Каждый принес Правителю лучшие дары своей земли: фрукты и зерно, ткани и оружие, и драгоценные камни. Никто не принуждал эти народы, они добровольно пришли из всех частей Азии, окружив Великого Воина. Может быть, они были завоеваны им? Нет, в них не было покорности при приближении к нему. Народы подходили к Нему, как к их собственному, их единственному Правителю. Его рука указывала на землю величественным жестом Льва-Санге; над Твердыней земли Он давал клятву строить крепко.

От ароматических курений перед изображением поднимались голубоватые струи, плыли перед ним, складываясь в знаки таинственного языка сензар.

И если тот, кто не знает Великой Истины, нарушит эти знаки, то тогда они сольются и растают в пространстве.

По всему Сиккиму снова гремят огромные трубы! Для всех это великий торжественный день. Давайте пойдем в храм и посмотрим танцы в Великий День Почитания Канченджанги [92] !

Со всех концов Сиккима собирается множество людей в удивительных и разнообразных одеждах. Вот сиккимцы в своих коротких красных одеяниях, в конических, украшенных перьями шляпах; вот рассудительные бутанцы, поразительно похожие на басков или венгров; здесь же стоят жители Кама в красных тюрбанах; вы можете увидеть маленькие круглые шапки храбрых непальских гуркхов; тут и люди из Лхасы в их длинных, похожих на китайские одеждах; застенчивые тихие лепча, много шерпов; все типы горцев из всех уголков приехали почтить Пять Сокровищ Канченджанги, которая стоит вехой на пути в Священный Город Шамбалы.

Трубы ревут. Барабаны бьют. Толпа кричит и свистит. Выходит Хранитель Сиккима в огромной красно-золотой маске с коротким копьем в руке. Вокруг источника, из которого каждое утро струится святая вода, впечатляющий Хранитель поворачивается в медленном благословляющем танце, совершая свои магические круги. Вероятно, он проникает взглядом в религию Сиккима. В тот же самый час в каждом монастыре Сиккима совершается один и тот же священный танец Хранителя. Закончив свое выступление, Хранитель присоединяется к живописному ряду музыкантов.

Снова звук труб и рев толпы. Затем из храма появляется Хранительница. Подобно Кали [93] или Дакини [94] , черепа украшают ее голову, на ней темное одеяние, божество очерчивает тот же круг; совершив заклинания, она садится рядом с Хранителем.

Снова толпа кричит и неистовствует. Один за другим появляются Хранители Пяти Сокровищ Канченджанги. Они готовы сражаться за Святую Гору, потому что в ее пещерах находятся сокровища, оберегаемые веками. Они готовы охранять религию, которую блюдут отшельники, посылающие свои благословляющие молитвы из горных глубин. Сияние струится по одеждам этих Стражей. Они сверкают, как снега, ярко вспыхивающие в лучах солнца. Они готовы бороться. Они вооружены мечами и защищены круглыми щитами. Начинается Танец Воинов, напоминающий танцы команчей Аризоны; мечи рассекают воздух, ружья стреляют. Жители Сиккима могут радоваться, глядя, как охраняются сокровища Канченджанги. Они могут гордиться: еще никогда не была завоевана скалистая Вершина Белой Горы! Только благородные Хранители Тайн, Высокие Дэвы [95] , знают дорогу к ее Вершине. Стражи заканчивают свой танец; они делятся на две группы. Двигаются медленной поступью, исполняя длинную песню; похваляются и спорят друг с другом. Каждый говорит о своей отваге: «Я могу поймать рыбу без сетей»; «Я могу проскакать по всему миру без лошади»; «Никто не может сопротивляться моему мечу»; «Мой щит – крепкий». И снова следует короткий Танец Воинов. Они проходят в храм. Оба Хранителя поднимаются и снова, после нескольких кругов танцев, уходят через низкую дверь. Представление закончилось.

Теперь мощь Канченджанги раскрывается другим образом. Видим луки и стрелы в руках людей. Стародавнее развлечение Сиккима – древнее искусство стрельбы из лука будет показано. Далеко стоят мишени. Но горцы еще не забыли благородного искусства, и стрелы попадают в самое сердце цели так же, как они попадали в сердце врагов Канченджанги. Праздник окончен. Длинные исполинские трубы снова уносят в храм; барабаны, гонги, кларнеты и цимбалы умолкли. Двери храма закрылись. Это не буддизм, это – Почитание Канченджанги.

И когда мы видим прекрасный снежный пик, мы понимаем дух праздника, потому что почитание Красоты является основой возвышенного чувства. Горцы чувствуют Красоту. Они чувствуют искреннюю гордость обладания этими неповторимыми снежными пиками – мировыми гигантами, облаками, туманами. Разве не являются они великолепным занавесом перед Великой Тайной, лежащей за Канченджангой? Много прекрасных легенд связано с этой горой.

За Канченджангой находятся старинные менгиры [96] великого культа Солнца. За Канченджангой расположено место рождения священной Свастики, знака Огня. Сейчас, в день Агни Йоги, элемент Огня снова входит в дух, и все сокровища земли почитаются. Не так много легенд посвящено героям в долинах, как в горах! Все Учителя путешествовали по горам. Самые высокие знания, самые вдохновенные песни, самые высшие звуки и цвета создаются в горах. На самых высоких горах находится Высшее. Самые высокие горы стоят, как свидетели Великой Реальности. Дух доисторического человека уже радовался и понимал величие гор.

Кто бы ни созерцал Гималаи, вспоминает великое значение горы Меру [97] . Благословенный Будда путешествовал в Гималаях в поисках Света. Там, около легендарной святой Ступы, в присутствии всех богов, Благословенный получил свое Озарение. Воистину, все, что связано с Гималаями, несет великий символ горы Меру, стоящей в Центре Мира.

Древний народ мудрой Индии узнавал в великолепии Гималаев улыбку всемогущего Вишну [98] , который стоит, как бесстрашный непобедимый воин, вооруженный диском, булавой, боевой трубой и мечом. Все десять Воплощений Вишну свершились около Химавата [99] . Самое древнее и старшее из них – воплощение Дагона, человека-рыбы [100] , который спас предка земной расы, Ману [101] . Еще со времен первого катаклизма, потопа, Бирма помнит Дагона и утверждает, что храм, посвященный ему, насчитывает более 3000 лет. Затем появилась Черепаха [102] – опора небес, которая в глубинах космического океана помогала великому сдвигу, одарившему землю лучезарной богиней Лакшми [103] . Затем пришел тяжеловесный земной Кабан [104] , потом непобедимый Нарасимха [105] – человек-лев, который спас Прахладу [106] от ярости его грешного отца. Пятое воплощение, карлик Вамана, победивший другого короля – Бали [107] , который, как и отец Прахлады, пытался овладеть троном Вишну. Шестое воплощение под видом брахмана [108] : великий воин Парашурама [109] , как сказано в старинных манускриптах, должен был уничтожить касту кшатриев [110] . Седьмое воплощение появилось как Рама [111] , могущественный, благодетельный король Индии, превознесенный в «Рамаяне» [112] . Восьмое воплощение – Кришна [113] , священный пастух, чье учение прославлено во всеохватывающей «Бхагавад-Гите» [114] . Девятое воплощение – Благословенный Будда – великое воплощение, предсказанное Вишну как триумф мудрости и уничтожения демонов и грешников их собственной кармой. Десятое воплощение Вишну, еще не проявленное, – будущий Майтрейя. Великий Всадник, спаситель человечества, Калки [115] , появится верхом на белом коне; великолепный, с непобедимым мечом в руке, он восстановит чистоту закона справедливости и мудрое правление на земле.

Пришествие богини сияющего дня Лакшми, невесты Вишну, вечно радует индийское сердце, как и сами вершины Гималаев. Второе воплощение Вишну – синяя Черепаха помогла в пахтании великого океана космоса, о чем упомянуто в «Махабхарате» [116] , «Рамаяне» и «Вишну-пуране» [117] . Чтобы вернуть трем сферам – земле, воздуху и небесам – их утерянные сокровища, Вишну приказал Дэвам, сыновьям Небес, сыновьям Огня, вместе с темными демонами – асурами [118] пахтать космический океан и добыть море молока, или Амриту, небесный нектар жизни. Блистающие Дэвы пришли на край моря, которое двигалось, как осенние светящиеся облака. И с помощью Великого они вырвали святую гору, чтобы использовать ее в качестве мутовки. Великий змей Ананда [119] предложил себя в качестве веревки, а могущественный Вишну, приняв форму огромной черепахи, служил опорой для горы. Дэвы держали змея за хвост, а асуры оказались у головы; началось великое созидающее пахтание. Первым созданием этого шумного труда была священная корова, фонтан молока, упомянутый в Ведах [120] как дождевое облако, которое победило засуху. Затем была проявлена Варуни [121] , оформленное сияние Вишну. После пришел Пуриджара, источник всех небесных плодов. Потом возникла луна, и ею завладел Шива [122] . В этот момент большой пожар и разрушающие испарения, вызванные этим процессом, поглотили Землю и угрожали всей Вселенной. Затем возник Брахма [123] , создатель, и велел Шиве проявить свою силу. Шива ради всех существующих созданий выпил самопожертвованно яд и стал Нилакантхой, синим горлом. Затем появился Дханивантари [124] , несущий драгоценную Чашу Амриты. Слушайте и радуйтесь! После него пришла сама Лакшми, лучезарная. Сияющая, окруженная небесными слугами, светящаяся, как сверкающая цепь облаков. В это же время темные дождевые облака, мощные слоны небес, пролили на нее воду из золоченых сосудов. Амрита была проявлена, и началась вечная битва за сокровище Вселенной. Дэвы и асуры столкнулись в битве, но асуры были побеждены и отправлены в Паталу [125] – мрачные пещеры земли. Снова пришли радость и счастье в три мира – праздник богов и людей.