из виду. В том числе и Лоренсию. На момент, когда началось разрушение, она была верховной правительницей одного из кланов. Справедливой, которая любит свой народ, грамотно правит, считается с другими кланами. А множество плохих качеств и актерское мастерство она уже приобрела здесь, когда пришла пора следующей цивилизации. Менее осторожных вампиров Стражи вычислили сразу и уничтожили их, только с упущением маленькой детали: чтобы сохранить свою расу, чистокровки пошли вразрез своим принципам, создав много обращенных. Вот тут уже Стражи схватились за голову. Не зная, как быть, они обратились за советом к вышестоящим инстанциям. Там сказали, оставить все, как есть. В итоге решили проявить себя и осторожничающие представители других цивилизаций. Так появились помимо вампиров оборотни и ведьмы. Качественно уничтоженные первые три цивилизации либо и правда не имели представителей, либо те лишком хорошо умели скрываться. Все-таки они были связаны со стихией настолько тесно, что не каждый Страж природы мог уловить магический импульс. Тем более, когда магию стихий постоянно применяли ведьмы, и вспышки импульсов возникали то тут, то там…