В пути отважно дрался,

Но все же не добрался

До тех недостижимых мест...

Ну, словом, был его отъезд

Ненужным и поспешным,

А поиск - безуспешным...

. . . . . . . . . . . . .

Но как-то раз пришлось Гавану

Через зеленую поляну

Скакать вперед, своим путем...

И вдруг, раздробленный копьем.

Он видит щит блестящий,

Среди травы лежащий.

Кому принадлежит сей щит?

Как знать?.. Но рядом конь стоит.

Привязан крепко к деревцу...

Принадлежал он не бойцу.

С таким седлом и стременами

Не рыцарю, а только даме

Мог этот конь принадлежать!..

С чего бы тут щиту лежать?..

Но, впрочем, иногда мы

Видали, что и дамы

К турнирам рвутся и боям...

О нет! Сражаться против дам

Во что бы то ни стало

Гавану не пристало!..

"Нет, драться с дамой на коне,

Он размышляет, - не по мне.

Зато уж, коли спешимся,

То досыта потешимся!

Вот это будет бой так бой!

Катаясь по земле сырой,

Сольемся мы телами,

Пылая словно пламя!..

Уж тут-то я не уступлю,

Не пожалею - повалю!

А коль меня она повалит,

Меня и это не опечалит!.."

...Гаван разглядывает щит:

"Он насквозь копьем пробит,

Зияет в нем окошко...

Да, пострадал немножко

Владелец бедного щита.

Но коль земная жизнь - тщета,

То в ходе битвы рукопашной

Смерть не должна казаться страшной...

Что значит: жизнь?.. Одни заботы!

Вот щит, тот редкой был работы

И стоил дорого!.. (Походы

Вгоняют нас в одни расходы!..)"

...Так наш приятель рассуждал

И вдруг под липой увидал

Средь клевера зеленого

Рыцаря сраженного,

Который кровью истекал

И на коленях возлежал

У дивной женщины рыдающей,

Спасенья ожидающей...

Гаван кивнул ей. И поклоном

Был встречен, столь же благосклонным.

Прекрасней не встречал он лика...

У дивной женщины от крика

Немного голос поохрип:

Ведь рыцарь несчастный чуть не погиб.

...Нетрудно храброму Гавану

Перевязать любую рану,

Но чтоб уж все - наверняка,

Он взял кусочек тростника

И в рану сунул, словно трубку.

(Хвала столь мудрому поступку,

Хвала умеющим спасать!)

Затем из трубки пососать

Он повелел прекрасной даме.

Свершилось чудо перед нами:

Сквозь трубку отсосали кровь

И полумертвый ожил вновь!..

Все получилось словно в сказке...

А рыцарь после перевязки,

В приливе новых, свежих сил,

Гавана пылко попросил

Навеки с ним не расставаться!

Гаван не хочет оставаться

И задает лишь один вопрос:

"Кто такой удар тебе, рыцарь, нанес?.."

И тот ответил, чуть дыша:

"Рыцарь Гевелиус Лишуа!

Он шутки шутить не любит,

Он прямо насмерть рубит.

Эх, это вовсе не игра!

Ты рвешься в крепость Легруа?![122]

Но именно там меня сразили!

Я был почти в могиле,

Когда бы ты меня не спас!..

Я об одном прошу сейчас:

Чтоб не случилось худа,

Не жди напрасно чуда

И к крепости близко не подходи!.."

Но в пылкой, молодой груди

Гавана моего дорогого

Эти слова подобьем зова

"На приступ!" - прозвучали...

Без страха, без печали

Он скачет с оружьем наготове,

Путь узнавая по каплям крови,

Раненым рыцарем пролитой

(Я бы не выдержал боли той!)...

. . . . . . . . . . . . .

И вот перед взором его, на горе,

Вся золотясь в предвечерней заре,

Крепость предстала чудесная

И скала совершенно отвесная...

Но, свято лелея свою мечту,

Герой поднимается в высоту

Скалистой, извилистой тропкою.

Ведет его сердце не робкое!..

Но он останавливается, узрев

Одну из самых прекрасных дев: