– Бей! Сейчас! – заорал Терехов, отбивая щитом удар сразу двух мечей.

Это он мне?!

Берс в это время ударом топора сшиб шлем с одного из нападавших – похожего на викинга громилы с длинными усами, заплетенными в косички. Тот крутанулся вокруг своей оси, отбивая щитом удар второго топора, и заорал, как зверь. Уж не знаю, то ли это был какой-то скилл типа устрашающего клича, то ли это я так впечатлился, но у меня от этого крика внутри все задрожало, как желе.

В голову усатого вдруг вонзилась стрела – прошив обе щеки насквозь, так что викинг поперхнулся своим криком. Рана была явно не смертельная, но какая-то нелепая – он схватился за стрелу, не решаясь, что делать с ней. И тут же получил вторую – в шею.

Стрелок засел где-то на крыше конюшни, но разглядеть его толком я не успел. Сноп сена справа от нас будто бы взорвался изнутри, и сквозь ряды наших противников, роняя бойцов, как кегли, пронеслось нечто здоровенное. Уши заложило от криков и звуков тяжелых ударов железа о железо – БАМ! БАМ! БАМ!

– Даня, рви! – захохотал Берс.

– Док, отсекай их! Не давай уйти! – рявкнул над самым моим ухом Терехов.

Они с Берсом, воспользовавшись замешательством противников, перешли в атаку.

Ворвавшийся в гущу схватки верзила был упакован с головы до ног в толстую стальную броню и вооружен здоровенной двуручной кувалдой. Хотя у него и кулачищи были размером с гирю, тоже закованные в латные перчатки.

Еще один прятавшийся до этого в стогу сена боец выглядел куда менее внушительно – худощавый, долговязый, с проседью в бороде и длинных волосах. Судя по широкому красному сегменту в его диаграмме Ци, это был маг. Или, наверное, целитель – потому что после его заклинания, наброшенного на нас невесомой светящейся сеткой, я вдруг почувствовал, как меня будто бы распирает изнутри от прилива силы. Явно какой-то бафф или исцеляющее заклинание.

В воздухе свистели стрелы. Лучник, засевший на крыше конюшни, был не единственным дальнобойным игроком, участвовавшим в этом бою. Но позиция у него была самая выгодная, и он ей бессовестно пользовался, расстреливая с возвышения вражеских лучников и магов, держащихся поодаль от основной схватки. Стрелял он довольно метко – я почти не заметил промахов. Правда, стрелы его частенько попадали в какие-то неожиданные места – пробивали ладони, ступни, вонзались пониже спины, в пах, в лицо. Своеобразные у него приоритеты в прицеливании. А может, просто метит в незащищенные броней участки.

Удары здоровяка с молотом были просто чудовищны – даже крепкие бойцы в латах от них отлетали, гремя, как связка пустых ведер. Маг, держась за спинами нападавших, тоже поддавал копоти. Причем почти в буквальном смысле – набрасывал на врагов какие-то заклинания. Не привычные сгустки пламени из рук или там разряды молний – а какие-то облачка живого дыма, шевелящие призрачными щупальцами.

– It’s a trap! – в отчаянии завопил Турок. Он до сих пор был жив, и снова схлестнулся с Берсом.

– Отступаем! Это ловушка!

– Да их тут целый отряд!

– Fucking Russians!

Встроенный переводчик запаздывал с переводом фраз, а многие и вовсе пропускал – видимо, в этой кутерьме было сложно выхватывать из контекста конкретные слова.

Отступить, правда, мало кому удалось. Я и опомниться не успел, как все стихло, и мы остались посреди груды трупов. Последнего добил Берс, вонзив топор куду-то в область шеи, в зазор между пластинами доспехов. Лезвие застряло и он, упираясь ногой, закряхтел, выдергивая его обратно.

Стало неожиданно тихо.

– Мда-а-а-а… – окидывая взглядом жутковатый пейзаж, глубокомысленно протянул маг. – Ну, прямо-таки утро после Куликовской битвы.

– Да брось, Док! – отозвался с крыши лучник. – У нас в общаге наутро после каждой пьянки такая картина.

– Кончайте трепаться, лут собирайте! – скомандовал Терехов и сам первый склонился над одним из поверженных противников, осматривая его инвентарь. – И потом – быстро к менгиру. Может, успеем их еще раз прищучить. Главное – выцепить Турка еще разок. Платят нам за него.

Я по-прежнему стоял, как пыльным мешком ударенный, переводя взгляд с одного члена команды на другого.

Целый отряд? Да их же тут… пятеро. Ну, шестеро, если считать и меня.

– Кстати, знакомьтесь – новенький наш, – вспомнил про меня паладин. – Мангустом кличут. Ты тоже не робей, знакомься. Мы – Стальные псы.

Я кивнул.

Рядом со мной как раз возвышался, как башня, здоровяк с кувалдой. Он снял массивный округлый шлем с широким откидывающимся вверх забралом. Лицо у него, как ни странно, было простое и даже, я бы сказал, добродушное – нос картошкой, коротко стриженные волосы, ни усов, ни бороды.