– Так ты хочешь попасть на Ямайку в Кингстон?
– Спросил Джон, дождавшись окончания рассказа.

– Да, у меня есть шлюпка с парусом, но боюсь я не смогу на ней добраться до Ямайки. Как я слышал, в этих местах, погода часто меняется и возможен шторм.
– Ответил хирург.

– А вот скажи мистер Росс, ты же шотландец? Кем тебе приходится лорд Арчибальд Гамильтон?
– Спросил Джон парня.

– Капитан Арчибальд Гамильтон? Это мой дядя. А вы его знаете?- Немного помедлив ответил парень.

– Ха, ха! Кто же из моряков с Ямайки не знает губернатора! Вот представленным ему мне не довелось быть.- Ответил Джон.

– Так он сейчас на Ямайке?
– Удивился хирург.

– Три дня назад был там в своей резиденции - Подтвердил Джон.

– Вообщем так мистер Росс, я берусь вас доставить в Кингстон, без всякой оплаты, а вы при встрече с дядей скажете, что я помог вам добраться до Кингстона.

– Хорошо, договорились, если встречусь расскажу,- Обрадовался парень.

Утром гостиницу покидала пестрая и многочисленная компания. Впереди капитан с матросами, за ними я с Жаком, придерживающим двумя руками корзину с щенком, а за нами его родственники и друзья. Да, так получилось, я неожиданно обзавелся слугой, а в довесок к нему прилагался щенок непонятной породы, но от охотничьих псов. Когда я вышел из-за стола капитана и матросов, сославшись на дела, во дворе гостиницы меня поджидала пожилая женщина из местного населения. Это оказалась мама Жака, которая представилась сначала местным именем, а потом разрешила называть себя Софи, и у нас с ней состоялся интересный разговор. Расположившись в беседке, мы пили чай и присматривались друг к другу. Женщине было за пятьдесят, и хотя она имела черные волосы с сединой, следы былой красоты в ней сохранились, а обаяние она прямо излучала. Наконец поговорив о ничего незначащих вещах, мы перешли к сути разговора.

– Мистер Росс, я вам благодарна за то, что вы проявили участие к Жаку, - Сказала Софи, отставив пустую чашку.

– Что вы Софи, это я ему благодарен за помощь, - Улыбнувшись, я посмотрел на притихшего мальчика. Он и так небольшого роста, а тут прямо старался сделаться еще меньше и спрятаться за столом.

– Что же пусть будет так. У меня и Жака к вам большая просьба.
– Не могли бы вы взять сына к себе слугой?
– Спросила женщина, прямо смотря мне в глаза.

– Это несколько неожиданное предложение. Я не планировал в сейчас нанимать слугу. Дело даже не в деньгах, а в том, что я сам не знаю, где я буду в ближайшее время. Согласитесь, это несколько не разумно, обрекать его на скитания вместе со мной. Вот если бы у меня был дом ... Да и как, вы мне можете доверить своего сына, ведь вы меня совершенно не знаете?
– Удивился я.

– Что касается оплаты, то он согласен, просто и на питание, пока вы не сочтете возможным платить ему. Скитаниями его не испугаешь, вы не смотрите, что он такой маленький и худой, он очень выносливый сейчас и со временем станет ещё сильней. Что же касается вас мистер Росс, то я прекрасно вас вижу. Вы хоть и несколько не от мира сего, душа у вас добрая и главное вы ответственный человек. Не знаю, кем вас будет считать Жак, хозяином, отцом или старшим братом, в любом случае он будет вам верен и никогда не предаст. Это я вам обещаю. Что же касается вашего дома мистер Росс, то он у вас будет еще до начала зимы.
– Ошарашила меня Софи своими познаниями и прогнозами.

В общем, я был в шоке, сам не заметил, как согласился взять Жака слугой. С одной стороны я понимаю, по рассказам Софи они из народности Калинаго, и долгое время боролись с белыми за свободу и до сих пор многие не смирились и ушли жить в горы, в трудно доступные места. Многие погибли, когда испанцы отстреливали аборигенов и травили их собаками, как зверей. Сейчас они пытаются уживаться с французами. Но всегда дети от смешанных браков становились изгоями и притеснялись всеми племенами. Но у меня своя жизнь ещё не налажена, а я взял на себя ответственность, за парнишку. Как бы там не было, утром у меня в руках был документ на Жака, где говорилось, что Жак Лусье (Jacques Loussier), нанят мной в виде слуги со всеми вытекающими и с подписями его матери и свидетелей. Сейчас Жак, гордо задрав нос, вышагивал рядом со мной, шлепая голыми ступнями по дороге. Хорошо еще прошедший ночью дождь только слегка смягчил жару, а дороги моментально просохли. Однако это ещё одна проблема, нужно будет покупать парню и обувь и одежду.

Друзья Жака загрузили наши припасы в шлюпку, и я с ними рассчитался. После того как капитан сказал, что добираться до Ямайки мы будем не меньше недели, я купил овощи фрукты и прочую снедь с запасом. Кормить нас обещали, но запас не помешает. Особенное внимание я уделил водным запасам. Кроме наполненной свежей водой бочки, прихватил бочонок вина и дюжину кокосов. Кокосы были средней спелости. Как источник воды больше подходят зеленые, не спелые, но они быстро портятся, на такой жаре, за два три дня. В средних кокосах жидкости было меньше, но они вкусные и питательные и хранятся дольше. Проверив и упаковав провиант, установил весла на шлюпку. Жак в это время попрощался с братьями, сестрами и матерью. Две девчушки младше Жака, были светлей его по оттенку кожи, а старшие братья темней. Как оказалось братья были сводные по матери, а сестренки от общего отца француза. Тем не менее, братья очень любили младшего и уговаривали остаться, но мать настояла на его отъезде. Вернулся Жак после прощания с родными с мокрыми глазами и хлюпающий носом. На мое предложение ещё раз подумать и остаться, только мотнул головой и взялся за весла. Отвязав шлюпку, махнул рукой, на прощание, остающимся. В четыре весла мы быстро добрались до указанного капитаном брига. Зайдя с кормы хорошенько при найтовили шлюпку и по спущенному шторм трапу забрались на судно. .

Первый день плаванья пролетел быстро. Когда мы поднялись на корму, там нас встретил боцман. Небольшого роста, коренастый, с гладко выбритой головой и прочей растительностью на лице. Он смотрел на нас маленькими пронзительными, почти черными глазами из-под густых бровей. Выделив место для нас между двумя пушками у правого борта, сказал сидеть и не путаться у команды под ногами. Когда выйдем из залива, он пришлёт юнгу и тот всё нам покажет на судне. Увидев у Жака корзину с щенком, наказал ему следить за псиной и если щенок нагадит на палубе, он выкинет его за борт. Тут уж я не выдержал, и сказал боцману, что не ему решать, кто останется на борту, а кто за бортом, для этого есть капитан. Боцман молча, отвернулся и ушел по своим делам гонять команду. Наконец погрузка и установка парусов закончилась. Мы медленно вышли из залива и повернули на западный курс вдоль острова. Ветер дул в корму, и судно стало набирать ход. К нам подошел парень, года на два старше Жака, и представился Дилом. К этому времени паруса закрепили, и моряки как то быстро рассосались по судну, многие улеглись спать. Сказывалась тяжелая ночь, после отдыха на берегу. Тяжелей всего было тем, кто заступил в первую вахту. Боцман постоянно за ними следил и не давал расслабиться. Это конечно не собачья вахта на рассвете, когда больше всего клонит в сон, но после хорошей попойки на берегу и утренняя вахта тяжелая.