— Мясо я скоро поставлю, но решила, что прежде тебе потребуется выпить пару бокалов.

— Ты, как всегда, догадлива, моя любимая леди. Откуда ты только знаешь?

— Эмилия. Они с Марией хлопочут над Милли. Я получала ежечасные отчеты то от одной, то от другой.

Кармайн с благодарностью осушил бокал и едва успел поставить его на стол, как ладонь наткнулась на оранжевый мех.

— О боже, Уинстон, оставь меня в покое!

— Дело в твоих руках, Кармайн. Они так здорово гладят. Вини их в привязанности Уинстона. Он у нас — ручной кот.

— При его — то размерах он настоящая угроза.

Дездемона с улыбкой выпила свой джин с тоником.

— Я слышу, как он урчит — вот это мотор!

Она поднялась и ушла на кухню, но вскоре вернулась.

— Мясо поставлено, скоро будем есть. И ты насладишься процессом как должно — без спешки.

— Я так понимаю, массаж спины помог?

— Просто волшебно. Говорю тебе, Кармайн, все дело в твоих руках. Пара чудесных трудяг. Разве я не права, Уинстон?

Понедельник, 6 января 1969 года

Чтобы компенсировать столь раннее время сбора — семь утра, генеральная конференция проводилась в кабинете комиссара Сильвестри. Кофе был таким же хорошим, как и у Луиджи, а датские булочки и булочки с изюмом — изумительно свежими.

— Патрику пришлось полностью отстраниться от дела, — сказал Сильвестри. Одет он был, как обычно, в черный свитер с высоким горлом и черные брюки. — Я поговорил с Дуго Твайтесом, и мы пришли к единому мнению, что тебе, Кармайн, не стоит отказываться от участия в расследовании. Милли тебе не дочь, а кузиной она приходится едва ли не половине полицейских Холломена. Гус Феннелл возьмет на себя работу патологоанатома, а Пол Бачмен будет проводить судмедэкспертизы. Патрик же займется судебной экспертизой по остальным делам. Я бы предпочел, чтобы о расследовании ему никто ничего не рассказывал, ясно? Пол и Гус уже знают, я лично переговорил с ними.

— Сэр, Патси никогда не распускал язык, — напомнил Кармайн.

— Знаю, но мы не хотим, чтобы какой — нибудь жадный до популярности адвокат обнаружил хотя бы намек на подобное. — На его привлекательном лице не дрогнула ни черточка. — Не забывайте, что адвокатская работа сейчас на подъеме. От нас требуется быть кристально чистыми, а того полицейского, который сорвет выстроенное обвинение, ожидает шестимесячная отставка за свой счет. Составлено в трех экземплярах, подписано и скреплено печатью, прямо как предписывает капитан Васкес. Это понятно?

Все в кабинете мрачно кивнули. Донни Костелло, для которого такая конференция была в новинку, сидел бледный и напуганный. Назначение в детективы стало его триумфом, но у всего имеется обратная сторона.

Довольный увиденным, Сильвестри перестал осматривать присутствующих.

— Кармайн, как ты собираешься действовать? — спросил он.

— Для начала, сэр, нам необходимо отслеживать активность в обоих гетто: в Яме и на Аргайл — авеню. Ник работал там под прикрытием в течение четырех месяцев, и я не хочу его отзывать.

Ник выглядел немного потрепанным, но сказанное вызывало в нем скорее гордость, чем расстройство. Единственный детектив афроамериканец, и таковым ему суждено было оставаться еще несколько лет, так как и детективом стать было не просто. Фернандо брал на службу чернокожих полицейских, и способности они показывали очень неплохие, но с детективами все сводилось ко времени обучения.

Поэтому Ник Джефферсон в одиночестве отстаивал честь афроамериканцев. В свои тридцать четыре он был отцом двоих детей, а в прошлом году его семья пережила страшное потрясение, когда у жены открылось мозговое кровотечение, от последствий которого она до сих пор еще не оправилась. Они жили в долине недалеко от Хамптон — стрит и дома Танбаллов и частично оплачивали обучение своих детей в дневной школе Домер, планируя обучать их там и впредь. Теперешняя работа Ника была в некоторой степени опасна, так как он существовал в двух личностях: как умный чернокожий детектив и как чернокожий мятежник средних лет, связанный с Мохаммедом — эль — Нэсром и «черной бригадой». Если поставить две эти сущности рядом, то даже близкий человек не смог бы сказать, что обе принадлежат Нику Джефферсону.

— Нам предстоит непростая весна в плане расовых беспорядков, — сказал Кармайн, — и я смогу управиться без Ника, если он пожелает.

— Я предпочту остаться, Кармайн, — уверенно ответил Ник.

— Спасибо, я ценю это. Эйб, Лиам и Тони сосредоточатся на убийстве у Танбаллов. Поисками яда займется Базз, не особо известный нашим участникам событий, включая супругов Хантер. — Он замолчал и неожиданно властно произнес: — Внимание, всем мужчинам, занимающимся данным делом! Не оставайтесь наедине с Давиной Танбалл, которая потом обвинит вас в изнасиловании, а ее прислуга, Уда, все подтвердит. — Все снова кивнули. — Делия, ты занимаешься планами столов в Здании Плюща и всеми теми зацепками, что они дадут. С этим все тоже очень непросто. Например, почему Нейт Уинтроп оказался за главным столом, а судью Твайтеса усадили рядом с его заклятым врагом? Можешь допрашивать любых женщин, вызывающих у тебя подозрение, потому что ты видишь женский пол иначе.

Сегодня на Делии был яркий сиреневый джемпер из ангоры, твидовый пиджак и желто — красная юбка, но совершенно удивительным выглядело колье, которое походило на выкрашенные и нанизанные на нить шпульки от швейной машинки. Все украдкой бросали на нее взгляд — каким — то образом разнеслось, что она сцепилась с Давиной из — за одежды, и ни у кого не хватало смелости смотреть открыто, а уж тем более никто в здравом уме не мог бы присвоить ее одежде эпитет иной чем великолепная. Да нет же, сегодня просто божественная.