немыслимые для меня суммы денег. На мое замечание он ответил, что теперь сам займется

обеспечением себя, ну и меня заодно средствами к существованию текущий «полунищий»

образ жизни был ему противен. С ним пришлось согласиться, ведь его траты были не

сравнимые с моими, я всегда одевался хоть тщательно и со вкусом, но… не по высшим

стандартам.

– «Ну все, давай ложись уже, - он с нетерпением ждал ночи, так что не только

принц, но Оливия были заверены в моей болезни». После той памятной ночи наши

отношения изменились и девушка расцвела еще сильнее, теперь счастливая и довольная

она не только выходила из дома, покупая себе новые наряды и безделушки, но и стала

помогать Сарени в управлении мастерскими.

Я впервые в жизни ощутил, как это себя ощущать, когда тебя любят. Оливия

окружила меня еще большей заботой и трогательной нежностью, чем прежде. Мне было

крайне неудобно принимать её ласку, ведь по сути она оказалась лишь игрушкой в моих

отношениях с де Берзе. Чтобы заглушить свою совесть, я старался, правда старался быть

нежным и принимать все, как будто мы любящая друг друга пара, но все же…

На следующее утро

У вас когда-нибудь было ощущение, что все вокруг знают что-то, чего не знаете

вы? Я шел по дворцу и не понимал, почему при виде меня барышни краснеют и

закрываются веерами, а мужчины разделились на две половины, одни подмигивали мне, весело улыбаясь, а другие мрачнели и хватались за оружие. Я ничего не понимал и главное

ничего не помнил, утром проснувшись в своей кровати я облегченно выдохнул,

поблагодарив Господа, что не очнулся в какой-то конуре весь обвешанный женскими

телами или по локоть крови в чьем-то доме.

Осмотрев одежду де Берзе, которую то аккуратно повесил в платяной шкаф, я

также не нашел на ней следов крови. Осмотрев себя и комнату я только тогда выпустил

слуг, чтобы они помогли мне умыться и привести себя в порядок.

Оливия, с нежным румянцем на щеках, зашла ко мне после слуг и повиснув на нее

требовательно укусила за мочку уха. Пришлось прижаться к теплому телу и задержаться

еще на час дома. Так что когда я прибыл во дворец, не в свое обычное время рано утром, когда залы и переходы еще не были наполнены придворными, то и удостоился такой

встречи, про какую рассказал выше.

Аккуратно постучавшись я вошел в покои принца, нужно было получить указания

на сегодняшний день, прежде чем пойти к себе в кабинет и начать работу.

– Анри, Анри, Анри, - весло погрозил он мне пальцем, выпутываясь из нежных

рук очередной четверки девиц.

– Да ваше высочество? – сердце тревожно екнуло, если принц о чем-то знал, де

Берзе вчера погулял знатно. Нужно как-то выяснить у него что произошло, без того как

признаться ему в том, что делю тело со своей темной половиной.

– Что на тебя нашло? Куда девался тот скромный монашек, которого я знаю?! – он

подошел ближе и как был обнаженный, стал меня теребить и смеяться.

– Может быть вы скажете, что конкретно вас удивило? – тревога переросла в

убежденность.

– Ну знаешь, - обиделся он, уходя к кровати, - ушел без меня, бросил, забрав себе

самое вкусное, нет пожалуй я на тебя обижусь. Хотя нет, если пообещаешь что

расскажешь, что же произошло у вас там с баронессой и графиней, я даже дам тебе

сегодня выходной.

– Баронессой? Графиней? – удивился я.

– «Ха, - самодовольству голоса мог позавидовать любой».

– Все, ты меня достал своей тупостью, - разозлился принц, - не хочешь, не

рассказывай, иди тогда работать. Чтобы жизнь не казалось сладкой, сегодня ночью вместо

развлечений возглавишь нападение на Черный ковен. Пора накрыть это сборище

великовозрастных лоботрясов, сестра не должна сегодня в нем участвовать.

Я поклонился и вышел. Черный ковен был забавой золотой молодежи столицы,

которые придумали себе молиться сатане и хулить Господа, о нем мы узнали почти сразу, но не обращали внимание, безопасности императора и государственности они никак не

угрожали. Ну хотели богатые детки устраивать оргии и совокупляться толпой под

действием опия, пусть себе. Вот только пару недель назад один из этих дибилов вовлек в