{«- Я покажу тебе. Он написал мне на сотовый.

– Ты дала ему свой сотовый?

– Правила игры!

– Ну, да. Как я забыла правила игры?!

– Он такое мне пишет… Слав. Я… я, кажется, влюбилась.

– Ну да. В виртуального Джокера, который обещал исполнить твои желания.

– Он их исполняет.

– Я в этом даже не сомневаюсь»}.

– Я вас понимаю. Я постараюсь вспомнить. Она называла мне много имен. Просто сейчас я плохо соображаю. Простудилась или вирус подхватила.

– При вирусе разве не течет из носа? Или у вас глазная инфекция?

– Что вы имеете ввиду?

– Только то, что вы слишком много плачете, Мирослава Лазаревна.

– Это не имеет никакого отношения к делу.

– Скорее всего, не имеет. Вы все же постарайтесь вспомнить. Это очень важно. Возьмите мою визитку и позвоните, как только придет в голову хоть какая-то информация.

– Непременно.

Я встала из-за стола и пошла к двери.

– Возможно, у этого парня кличка Джокер или Джек Пот…что-то в этом роде.

Я вздрогнула, но также спокойно открыла дверь кабинета и вышла наружу.

{«- Да мне все равно, как он выглядит, Слав. Все равно, понимаешь?

– Не понимаю, но если тебе хорошо…

– Мне хорошо. Иногда тааак больно, но хорошо»}.

Несколько секунд, чтобы отдышаться у стены. Привести свои мысли в порядок. Перестать дрожать, как в лихорадке.

Я долго смотрела на свой сотовый потом набрала номер Адама. Мне ответили не сразу…а когда ответили, я сама не поняла, как сказала:

– Давай встретимся, Адам. Пожалуйста. Мне нужна твоя помощь.

В трубке послышался смешок.

– А не зачастила ли ты с просьбами о помощи, Белозерова? Или перепутала мой номер с номером МЧС?

– Мне плохо…, - сорвалась я и всхлипнула.

– Я вообще-то на работе. Хорошо. Давай через час в «Овер тайм».

Я кивнула…даже не понимая, что он меня не видит. Выключила смартфон и закрыла глаза, в голове все кружилось, как на карусели. Это не мог быть МОЙ Джокер…Не мог. Я должна найти его и поговорить. Я обязана его найти. Адам мне может помочь в этом.

ГЛАВА 13. Бес

Я сминала в ладони уже третью белоснежную салфетку, пытаясь успокоиться и унять дрожь пальцев. Развернула ее на столе, проглаживая и распрямляя. Так странно, я ведь ее не использовала, не измазала ничем, но она перестала быть кипельно-белой: изломы и изгибы будто испачкали бумагу, испортили ее, вызывая желание порвать на кусочки и выкинуть, брезгливо отряхнув руки.

Автоматически обводила кончиками пальцев резные края салфетки, думая о том, что ощущаю себя такой же ненужной и потрепанной. Несмотря на новое пальто, на дорогие туфли и довольно стильное платье, мне казалось, каждый присутствующий в кафе посетитель и официант могли при желании увидеть даже мельчайшую царапину, которой кровоточила я изнутри, каждый болезненно ноющий шрам. Нет, эти шрамы появились не с уходом Джокера из моей жизни. Он просто сковырнул их напоследок, обнажил всё то, что столько лет они скрывали: ощущение полного одиночества и своей абсолютной ненужности. Никому. Даже ему. Единственному, кому я поверила.

Можно быть первоклассным специалистом в области гражданского права, можно виртуозно играть на скрипке или великолепно танцевать партию Кармен на сцене Большого, но при этом чувствовать себя одинокой и никчемной. И тогда очередное выигранное многомиллионное дело, потрясающий сольный концерт или порция бурных оваций восторженных зрителей становятся всего лишь попыткой обрести значимость в собственных глазах.

«Мой прекрасный лжец,

Ты тонешь

В пучине страха.

Ты проникаешь вглубь меня,

Думая, что моя кровь

Может спасти тебя.

Почему? Почему?

Расскажи мне...

Расскажи мне, как

Ты мог затеряться в океане,

Плывя по течению?

Расскажи мне, почему

Ты выбросился на берег?».

Бросила взгляд на часы и мысленно прокляла Адама, безбожно опаздывающего на встречу. Я понятия не имела, что ему скажу, но пока мне не к кому было обратиться. У меня были знакомые программисты, молодые и опытные хакеры, работавшие в различных крупных фирмах...но я не доверяла ни одному из них настолько, чтобы рассказать о Джокере. По большому счету, я и Адаму не должна была доверять. Но когда у вас закрыты все двери и выход наглухо замурован, лучшее, что вы можете сделать – это начинать разбирать по кирпичику стену. И сейчас я намерена была снести ко всем чертям ту стену, которую выстроил передо мной Джокер.

Задумалась так, что даже не заметила, как Адам отодвинул стул напротив меня. В своей черной кожаной куртке поверх черной водолазки и со своей вечной ухмылкой на губах. Он громко поздоровался и, улыбаясь, подозвал двумя пальцами официантку, которая, схватив меню едва не полетела к нам. Какая всё же открытая у него улыбка, задорная, заразительная…Будь это при других обстоятельствах, я бы непременно ответила на нее своей. Стиснула пальцы, вдруг подумав о том, что так и не узнаю, как улыбается ОН.