Он отступил и улыбнулся.

– Мне бы хотелось как-нибудь повторить.

– Мне тоже.

И я говорила серьёзно, у нас было отличное свидание.

Он засунул руки в карманы джинсов.

– До скорого.

Я пошарила в сумочке в поисках ключей.

– Спокойной ночи.

Как только я оказалась внутри машины, он наклонился и помахал. Я махнула в ответ. Он стоял на тротуаре с улыбкой на губах и ждал, пока я не отъеду.

Сегодняшний вечер был хорош, намного лучше, чем все предыдущие. Даже нечего говорить. Свидание с хорошим, умным парнем, который в конце вечера удивил меня нежным поцелуем. Это было мило. Не нужно искать кого-то, кто перевернёт твой мир и сделает счастливой. Для длительного наслаждения не обязательно наличие взрыва гормонов и мини-сердечных приступов. До чего приятные ощущения дарили теплота и умиротворение.

Джимми будет доволен.

На следующее утро, пробежав половину квартала, Джимми, хватая ртом воздух, решил сделать остановку. Ну, ладно-ладно, это была я, а не он. Джимми даже не запыхался, в то время как меня от пробежки разрывало изнутри. Вряд ли это было полезно для здоровья. Хотя сегодня я продержалась дольше, чем вчера. Прогресс - медленная постепенная мучительная штука.

– Ты вчера поздно вернулась.

Джимми наклонился, делая растяжку.

– Ага, мы танцевали.

Неудивительно, что этим утром мои голени были столь беспощадны ко мне.

Джимми издал какой-то звук. Я не поняла, что бы это могло означать.

Когда вчера в середине свидания я позвонила, чтобы узнать, как у него дела, Джимми сказал мне, что играет на гитаре. Разговор был кратким. По сути, он ответил, что с ним всё было в порядке и, отправив меня обратно к моему кавалеру, положил трубку. Для него это был вполне себе нормальный телефонный разговор.

Он выпрямился.

– Я подумал о том, чтобы мне начать встречаться.

Я постаралась не выказать своего удивления.

– И?

По-видимому, деревья, растущие вниз по улице, притягивали его взгляд, поскольку он не сводил с них глаз.

– Позвонил своей давней подруге. Она, э... недавно тоже бросила пить и отправилась на реабилитацию. Мы немного поговорили. Она подумывает приехать из ЛА, чтобы мы могли наверстать упущенное.

– Джимми, это же здорово.

Я попыталась улыбнуться. Честное слово, я старалась, как могла, но моё лицо просто окаменело.

Под «наверстать упущенное» можно было подразумевать многое. В моём извращённом сознании «наверстывание» в стиле рок-звёзд имело больше общего с совокуплением, нежели с поеданием пирожных и кофе в кафе с друзьями. В конце концов, речь шла о Джимми Феррисе. Его воздержание всегда меня удивляло. Он был как большое капризное животное, которое шаталось по дому, огрызалось и рычало. Очень уж легко моё воображение создавало жуткие картины, в которых он вонзал в кого-то свои зубы, облизывался и точил когти. О боже, а теперь я задыхалась совершенно по другой причине. Мои непристойные мысли вышли из-под контроля.

Он говорил, что может прикасаться к кому-то только во время секса. Готова поспорить, его давняя подруга будет целыми днями ходить в отпечатках его пальцев, везучая. Если подумать, это была моя очешуенная идея.

Боже, я себя ненавидела.

– Отлично, - сказала я, стараясь вызвать в памяти образ Дина. Всего такого милого, сладкого и такого мне доступного. Он не переживал душевных мук, чего нельзя было сказать о Джимми. И Дину не нужна была предостерегающая складка на прекрасном лбу.

– Ага, - Джимми наконец-то посмотрел в мою сторону, и я постаралась глубже запихнуть свои страдания.
– Слушай, Лена. Мне жаль, что я вёл себя как козёл, когда ты подняла эту тему. Просто ты застала меня врасплох.

– Ты что, извиняешься?

Он дёрнул подбородком.

– Вау.

– Не стоит придавать этому слишком большое значение, - проворчал он.

– Нет. Нет, погоди. А ты можешь повторить это ещё раз?

Он закатил глаза.

– Мне жаль.

– Ты прощён. Больше так не делай, или я надеру тебе задницу по первое число.

– Ты вполовину меньше меня.

– Э, да. Но у меня хороший стимул и прекрасный выбор остроносых сапог. Считай, я тебя предупредила.

– Да уж, - ответил он. Вышло нечто среднее между настороженностью и весельем. Вряд ли он понимал, насколько я была серьёзна. Обиженная женщина, обутая в такие сапожки, могла нанести немалый вред мужскому здоровью.

Он подошёл ближе, пристально глядя на мой рот.

– Что?
– спросила я, борясь с желанием прикрыть лицо рукой.

– У тебя кожа немного поцарапана щетиной.