Поднимаюсь в свой офис, погружённый в мрачные мысли. Должно быть, этот приступ пессимизма спровоцирован потерей Гермеса, тем фактом, что на меня охотятся фидави, и рецидивом болезни Евы.

– Мила, - говорю я с порога, - у меня в кабинете сгорела ванна. От кислоты. Я экспериментировал с образцами. Будь добра, вызови рабочих установить новую. И зайди потом ко мне, я выпишу тебе премию.

– Спасибо, господин Кармин, вы очень добры!
– секретарша расплывается в счастливой улыбке.

Иногда я думаю, чем она занимается в реальной жизни, если в виртуальности служит секретаршей? Раз деньги на то, чтобы платить за Киберград, у неё имеются, значит, не бедствует. Возможно, какая-нибудь богатая вдовушка проживает таким образом вторую молодость? Днём - работа в офисе, вечером - вечеринки в барах и секс без обязательств. Кормление и расчёсывание кота, разговоры с подружками по терминалу, просмотр мелодрам, когда одиноко и идёт дождь… Ну, или наоборот: Мила трудится в моём офисе, чтобы платить за жизнь в реальности. И вообще, может быть, на самом деле она старый, толстый, уродливый мужик.

Впрочем, это меня не касается, а сейчас и вовсе не до предположений относительно реальной жизни Милы.

Войдя в кабинет, скидываю пиджак и сажусь за стол. Почти сразу звонит интерком. Нажимаю розовую кнопку - пуп моего виртуального существования.

– В два часа придёт мистер Фарли, - сообщает Мила.
– Помните, такой противный толстяк, от него ещё всегда жутко воняет луком?

– Ну, конечно.

Ещё бы: как забыть ходячий пончик, начинённый пореем?! С вечной испариной и нервным подмигиванием. Поистине, некоторые юзеры поражают меня выбором личин. В мире, где можно выглядеть, как Адонис или Афродита, они конструируют то, что принято называть «альтернативной внешностью» (уж не знаю, почему люди думают, будто «внешность, альтернативная красивой», звучит лучше, чем «уродство»). В чём тут дело? Отражение комплексов? Желание выделиться из толпы? Эксперимент? Быть может, мистер Фарли в реальной жизни умопомрачительный красавец, уставший от того, что женщины вешаются на него толпами, а мужчины начинают завидовать, стоит ему войти в комнату?

– Он сказал, чего хочет?
– спрашиваю я Милу.

– Купить набор сиамских близнецов для своего племянника.

– Подарок малышу?
– усмехаюсь я.
– На день рождения, надо полагать?

– Нет, его племянник - студент-медик. Образцы нужны ему для работы.

– Понятно. Скажи, чтобы набор доставили ко мне в кабинет к половине второго.

– Хорошо, господин Кармин. Есть информационные сводки за последние сутки. Хотите послушать?

– Давай, - я располагаюсь в кресле поудобнее.

– Вчера в восемь часов вечера японское правительство запретило персоналу родильных домов выдавать трупы мёртворождённых младенцев родителям. Отныне все детские тела будут изыматься специально учреждённой службой и кремироваться. Китай также заявил о жёсткой позиции в отношении экономической эксплуатации мёртворождённых. Теперь лица, замешанные в подобного рода правонарушениях, будут считаться пособниками убийства, ибо известно - цитирую - «что многие женщины специально провоцируют выкидыши, поддаваясь соблазну лёгкого заработка».

Какой бред! Всё это имело бы смысл, будь мой бизнес частью реального мира, но в виртуальности вводить подобные запреты попросту нелепо - ведь из-за них настоящие дети не перестанут рождаться мёртвыми.

– Похоже, скоро дойдёт и до нас. Как тебе кажется?
– говорю я.

– По правде сказать, не думаю.

– Почему?

– Женская интуиция, господин Кармин. Да, и потом, слишком многим необходимы наши услуги. Не пропадём.

– Ну-ну, твоими бы устами… - усмехаюсь я.
– Есть ещё что-нибудь?

– Нет, это всё.

– Хорошо, тогда займись тем, о чём я просил.

– Да, господин Кармин.

Отключив интерком, разворачиваю кресло к окну: мухи плотно облепили стекло - кажется, они упорно пытаются проникнуть внутрь. Их тяжёлые чёрные тела разгоняются и бесшумно бьются о прозрачную преграду - как я уже говорил, все офисы в здании звуконепроницаемы. Похоже, это всё-таки шпионские программы, только странно, что защитные системы небоскрёба до сих пор их не уничтожили.

На всякий случай запускаю сканер. Через пару минут он выдаёт отчёт: всё чисто, никто не пытается проникнуть в файлохранилище или инфраструктуру фирмы.

Насекомые когда-то были самым многочисленным классом животных на Земле. До того, как Природа поглотила их. Но в городах остались мухи и тараканы. По идее, теперь их следует считать выпавшим звеном эволюции. Как и человечество, кстати.

Я нажимаю розовую кнопку:

– Мила, ты когда-нибудь думала о том, что крысы, бегущие с корабля, - это новое поколение?

– Поколение чего?
– секретарша явно сбита с толку.

– Эволюции. Ты согласна, что только выживший может дать потомство?