Я вырываюсь из его хватки, но остаюсь на месте, наблюдая за тем, как Скотт запрыгивает в машину и уезжает. Осмотревшись по сторонам, вижу, как добрая половина города смотрит на нас, наверное, увидев большую часть того, что только что произошло.

Я не много знаю о Лоу, кроме того, что Джо, похоже, без ума от него, судя по той песне, которую она все утро поет на работе. Но как он может позволить такому ублюдку, вроде Скотта, жениться на Пенелопе?

— Ты собираешься позволить этому напыщенному члену жениться на твоей маленькой сестре? — неприязнь отчетливо слышится в моем голосе.

— Держись подальше от этого, Пейн. Это семейное дело, о котором ты ничего не знаешь.

— Я знаю, что такой человек, как Скотт, разрушит такую женщину, как она.

— Я согласен, — говорит он и начинает уходить. Я хватаю его за плечо так же, как сделал он несколько минут назад.

— Ты согласен? — я говорю громко, и мне насрать на то, кто нас слышит, но, видимо, Лоу так не считает, потому что наклоняется ко мне ближе.

— Я делаю все, что могу, но пытаюсь сохранить свои руки чистыми. Это не твоя забота. Как ты сказал, она — моя сестра.

— Она моя женщина.

— Я не верю городским сплетням, — говорит он, переходя на шепот. — Я также никогда не слышал, чтобы моя сестра когда-нибудь произносила твое имя, так что для меня — она тебе никто.

Мне хочется рассказать ему, как сегодня она стонала мое имя снова и снова, но я не хочу опорочить то, что у нас с ней. То, что у нас есть и то, что мы делали, было особенным, но я не хочу говорить об этом вот так. Это может быть непристойным между нами, но, блядь, между нами это и останется.

— Пожалуйста, шериф. Скажи мне, где Говнюк и Пенелопа собираются встретиться сегодня. Я хочу убедиться, что она не останется с ним. Я сделаю это миссией всей своей жизни — удержать ее от того, чтобы она не сделала ошибку, пройдя по проходу церкви к этому ублюдку, — я вижу нерешительность в его глазах, когда он смотрит в сторону и возвращает взгляд ко мне. — Не позволяй ей сделать это.

Он делает глубокий вдох, принимая решение, и кивает головой.

— По рукам.

Пейн

Вот и все. Мне надоело валять дурака. Я пытался быть хорошим и так же говорить, но хватит. Не важно, по каким причинам она выходит замуж за этого придурка. Все кончено.

Я паркую мотоцикл перед рестораном «Люсинда» — модным итальянским местечком, находящимся через два городка от нашего. Забавно, что Скотт готов трахать Тэмми буквально в центре нашего города, а женщину, на которой собирается жениться, заставляет ехать в такую даль. Как будто Пенелопа — его маленький грязный секрет, и эта мысль злит меня еще сильнее. Она моя. И она женщина, которой нужно гордиться.

Прождав довольно долго, я, наконец, вижу, как подъезжает темный лимузин, из которого выходит Пенелопа. Скотт еще не приехал, но, как только шофер уезжает, я понимаю, что Скотт намерен увезти ее домой. От этой мысли я молниеносно соскакиваю с байка и пересекаю улицу.

Она одета в черное платье и такого же цвета туфли на каблуках. Светлые волосы собраны в тугой хвост, а на лице тонна макияжа. Словно совсем другой человек, а не та сладкая сексуальная девчонка, с которой я завтракал сегодня утром. Ненавижу это.

Когда я подхожу ко входу в ресторан, она оборачивается, встречается со мной взглядом, и становится понятно, что она шокирована.

— Пейн? Что ты здесь делаешь? Тебе нужно уйти. Скотт может приехать в любую секунду.

— Мне похер, — я хватаю ее за запястье и тяну за собой, направляясь к мотоциклу. Дойдя до него, оборачиваюсь и снимаю кожаную куртку, протягивая ее ей. — Надевай и залезай назад.

— Пейн, — в ее глазах читается мольба. Посмотрев на ресторан и затем повернувшись, чтобы взглянуть на меня, она становится нерешительной. — Не потому, что не хочу уйти, поверь мне, я хочу. Это потому, что я не могу.

— Принцесса, не знаю, что происходит между тобой и этим говнюком, но свадьбы не будет. Ты моя, так что посади свою задницу на мой байк. Сегодня ты едешь домой со мной и каждую следующую ночь тоже.

— Это смешно, — она топает ножкой, произнося последнее слово, и это заставляет меня улыбаться. — Я не могу пойти с тобой. Все может стать гораздо хуже для меня, если я не выйду за него, — она делает маленький шаг в мою сторону и снова умоляет меня глазами. — Я очень сильно хочу убежать, но это касается не только меня.