Его голос повис в тишине.

– Парень оказался достаточно разговорчивым и поведал мне, что главный лагерь расположен в дюжине лиг к северу отсюда. Если вашего кузена там не будет, то у них наверняка есть сведения, куда его направили, – отчиталась капитан. – Конечно, вам решать, но было бы неплохо остаться на несколько дней в этой таверне и передохнуть.

Мальчик вернулся, с трудом удерживая тоненькими ручками четыре тарелки, и расставил ужин, затем, через несколько минут, вернулся с ножами. Это действительно оказалась свинина, тушенная с яблоками, рядом лежали большие куски свежего хлеба.

По сравнению с тем, что они ели в дороге, ужин казался настоящим лакомством. Только хорошие манеры не позволили наброситься на еду. Тем не менее они быстро расправились со своими порциями, а Дидрик подозвал мальчишку и приказал принести добавку.

После того как они удовлетворили первый голод, капитан Драккен вернулась к прежнему разговору.

– Вы решили остаться здесь и дождаться смотрителя? Если так, то я пойду к хозяину таверны и предупрежу на конюшне, чтобы присмотрели за лошадьми и запасами, – произнесла она.

– Досадно приехать сюда и не остаться на такой замечательной ярмарке, – вмешался Дидрик.

Стивен читал его мысли по выражению лица. Слова друга призывали их остаться, однако глаза говорили совсем о другом.

– Не вижу никаких причин тянуть, ведь мой кузен недалеко отсюда, – решился Стивен. – Мы отправляемся утром.

– Как пожелаете, – ответила Драккен.

Через несколько минут они с Олувой покинули зал. Капитан и Дидрик остались послушать местные сплетни. Обычно этим занимался Стивен, поскольку у него лучше получалось, но не сегодня. Не сейчас, не после публичного заявления о родстве с захватчиками.

Олува стянула сапоги и растянулась на кровати, которая занимала большую часть маленькой комнаты. Положив под голову руку, другой она похлопала по пустой стороне кровати, приглашая Стивена прилечь рядом, однако тот покачал головой и прошелся по комнате.

Объявить Олуву своей женой сегодня днем показалось ему отличной идеей. Конечно, он хотел убедить патруль в достоверности истории, которую сам и придумал. Однако все это произошло на открытой дороге, при дневном свете. А сейчас, в крошечной клетушке, освещенной только светом ламп, он растерялся. Олува – очень привлекательная женщина, и если бы они оказались в каком-нибудь другом месте, он воспользовался бы возможностью. Но с самого начала их знакомства она подчеркивала, что относится к нему как к младшему брату. По иронии судьбы, Стивен был вынужден притворяться влюбленным в женщину, которая ясно дала понять, что не интересуется им.

Стивен знал, что Олува чувствует его нервозность. К счастью, она приняла ее за переутомление.

– Расслабься, ты все правильно сделал. Больше не о чем волноваться, – заверила она его.

– Как раз наоборот, поволноваться стоит, – ответил Стивен.

Внезапно одна мысль отвлекла его от разговора с Олувой.

Несколько недель прошло с момента исчезновения Девлина, и кто знает, что могло с ним случиться за время заключения? Если чародей действительно приложил руку к исчезновению Избранного, то к чему это все может привести? А если он предпочел взять Девлина в плен, а не уничтожить, как он уже пытался сделать?

Стивен посмотрел в угол, где стоял большой топор Избранного. Лезвие сейчас было прикрыто, но у него уже вошло в привычку проверять его каждым утром и вечером перед тем, как лечь спать. Чтобы убедиться, что Девлин все еще жив.

О судьбе Избранного беспокоился не он один. Сольвейг отказалась покидать Кингсхольм, несмотря на его просьбы. Она пообещала брату вернуться в Эскер, когда почувствует, что опасность превышает возможные преимущества ее пребывания при дворе. Скорее всего Сольвейг недооценивала ситуацию. Такую же ошибку, возможно, совершила и его мать, когда ее и Мадрин захватили в Сельварате.

Стивен никогда не простит себе, если что-нибудь произойдет с его семьей, пока он ищет Девлина. Однако он не мог бросить поиски Избранного. Дидрик и все остальные – опытные воины, это правда, но все-таки у них нет его веры. Они погоревали из-за смерти Девлина и оставили все на волю провидения.

Менестрель никогда не отрекался от друга, не важно, насколько слабела его надежда или как далеко заводил след. Если ему придется неотступно следовать за Девлином в одиночку, то так тому и быть. Он найдет Избранного, полагаясь на богов и собственные силы, чтобы освободить друга. И тогда пускай враги поберегутся.

Сельваратская армия разбила лагерь в ровной низине вдоль берегов реки Флорин. Река обеспечивала легкий доступ к запасам и подкреплению, доставлявшимся с воды, в то время как открытая равнина предоставляла отличные условия для защиты, поскольку к лагерю невозможно приблизиться незамеченным.

Осматривая долину со склона горы, воины отряда старались запомнить расположение сельваратцев. Палатки стояли в идеальном порядке – правильные ряды шатров различной формы и размеров. В маленьких палатках устроились солдаты, а большие в центре предназначались для офицеров и начальников. Капитан Драккен прикинула, что в лагере могло разместиться до пятисот солдат, не считая лошадей, фургонов, запасов и армейских обозов в поле.