Господи, будь благословенно мое беспокойное детство, гнавшее меня на все заборы без разбора! Именно благодаря почти забытым навыкам я все еще бегаю на своих двоих, а не ползаю на костылях.

Тёмы на табуретке не было по той простой причине, что место было занято Кляксой. Не знаю, что она там охраняла, но точно не мои нервы и все, что к ним прилагалось. Трясущимися руками сдергиваю со стола отставшую от основного тела ногу и аккуратно переношу кошку на диван. Чем бы ее еще придавить там для верности?

Оглядываюсь на окно и понимаю, что ему все равно чего-то не хватает. Дождика! Дождика, который мне запретили вешать. Но если следовать логике, то запрет относился к елочке. И вот докажите мне, что окно и елка — это одно и то же. Поэтому открываю коробку и вытряхиваю из нее на пол ошметки мишуры, шарики и большой невнятный комок дождика. Супер!

Привязываю первую нитку к желтой сосульке, наклоняюсь за следующей и понимаю, что все паровозы давно ушли в депо — на мишуре, вытянувшись во весь рост, то есть длину, лежит довольный Кристоф. Когда я выдергиваю из-под него очередную порцию дождика, кот решает, что жизнь удалась, и делает стремительный рывок из положения «лежа». Так как он любит закапываться к шуршаще-хрустящее многоцветье, то оно тоже весело скачет вместе с ним по залу. Праздник к нам пришел! Живность моментально оценивает усилия хозяйки поиграть и активно включается в действие, задействовав пол, диван, шкаф, кресла на колесиках (классно же вертится!) и, блин, елку! Успела поймать.

Через полтора часа окно готово — сверкает и сияет новогодним настроением, что не скажешь про крыс, разочарованно висящих на прутьях клетки. Да-да, не дотянуться. А я с удовольствием представляю лицо дочери, когда она все это увидит — дождика-то я не пожалела. Хе-хе. Месть удалась! Осталось повесить шары на елку, и поправить гирлянду с мишурой, волнами ползущие на стене под потолком. Гадостно ползущие, надо сказать, как попало. Пьяная змея, даже не пьяная, а с дикого дурного похмелья. И это вешал человек, на надцать сантиметров выше меня и с длинными руками? Да он с пола до нужного места мог достать, особо не напрягаясь. И, судя по всему, он и не напрягался особо, прикрепив все как попало.

Естественно, я все перевешиваю, и, заодно отодвинув диван, выметаю оттуда: конфетные фантики, обертку из-под печенья, синий абстрактный киндер-сюрприз на шести ножках и (внимание!) несколько гранул собачьего корма, заставивших задуматься о смысле детской жизни.

Ночь прошла спокойно — елка не падала, гирлянды не погрызли, но 31 декабря даже сквозь шум вытяжки стали слышны скребуще-грызущие звуки из зала. Но котов обломало грозное:

— Тепа! Кристоф!

Коты снарядами вылетели на кухню и сразу пристроились к мискам — заедать стресс. Следом пришла сердитая дочь, чтобы выбросить два измочаленных в крошево шарика и проверить запас кошачьей еды. Вредители дружно косили глазами в ее сторону, вжимаясь в пол, и яростно точили элитный корм.

Вскоре они прочно обосновались на разложенных на полу маленьких шариках, которые мы обычно вешаем на стену. Если Высочество, не мудрствуя лукаво, вальяжно разваливался на них, подгребая к себе те, что не вошли, то Тема, когда место освобождалось старшим поколением, сразу перебегал туда, чтобы тупо и неподвижно сидеть, выпучив косые глаза. Возникает вполне логичный вопрос: кого они так упорно высиживают?

На всякий случай мы не стали ждать окончания процесса. Коты были жгуче разочарованы, когда все убрали и пропылесосили, а я все-таки рискнула постелить под елочку мишуру, которая, мирно пролежав неделю, таинственным образом переместилась на другой конец зала. Заметили ее, только споткнувшись. Как оказалось — это было начало. Через несколько минут возвращенная на родину мишура радостно пропрыгала по полу и запуталась в ножках кресла дочери, а меня чуть не сбил с ног Кристоф, торпедой пролетевший на кухню.

Дочь бросилась следом. За телефоном. Чтобы снять разбушевавшегося кота на камеру. Вполне нормальная для нашего дома реакция. А вы о чем подумали? Я, например, о том, как бы среагировали люди лет так тридцать назад, если бы мимо них пронеслась девица с криком: «Где телефон? Мне кота снять надо!». И сидеть бы кому-то в дурдоме для особо буйных и упертых.

После этого к общему веселью присоединился Тёмочка, а мне пришлось срочно организовывать спасательные работы, вызволяя из лап разыгравшегося не на шутку Кристофа гирлянду и колокольчики. Колокольчики в спешном порядке были наверчены на веточки, а вот в гирлянду кот вцепился намертво, умудрившись замотаться в нее. Несколько минут она радостно мигала среди мишуры и в пасти Высочества, празднично подсвечивая внушительные клыки.

Я уже и забыла, сколько у него может быть зубов и когтей, если он не хочет отдавать законную добычу. Но как-то мы ничего не порвали, правда, низ елочки совершенно утратил товарный вид. Удачное видео бесстрастно зафиксировало, что непедагогичных и силовых методов к животному не применялось.

В настоящий момент я вместе с косоглазой мордой ползаю по полу в поисках сорванных шариков. Тёмочка их снимает, я — вешаю обратно. Когда он начал целенаправленно рыться в мишуре, дочь вспомнила, что в прошлом году они закопали туда дохлую мышь. Запасы делали на случай апокалипсиса? И догадайтесь о моих дальнейших действиях. Правильно, я присоединяюсь к Тёме, но в отличие от него выдергиваю из-под елки все, включая обоих ошалевших котов, кроме которых там больше никакой живности не обнаруживаю. Даже дохлой.

Извинившись перед Кристофом, я затолкала все обратно, не забыв утрамбовать туда же и Высочество, и теперь он загадочно поблескивает глазами из мешанины обрывков, но уходить не спешит.