— Салидин, мне жаль… — неожиданно произнесла она. Дракон выполз и взлетел, спикировав на ее вытянутый локоть, по руке он забрался к ней на плечо и смотрел в туже сторону, куда и она. Их воля, воля драконов всегда будет совпадать с желанием их Короля. Ничем подобным он и похвастаться не мог.

— Что…? Почему тебе жаль? Я не понимаю…

Она отвела руку за спину и указала Салидину обернуться… эпицентр красной бури приближался и Салидин никогда еще не видел такую мощную и огромную бурю в алых песках, это не обычная буря…

— Сверхмощная буря крови… я думал, это миф…

— Нет не миф… если ты последуешь за Эа, своего друга ты вновь потеряешь…

Алый ветер неожиданно остановился и раскалённые смерчи алых песчинок врезались в стену золотого пламени, неожиданно появившуюся перед Салидином… проснувшись, он понял, что это был лишь сон, а в реальности они шли прямой дорогой к смерти.

5.

Салидин проснулся, было уже утро, Киран наблюдал за горизонтом, Салидин судорожно порылся в складках и вытащив ниольметр проверил показания, прибор не фиксировал никакой сверхбури впереди, может и правда был всего лишь устрашающий сон Эльребы? Он облегченно вздохнул и повесил прибор себе на шею.

— Ты в порядке? — спросил Киран, закидывая меч за спину.

Киран был очень сильным воином, с короткими светлыми волосами и смуглой кожей. Салидин всегда сравнивал его со львом Энкиду, который был его другом когда-то и погиб из-за глупости Салидина, ведь это он потащил Энкиду с собой в то путешествие, окончившееся его гибелью. Поэтому Салидину сейчас явно было не по себе, он не хотел, чтобы история повторялась… он боялся этого. До долины Фемирины они добрались, как и планировали. Салидин все чаще проверял показания Ниольметра, прибор мог предсказать появления бури с точностью до минут, но обычно предсказания приходили за два или за три дня до приходящей бури. Поэтому Салидин пытался себя уверить в том, что если сверхбуря действительно и есть где-то там, они сумеют вовремя отследить ее появление и держать путь на несколько миль в противоположную сторону от нее. Сомневаясь в том, правда это или нет, он все же решил сообщить о своих подозрениях Кирану.

— Киран… ты слышал когда-нибудь о сверхбуре крови?

Киран поежился, идя впереди, он насвистывал.

— Нечто подобное слыхал. Говорят, эта буря словно живая, как огромный хищник проносится с оглушительным ревом и буквально расщепляет все живое, попадающее в ее пески.

— Киран, мне бы не хотелось в это верить, но вполне вероятно впереди нас ждет именно такая буря…

— Давай двигаться вперед и почаще следи за прибором, может быть нам удастся вовремя предотвратить встречу с этой бурей, как ты думаешь, что это за буря?

— Предположу, что эту бурю вызывает неизвестный демон, скорее всего из Города Бездны… когда прибудет посол из Кирита я поинтересуюсь на этот счет, если мы вернемся…

— Город Бездны… Дэливирин… если мне не изменяет память… мрачноватое местечко… даже для Кирита.

Если не считать мелких стычек с кровожадным Претами, Салидин и Киран без труда добрались до долины Фемирины и, пересекая ее, вспоминали снова и снова о том, как они встретились здесь. Салидин сверялся с прибором через каждые полчаса. Ничего не предвещало беды, когда они ступили за границу долины, в земли империи Арушумари. Салидин понимал, что Киран пошел за ним из-за любви и верности, как друг. Однако Салидин всегда оберегал их — своих друзей, ставших для него семьей… Кирана, Синджэ, Гослера и Хисаши. Потеря любого из них стала бы настоящим ударом для Короля. Ведь Эа он уж потерял, не смог сберечь ее жизнь…

Через долину они прошли без особых приключений, и дальше шли три дня без остановки на ночь. Сны перестали посещать Салидина, и он вновь счел достаточно странным, что Эльреба вдруг утратила к нему интерес. Прибор по-прежнему молчал. На алом горизонте начали выплывать мраморно-золотые руины.

Салидин остановился.

— Вон он…

— Китарис? — Салидин кивнул в ответ. Значит, мы добрались до твоей родины, дружище?

Король как-то потерянно улыбнулся.

— Похоже на то. Идем.

Они добрались до полуразрушенного дворца, и Салидин упал на колени, взобравшись на тот самый камень, где когда-то давно его мать Эа утратила жизнь, превратившись в песок. Киран с печалью смотрел на боль, которую Король нес уже так давно. Боль утраты и потери.

— Я прожил здесь вместе с Эа шесть лет… я так любил ее, что на самом деле даже не осознавал, что моя любовь и моя жизнь отбирают жизнь Эа…

Киран стоял рядом, наблюдая за кровавым горизонтом вдали, думая каким же образом Эа удалось воспитать и вырастить здесь ребенка. Но она была великой Богиней пустыни, поэтому, наверное, у нее получилось. Он понимал, как Салидину было необходимо попасть сюда, снова увидеть и этот дворец и место где Эа погибла для него.

— Король, сидящий на троне, собирает вокруг себя… пешки, которые рано или поздно должны погибнуть, дабы приумножить власть и славу своего Короля. Салидин, все мы — Эа, Синджэ, Гослер, Хисаши и я… пешки у твоего трона… и надо признать, что всем нам предстоит лишиться жизни, чтобы ты стал истинным Королем…

— Киран… жертвовать своими собственными друзьями и соратниками слишком жестоко. Я не уверен, что хочу быть таким Королем… однажды я уже предал ту, которую считал своим другом и допустил роковую ошибку.