На полпути Шторм остановился, выжидая. Толпа каменно-соломенных шла чуть сбоку, поэтому при виде живого существа без сомнений повернула к нему. Присев на одно колено, ведун положил меч рядом так, чтобы чуть что - схватить сразу. Вот теперь, когда руки свободны, можно попробовать тянуть плохо закреплённую магией псевдо-жизнь из порождений коллектора. Величиной с зайцев, "солома" текла к Шторму быстро - и так же быстро "откидывала копыта". Всемогущим божеством, отнимающих псевдо-жизнь, ведун себя не чувствовал. Чувствовал скорее гадливость. Слишком этот процесс был... не для брезгливых.

Пока оставалась лишь одна... Нет, две проблемы. Одна - необходимость постоянно оглядываться, не подбирается ли кто со спины. Вторая проблема: Шторм начинал задыхаться, принимая грязную магию, к тому же сильно преобразованную, в собственные закрома, где хранил свои силы. Для грязной магии заклинательных "карманов" не было: как-то не думал ведун, что придётся "есть" её, да ещё в таких количествах. Так что в скором времени он начал захлёбываться от набранного, не зная, что делать с нею далее и уже боясь, как бы не навредить самому себе. Хуже, что позже появилась третья проблема: груда "мёртвых" псевдо-тел перед ним росла с угрожающей скоростью, а двинуться от неё некуда. Появилось искушение вскочить на ноги и в два-три маха мечом раскидать кучу "соломы" в стороны. Иначе... Он боялся, что не сумеет отбиться от других существ, стреноженный материализованными магическими отбросами... Оглянувшись в очередной раз - на необычную тишину за спиной: ящер перестал орать!
– он с облегчением увидел, что на помощь бежит Хальдор.

И только когда ректор подбежал ближе, Шторм разглядел, что тот весь в крови, а одна рука провисла. Кажется, ранен? Меч Хальдор крепко держал в левой руке. Вспомнив начало битвы, Шторм кивнул себе: ректор владеет обеими руками.

Бесконечная вереница "соломы" вскоре поредела, но упорно продолжала своё движение издалека, от замка. Благо что шла она по инерции вокруг холма, Шторм с Хальдором пошли ей навстречу и, отогнав от холма, на какое-то время получили фору и возможность не отвлекаться на желтоглазых. Выиграв же время, оба, не сговариваясь, бросились к Захарии и Мелинде, которые удерживали истуканов на месте, но больше ничего не могли с ними поделать, просто-напросто не представляя, как их обездвижить.

Хальдор вырвался вперёд, рукой с мечом поднял вторую руку - раненую. И так, с обеими руками на оружии, выставил вперёд, на стреноженных стихийной силой истуканов, клинок и сипло закричал заклинание на языке, который, видимо, знала лишь Захария, потому что стихийница подскочила к ректору и принялась изо всех сил вторить ему. Из клинка меча вырвалось чёрное пламя. Долетев до истуканов, оно будто стукнулось об их туши - и взорвалось паутиной, которая начала стремительно впиваться в металлическую плоть монстров... Шторм чуть не задохнулся: по гладким телам истуканов поползли трещины, неумолимо расширяющиеся! "Я хочу знать такие заклинания!" Правда, опомнившись, он лишь азартно ухмыльнулся: а хватит ли у него именно таких сил, что у Хальдора, чтобы дать заклинаниям необходимую разрушительную энергию?

Неясное ощущение заставило его взглянуть в сторону. Так, "солома" снова деловито лезет к ним. Кажется, Хальдор и без него поможет девушкам. А ему, ведуну, пора снова вводить в дело некромантские заклинания.

Вскоре Шторм выдохся. Точней, был на последнем издыхании. Порой ему казалось, он вот-вот лопнет от набранной грязной магии, а вбрасывать её привычно в землю он опасался. В последние минуты он всерьёз размышлял, не попросить ли Шемара всё-таки попробовать сжечь их...

Потом с глазами стало происходить что-то странное. "Солома" двоилась в глазах, троилась... Потом он обнаружил пытается снять псевдо-жизнь с "мёртвой" "соломы", но и это открытие не заставило его забеспокоиться настолько, чтобы прийти в себя. Потом стало всё равно. Он равнодушно наблюдал, как "солома" обходит его со всех сторон, лезет на него. Он только смотрел в жёлтые глазницы пустых черепов и плыл в странной пустоте, в которой не было даже Марины... Он услышал странный вопрос, который тяжко проворочался в голове: "Кто такая Марина?" Марина... Едва он зацепился за этот простенький вопрос, как перед глазами резко прояснело. "Солома" пытается его гипнотизировать?! Хуже - обнаружил он. Пока он тащил с них силу псевдо-жизни, они сами втихаря снимали с него часть защиты, пока не проникли под неё!.. Ведун так озлился, что вскочил с коленей, скидывая с себя присосавшихся каменно-соломенных монстров. Хватит стягивать! Им не хватает хорошей рубки! Посох он не вынимал - хватало меча на сейчас!

Сверху скатился Шемар и огнём, правда не таким мощным, как в первый раз, сбил с ног первых в веренице монстров, большинство которых тут же "откинуло копыта", поскольку огненным опытом выяснилось, что пустые черепушки "соломы" сухие, а значит, неплохо горят! Правда, тёмный драко лишь помог Шторму взять фору перед хитроумной мелочью и прийти в себя, потому что далее, взглянув мельком на ведуна, Шемар, тяжело дыша, покачал головой и бегом вернулся на верх холма, где с другой стороны возвышенности Мелинда и Киприан продолжали отражать атаки плавниковых.

Когда Шторму показалось, что битва сразу с несколькими монстрами начала подходить к концу и что теперь основной проблемой станут лишь каменно-соломенные порождения грязной магии, когда руку с мечом начало сводить от судорог, на вершине холма отчаянно закричали. И в этом крике он, изумлённый услышал своё имя.

Когда он быстро глянул на кричащих, с холма к нему мчались на бешеной скорости Хальдор и Шемар. Ничего не понимая, он снова взглянул на очередную "солому". Ничего особенного - и опасности нигде не наблюдается. Кажется. Что-то промелькнуло перед взглядом - призрачно-прозрачное. Что-то вроде обычной молекулярной решётки, которую он часто видел на занятиях алхимии, изучая строение тех или иных веществ. Убил следующую, слишком быстро подошедшую "солому"... Проморгался, пытаясь разглядеть, что именно видит. И вздрогнул, когда за спиной закричали:

– Быстро на холм!

Но решётка завораживала. Хотелось разглядывать её, переходя вместе с её странными, то и дело пропадающими перекрещенными прутьями с одного участка на другой... Одновременно чуть не звериным чутьём он чуял, что двое за спиной остановились и попятились. А один из двоих (Хальдор, конечно!) начал было проговаривать какое-то заклинание, но споткнулся на полуслове. И Шторм понял его: какое именно читать заклинание, если неизвестно, что происходит?

Не благоразумие, а инстинкты заставили ведуна тоже попятиться от страшной, временами мелькающей перед глазами и тут же пропадающей в ночном воздухе решётки.