Ко мне Остряк относится с большим уважением, чем Солдат, но держится на почтительной дистанции. Я поинтересовался, откуда у него такие джентльменские манеры. Он сказал, что если нашего брата — Ивана слишком близко подпускать, то он превращается в выдающегося пошляка и хама, а он, Остряк, хочет остаться человеком и потому держится подальше даже от самых близких людей.

Пришла с работы Соседка. Включила телевизор. Одновременно начала греметь на кухне. Телевизор теперь будет грохотать до полуночи.

Солдат и Остряк ушли по своим «мужским» делам достать выпить где-нибудь, поболтаться с девчонками. Остряк предложил Солдату заглянуть по дороге к Фюреру — школьному другу Солдата.

— Если забежит Наська, скажи ей, что я сегодня на комсомольском собрании, — не столько попросил, сколько приказал мне Солдат.

Фюрер — студент последнего курса. Зовут его Эдуард. Кличку получил за склонность к руководящей деятельности в комсомоле. Он считает наше время эрой торжества серых и слабых ничтожеств. Он был рожден для конкурентной борьбы с сильными, а не со слабыми. С сильными приятнее сражаться, чем со слабыми. Сильные хотя бы иногда признают твои победы и свои поражения. Слабые любую твою победу считают твоим поражением, а свое поражение — своей победой. Сильные хотя бы иногда бывают справедливыми и великодушными, слабые же — никогда. Быть побитым сильным не оскорбительно, но победа над слабым унизительна. Слабые побеждают своей ничтожностью и полным отсутствием всего. Среда слабых есть безвоздушное пространство для существа с сильными легкими. Вот в таком духе он иногда высказывается. Но он неглупый и добрый парень, помогает Солдату выполнять задания в заочном институте и часто выручает его деньгами. Иногда он заходит ко мне, чтобы «поговорить о серьезных проблемах», то есть высказаться без риска отрицательных последствий. Однажды мы заговорили с ним о Солдате. Он сказал, что знает Солдата с первого класса школы. Солдат был крепкий парень, а Фюрер — хиляк. Солдат взял его под свою защиту и защищал его не раз, причем — самоотверженно. Солдат из тех русских людей, которые способны пожертвовать жизнью ради товарищей, И вместе с тем он — типичный чеховский «хамелеон». Наше общество вообще есть общество социальных и психологических хамелеонов. Это — исторически данная нам форма самозащиты, приспособления и общения. В этом году Фюрер кончает институт. Мечтает вырваться из «партградской трясины». Как отличник и комсомольский активист он вроде бы имеет шанс получить место в целевой аспирантуре в Москве. Целевая аспирантура означает, что стипендию ему будут платить из нашего города, и по окончании ее он обязуется вернуться работать в Партград. Но Фюрер рассчитывает потом остаться в Москве. Главное — зацепиться за Москву хоть одним мизинцем.

С точки зрения жилья я принадлежу к средним слоям общества: я обладаю комнатой в четырнадцать метров. Я получил ее как инвалид — вот еще одно неоспоримое преимущество уродства, как сказал бы Теоретик. По интерьеру моя комната мало чем отличается от одиночной камеры каземата царских времен, макет которой вы можете видеть в музее. Стены комнаты увешаны фотографиями Невесты. Это служит предметом насмешек для моих знакомых. Невеста тоже надо мной подшучивает. Вместе с тем ей нравится иметь такого «верного рыцаря». Она стыдится, что «рыцарь» с изъяном. Но у других и такого нет, и она потому гордится тем, что я у нее есть. Явление это — стыдиться и гордиться одновременно — вообще характерно для нашей психологии: у нас каждое чувство и намерение уравновешены противоположными чувствами и намерениями. И в делах тоже. Наш человек, делая добро, вносит в него долю зла, а делая зло, разбавляет его каплей добра.

Забежала Невеста. Спросила, где Солдат. Я махнул рукой: мол, как обычно, пьет с приятелями.

— Брось ты его, — говорю я ей. — Ничего, кроме неприятностей, дружба с ним тебе не дает.

— И приятности бывают. И откуда тебе знать, что лучше — приятности или неприятности? Настоящая любовь без неприятностей не бывает.

— У тебя настоящая любовь?

— Да.

— А у него?

— Какое это имеет значение?

— Что такое настоящая любовь?

— Это когда ты без него жить не можешь.

— Я без тебя жить не могу…

— Это совсем иное дело.

— Выходи замуж за меня. Солдат все равно на тебя не женится.

— Пускай! Это его дело.

— Я не пью, не курю. Неплохо зарабатываю. Скоро начальником стану. В очереди на отдельную квартиру стою. Как поженимся, так сразу дадут. Двухкомнатную! Ты в техникуме учиться будешь. Инженером станешь. Дети будут. Я с ними все свободное от работы время возиться буду. Что еще тебе нужно?! То, что я инвалид, к этому привыкнешь. Все люди так или иначе инвалиды. Твой Солдат будет инвалидом похуже меня.

— Мне скучно так жить, как ты говоришь.

— Чего же ты хочешь?

— Чего-нибудь особенного, яркого.

— А с Солдатом тебе не скучно будет?

— Так ты сам говоришь, что он на мне не женится.

Она убежала «спасать» Солдата. Любопытно, как сложились бы наши отношения, если бы у меня была отдельная квартира. Скорее всего Невеста не выдержала бы и вышла бы за меня замуж. У нас появились бы дети. Семейные хлопоты завладели бы ею. Она подурнела бы. Ей было бы не до распутства. И мы были бы счастливы в общепринятом смысле слова «счастье». Но мне и этого было бы достаточно.

В соседнем доме живет мой ближайший друг Сергей Григорьев. Он слепой. И наши общие знакомые за глаза так и зовут его Слепым. Хотя он родился не в «Атоме», как я и Теоретик, он тоже жертва того же общественного прогресса. Родился он с кровавыми бусинками вместо глаз. Бусинки удалили. Матери предложили отказаться от ребенка, но она заявила, что лучше покончит с собой, чем сделает это. Отец мальчика отказался жениться на его матери и навсегда исчез из их жизни. Детство мальчика — детские ясли, детский сад, ящик около койки матери. Лишь когда мальчик пошел в школу, им дали крохотную комнатушку в коммунальной квартире. Квартиру в нашем доме Слепой получил, лишь став преподавателем института.

Слепой выдумывает «сумасшедшие» теории, которые никто не признает и нигде не хотят печатать. Например, он построил теорию абсолютной пустоты, в которой доказал целый ряд утверждений, кажущихся невероятными: любой объем пустоты может сжиматься в безразмерную точку и, наоборот, безразмерная точка может расшириться в пустоту любого объема; все процессы в пустоте могут происходить с любой скоростью вплоть до бесконечно большой; в любой точке абсолютной пустоты может спонтанно появиться любое количество вещества и, наоборот, любое количество вещества может беспричинно исчезнуть в абсолютной пустоте. Другая его теория — теория уникальных явлений. Согласно этой теории явления с достаточно высокой степенью организации неповторимы. Так, он высчитал, что наша планета является единственной во Вселенной, пригодной для жизни разумных существ; и что никаких разумных существ, кроме человека, нигде нет и не будет. Так что если человечество погибнет на Земле, Вселенная никогда не породит разумных существ вторично.