– Поднимите его, - раздается спокойный голос надо мной. Сильные руки ставят мое тело на ноги.

– Служба собственной безопасности. Вы подозреваетесь в организации убийства военнослужащих. Сказать ничего не хотите?
– подтянутый военный показывал мне жетон. Мой комп был отключен, жетон полагался именно для таких случаев.

– Не понимаю о чем вы, - ага, нашли идиота признаваться. Я с Санычем уже наигрался в недомолвки, хватит. Тем временем несколько человек орудовали на складе.

– Вот, есть совпадение, как мы и обнаружили, - доложил спец командиру. Что они обнаружили я не видел. Обмен между операми шел через магическую связь мне недоступную.

– Пойдем, посмотрим, что наш цербер тут сторожит.

Мою тушку потащили вслед за операми в направлении левого груза. Теперь сомнений у меня не оставалось - дело плохо. Ни о каких пророчествах речь не шла. Интересно, почему упоминали про убийства?

– Не хочешь рассказать, что особого в этом грузе?
– спросил следователь, когда мы остановились возле того самого груза.

– Почем мне знать, - пожимаю плечами. Стазис с меня сняли, как только сковали наручниками руки за спиной.

– Тогда как ты объяснишь свой интерес к этому грузу? Или ты по ошибке метку на него ставил в компе?

– Не помню.

– Понятно, только ты знай, мы за тобой не первый день следим. Ты думаешь, мы не знаем про твоих сообщников? Кто груз передавал, кто поставку обеспечивает. Ты думай, думай что говорить, - обрадовал меня дознаватель.

– Смотри-ка по сканеру все чисто, даже придраться не к чему, - произносит вслух второй следователь.

Твою дивизию. Хотелось убиться своей тупой башкой об стену. Алекс идиот, мог ведь предупредить, что груз будет хорошо замаскирован под оригинальный продукт. Я бы даже не дергался и сканером его прогнал, вообще без риска. Нахрена все эти свистопляски с обходом проверки. Никаких меток вообще не нужно было ставить, забить на груз и все.

Следователи тем временем открывали все ящики и свертки из комплекса. Скорее всего, они видят опись на своих виртуальных мониторах. Обмен информацией между ними происходил в виртуале, что они обнаружили я не мог узнать.

– Капитан, ты не хочешь нам честно признаться, что здесь спрятано?
– спросил следователь, когда все ящики были бегло просмотрены.
– Мы ведь найдем, только тебе это зачтется.

– Я на самом деле понятия не имею, что вы тут ищите.

– И ведь не врет, - виртуальный монитор следака не опознал в моих словах лжи.

– Чего же ты его мимо сканера протащил.

– Так тот парень, что сдавал груз, выпендрился, мол, пересчитывать будешь, или так поверишь, что лишнего не положу. Я повелся и ему то же самое в ответ выдал, мол, при получении проверять будешь или думаешь, лишнего положу. Вот и ждал, когда этот умник объявится, на его реакцию посмотреть хотел, - честно выдаю следователям заготовленную версию.

– Смотри, опять не врет, - хмыкает следователь.
– Может тебя обучили наши сканеры обходить, так мы тебя на стационарном проверять будем.

– Кстати, это неплохая мысль, давай стационарным груз проверим? Чего он мимо него "чистую" поклажу тащил?

Мысль следакам понравилась. Они активировали наш базовый сканер, которым я пользовался ежедневно. Этим гадам несказанно повезло. Сканер тут же замигал желтым, обнаружив нарушение. Нарушение несерьезное, иначе могла заорать сирена и замигать красный маячок.

– Так-так, вот и нашлась причина. Вместо гранат ГШ-6 у нас в ящике пятнадцать ГП-14У, нестыковочка выходит.

Следователь принимается изучать цилиндрики гранат.

– Никогда не поверю, что вся канитель из-за такой мелочовки, хоть убей, не поверю, - руки опера медленно выкручивают запал. Кнопка завинчена, как пробка на бутылке. Она и в выкрученном состоянии смотрится, как обычная пробка. Содержимым гранаты должны быть размещенные по бокам плазменные иглы в специальной массе заряда. Заряд вплавляется в корпус намертво и демонтаж его невозможен. Из гранаты в руках следователя, после несильного потряхивания, высыпаются маленькие шарики. Хорошо опер успел подставить ладонь. Шариков много, настолько много, что у меня подкашиваются ноги.

– Не ожидал?
– усмехается опер.
– Тут не меньше тысячи в каждом корпусе. Уведите его, придется все досконально обыскивать.

Опер не предлагает мне сознаться, не предлагает сотрудничать, он знает, что я в его власти. Пятнадцать тысяч капсул слайса, это конец, конец всему. Следователь может ничего не делать, я попал и приговор мой очевиден. Судьба сыграла злую шутку, я попаду к тем, кого столько лет старательно уничтожал. Я не служил в отделе по борьбе с наркотиками, но нас часто привлекали для силовых операций. В кому я попал из-за слайсеров, я их всегда ненавидел. Смешно, остаток жизни я могу провести в их обществе, без права возврата. Пятнадцать тысяч капсул это Шлак, без вариантов.