Дома мне все-таки хочется иметь уют, а не холодную войну и железный занавес, поэтому в машине я пробую с ней поговорить.

– Вика…

– Что?

– Нам действительно нужен был человек на телефон. Славка не тянет, да и не его это профиль, честно говоря…

– Слушай, мне это вообще не неинтересно! – восклицает Вика и тут же опровергает свои же слова. – Зачем тебе вообще этот неумытый гопник? Да лучше бы ты мне предложил, я же опытный кадровый работник! Мы же вместе могли бы все это организовать и сделать, как надо! Ты что, думаешь, я бы не ушла из «Ультрапака», чтобы помочь тебе?

– Э… – я теряюсь, потому что, и правда, даже не думал, что Вика вообще может согласиться на такое предложение. – А ты бы согласилась?

– Нет, конечно, нет! Ты что? – снова противоречит себе Вика. – Но ты даже не предлагал!

– Вик, что с тобой происходит? Я помню ту девушку, в которую влюбился пару месяцев назад, и поверить не мог, что такие девушки бывают – с пониманием, не истеричная…

– Ничего. Мои ожидания – это мои проблемы.

– Погоди… То есть ты хочешь сказать, что я не оправдываю твоих ожиданий?

– Ты сам это сказал.

Она резко тормозит и лихо ставит машину в узкий промежуток на парковке фитнес-центра. Ожидаю, что, как только я выйду, Вика уедет, вопреки нашим планам, но она глушит машину, отстегивает ремень безопасности и выходит из салона одновременно со мной. То, что она все-таки идет со мной, внушает надежду. Злится, но все еще со мной.

В клубе возле ресепшена трутся братья Кичиевы – Мага и Заурбек.

– Привет, ребята! – здороваюсь с ними. – Катя, привет!

– Филипп, добрый вечер! – улыбается мне рецепционистка, забирая мою клубную карту. – Вот ваш ключ.

– Салам, Фил, – небрежно здоровается Заур.

Мага едва заметно кивает.

– Я тебя здесь подожду, – бросает мне Вика, сверкнув глазами на Катю, и собирается сесть в кресло.

– Кого подождете, девушка? – интересуется у нее Мага. – Его?

К моему удивлению, Вика не оставляет его вопрос без ответа.

– Да, его. А что? Вы кто?

– Простите мое любопытство, милая девушка, – изощряется в словесных любезностях Мага, – но как может такая прекрасная женщина, как вы, ждать? Ждать, да еще и такого, как он?

– А что, думаете, не стоит? – Вика тоже улыбается, и это начинает меня напрягать. – Может, мне вас подождать?

– Меня ждать не надо! – горделиво восклицает Мага. – Только одно ваше слово, и я брошу все, чтобы оказаться хотя бы на миг рядом с вами! Магомед! – он протягивает Вике руку.

– Виктория, очень приятно, – она отчаянно флиртует с парнем, делая вид, что меня рядом нет.

Как я не стараюсь не обращать на это внимания, понимая, что Вика просто провоцирует, наказывает меня, пробуждая ответную ревность, но чувствую, как внутри пробуждается вулкан.

– Виктория! Победа! Какое прекрасное имя! – продолжает наседать Мага. – Виктория, только одно слово! Одно! Скажите «да», и я брошу все, чтобы повезти вас в лучший ресторан города! А если захотите, так и всего мира!

– Так уж и «всего мира»? – заливисто смеется Вика. – И мне только надо сказать «да»?

– Мага! – кладу руку на его плечо, но он ее сбрасывает. – Мага, ты офигел? – начинаю закипать я, но он не обращает на меня внимания, и, скаля зубы, взглядом раздевает Вику.

– Руки убрал, быстро! – огрызается он.

– Не лезь к ней!

– А то что? – он, наконец, отводит взгляд от Вики и смотрит мне в глаза, разминая шею. – Расплачешься? Ну, так ты поплачь, а мы с Викторией пока займемся чем-нибудь поинтереснее. – Обернувшись, он задает моей девушке вопрос, трактовка которого не вызывает двусмысленностей, зато заставляет вскипеть мою кровь. – Виктория, вы любите, когда грубо и сзади? А спереди? Если что, мой брат Заур нам поможет…

– Ты у меня сейчас сам будешь плакать! – уверенно обещаю я, и моя уверенность не на пустом месте. – Получишь и грубо, и сзади, и в табло…

Система фиксирует адреналиновый всплеск, повышенное сердцебиение и уведомляет о новом бафе:

Праведный гнев

Вы испытываете ярость, столкнувшись с явной несправедливостью.

+3 ко всем основным характеристикам.

+100 % бодрости.

+50 % уверенности.

+75 % силе воли.

+75 % силе духа.

– 50 % самообладания.

Эффект активен, пока справедливость не будет восстановлена, а вы уверены в своей правоте.