Обмотав полотенце вокруг бедер, он вышел из душа и вернулся в гостиную. Кэссиди сидела на самом краешке стула, сжав колени.

– Ты готова? – спросил он.

Она вздрогнула при звуке его голоса.

– Конечно, – нервно ответила она и вскочила, однако едва не споткнулась и схватилась за подлокотник.

Гэвин мог бы ее поддержать, стоило лишь протянуть руку – но он боялся, что, прикоснувшись к ней, не удержится и овладеет ею прямо на ковре. Указав на спальню, он поманил ее за собой.

– Прошу, Кэсс, после тебя.

Она проскользнула мимо, стараясь не задеть его, и Гэвин уловил аромат геля для душа, которым пользовался только что. Теперь этот запах навсегда был связан с ней.

Кэссиди остановилась перед огромной кроватью, не поворачиваясь.

– У тебя есть презервативы? – спросила она.

– Конечно.

Только, кажется, они лежат в ванной в его несессере. Метнувшись в душ, он исправил недоразумение и бросил на тумбочку пригоршню блестящих пакетиков, взглянув при этом на часы. Скоро рассветет.

Положив руку на узкое плечо Кэсс, Гэвин развернул девушку к себе. Без каблуков она едва доставала макушкой до его ключицы. Приподняв ее подбородок, он заглянул ей в глаза.

– Не бойся, Кэсс, я не сделаю тебе больно, – сказал он. – Как бы я ни хотел тебя, я все-таки не животное. Тебе лишь нужно сказать «стоп» – когда пожелаешь. Веришь мне?

Она испытующе посмотрела на него.

– Да.

Кэссиди туго завязала пояс халата. Если она думала, что это препятствие его остановит, то она совсем не знает мужчин. Гэвин в мгновение ока справился с узлом и сбросил с нее одеяние. Когда халат упал к ее ногам, она ахнула.

Всю ночь он страстно хотел этого момента – держать ее в своих объятиях, ласкать… сделать ее своей.

– Ты прекрасна, – прошептал он.

Такой великолепной женщины он еще не видел. Ее кожа была теплого, солнечного оттенка, напоминающего об оливковых рощах Италии и смеющихся босоногих девушках, убегающих от своих пылких поклонников. Блестящие волосы цвета воронова крыла обвивались вокруг его пальцев, стоило лишь взять в руки шелковистую прядь.

Гэвин попытался смотреть ей в лицо, но это было трудно сделать: ее тело было божественным. Большая округлая грудь, изгибы бедер, манящий островок между ног. Кровать была совсем рядом, но ему захотелось взять Кэсс на руки.

Ее руки обвили его шею.

– А когда мне можно будет раздевать тебя?

Откинув покрывало, Гэвин бросил Кэсс на кровать.

– Милости прошу, можешь начинать..

Он растянулся рядом с Кэсс на спине, сделав вид, что расслаблен. Ему безумно хотелось овладеть ею, ощутить ее на вкус…

Кэссиди приподнялась на локте, с интересом глядя на мужчину рядом.

– Ты что, занимаешься спортом?

Она положила руку на его пресс.

– Я не хожу в спортзал, – ответил он. – Но приходится проводить много времени на воздухе.

Все его тело было покрыто ровным загаром, так было всегда, с самого детства, когда они с братьями, предоставленные сами себе, бегали по лесу до тех пор, пока не раздавался звон колокола, зовущего на обед.

Кэссиди провела пальцем по шраму под его ребрами.

– А это что?

– Мой брат Дилан выстрелил из лука и задел меня стрелой, когда мы учились в школе.

– Ужасно! – воскликнула она.

Когда она погладила его давно затянувшийся рубец, Гэвин ощутил мурашки на коже.

– Да нет, он не хотел. Он целился в белку, а я выбежал не вовремя.

Наконец, когда ему стало казаться, что больше нет сил терпеть, Кэссиди скользнула пальчиками под влажную ткань трусов и потянула ее. Он приподнял бедра, чтобы ей помочь.

– Вот это да! – Зрачки ее расширились. – У тебя есть разрешение на эту штуку?

Гэвин знал, что его член не маленький. Но Кэсс смотрела на него, будто на экзотическую диковинку. От ее искреннего восторга его возбуждение возросло.

– Поверь, Кэссиди, мы с тобой идеально подойдем друг другу.

Не отвечая, она обхватила его плоть маленькой рукой и легонько сжала. Гэвин закрыл глаза и затаил дыхание, чувствуя, как перед глазами заплясали желтые круги. О боже! Он пропал.

На кончике члена появилась капелька. Кэсс прикоснулась к ней пальцем, а затем сунула его в рот, чтобы ощутить его вкус.

Гэвин не мог больше терпеть.

– Достаточно, – простонал он.

Уложив девушку на спину, он развел ее бедра в стороны. Она была прекрасна – розовый нежный островок, влажный и манящий.