Так бы и пришел конец атлам, но на их счастье нашелся мужик со стальным стержнем внутри и с жаждой мести в сердце. К этому времени вырезали всю его семью. Он сорганизовал оставшихся атлов. Оружия в арсеналах было достаточно. Да и армия какая-никакая была. Просто все произошло настолько неожиданно, что атлы были в растерянности, и как раз такого организатора им не хватало. Вот с этого времени и начинается история империи. Какое до этого было на Алтии политическое устройство, Мирт не знал, да и не интересовался никогда. Мужик объявил себя императором, собрал армию из всех, кто мог держать в руках оружие, независимо от пола и возраста. И вот тут началась настоящая резня. Ханко ничего не могли противопоставить хорошо организованным и вооруженным полкам магов. Атлы прошлись по всему материку. Вырезались целые провинции. Из памяти Мирта следует, что до войны на Алтии было около пятисот миллионов человек, после войны осталось сто. При этом атлов и до войны было чуть больше полутора миллионов, а после войны осталось меньше миллиона. То есть получается, что атлы вырезали четыреста миллионов ханко. Ну, это-то точно преувеличение, и очень серьезное. Но даже если и в десять раз меньше, то все равно нехило. Вообще-то хотели вырезать всех ханко, но вовремя одумались. Землю-то пахать кому-то надо. Но еще лет сто после этого гонялись по лесам за церковниками и полукровками, их последователями и потомками. Не успокоились, пока не вырезали всех. С тех пор в империи существуют несколько законов, которые не были нарушены никогда. Это запрет на религию. На любую. Хочешь во что-то верить — верь, но молча, про себя и в себе. Только рот раскроешь с какой-нибудь религиозной заморочкой — тут же этот рот и потеряешь, вместе с головой, конечно. И еще запрет на смешанные браки. Под страхом смерти. И запрет на рождение полукровок. Хочешь иметь любовницу ханко? Пожалуйста. Но имей в виду: если родится ребенок-полукровка, то головы лишится и ребенок, и мама, и папа. Вот так. Жутковато, конечно, но лучше так, чем потом сотни миллионов людей уничтожать.

И технический прогресс после этого заглох. Не забыл император плюющих огнем палок. Любое развитие технологий давилось в зародыше. Ну, так и верно — технический прогресс больше нужен ханко, атлам и без него хорошо. С тех пор прошли многие тысячелетия. Атлы и ханко вновь живут мирно и дружно. Каждый народ занимается своим делом и в чужой огород не лезет. И население страны так и держится с тех пор на уровне ста миллионов. Правда, атлов всего около миллиона. Что-то у них с рождаемостью не ладится. Один, максимум два ребенка. За второго ребенка семья освобождается от налогов. А при рождении третьего семья полностью переходит на государственное обеспечение. При рождении же четвертого… А вот четвертого ребенка за все эти тысячелетия не смогла родить ни одна женщина. А у ханко с рождаемостью все в порядке. Тут уже эта самая рождаемость сдерживается искусственно. При рождении третьего ребенка налог увеличивается вдвое, а при рождении четвертого — еще вдвое. Налог платят все в стране — и атлы и ханко. Двадцать процентов от дохода. То есть за рождение третьего ребенка семья ханко уже должна заплатить сорок процентов, а при рождении четвертого — все восемьдесят. Можно спокойно ложиться и подыхать с голоду. И скрыть доходы не получится: от налоговиков-псионов-то. Вернее, магов. Вот такая здесь жизнь. Сам Мирт родился в провинции Верхняя Нера, в городе Палир. Это северо-восточная окраина империи. Закончил там школу. В школу, кстати, поступали с восемнадцати лет. Это скорее колледж, чем школа. А до этого дети учились дома. В школе учили два года, в основном давали ментальные практики, то есть учили магии. В двадцать лет наступало совершеннолетие. После этого можно было идти работать или продолжить обучение в различных академиях. Как гражданских, так и военных.

Хотя армии, как таковой, здесь не было — государство-то одно, воевать не с кем. Армия представляла собой что-то вроде внутренних войск. Иногда гоняли разбойников, иногда давили разных бунтовщиков. Но это редко. Последний раз бунтовали где-то на западной окраине лет пятьдесят назад. Поэтому армия была небольшой, но платили там хорошо, и потому служить было престижно. Однако и поступить в военную академию было непросто. Правда, Мирт туда поступил бы без всяких усилий. Он считался довольно сильным магом, на уровне мастера. Хотя и плохо обученного. И это с уровнем в две целых шесть десятых единицы. А с уровнем в три единицы у них уже архимаг идет, что ли? Да, хреновато. Ну а что я хотел-то? Ведь все с высоким уровнем ментоактивности улетели воевать и сгинули где-то. А остались только слабосилки, вот от них и пошли атлы.

Так, что там дальше? Мирт собирается поступать в академию управления, чтобы стать налоговиком, как и двоюродный брат. Хотя в школе проходил по специализации лекаря, как и его отец. Отец у него был прекрасным лекарем и имел обширную практику в Палире и окрестностях. Лечил и атлов и ханко. В основном ханко, конечно, атлы и сами себя подлечить могут. Если только что-то серьезное, то тогда, конечно, к лекарю. Лечил он не бесплатно, до бесплатной медицины тут еще не додумались, поэтому семья не бедствовала. Хотя какая семья? Он да отец. Мать у него то ли умерла, то ли погибла. Да это и не столь важно. А недавно погиб отец. На охоте дал себя насадить на рога какому-то особо агрессивному буйволу, на которого и охотился. Вот после этого Мирт и рванул в столицу. Остался бы жив отец — быть Мирту лекарем. Ну да ладно, меня это уже не касается, пусть будет кем хочет.

Так, а мне что делать? А мне, значит, ехать куда-нибудь подальше от столицы. Смотрим на карту. Вот город на берегу океана, Баргос. Столица всего юго-востока империи. Около двухсот тысяч жителей. Порт, курорт. Курорт — это хорошо. Заодно и в море покупаюсь. Решено, завтра отправляюсь в Баргос. Высажусь километрах в пяти — и дальше на лошадке. Все, спать. Барахло завтра разберу.

Проснулся поздно. Спешить в общем-то некуда — в город решил заехать под вечер. Как раз есть время разобраться с вещами Мирта. Приказал все доставить к себе в кабинет и пошел завтракать. После завтрака стал разбирать барахло. Чего только в здоровых переметных сумках не было. И различная посуда, и пара одеял, и целая сумка различной одежды. Вся одежда была теплой, из толстого сукна и шерсти. Были даже сапоги на меху. Но я-то собрался ехать на юг. На хрена мне там меховые сапоги? Так что я выбрал всего один комплект одежды, правда, тоже северный вариант, но другого просто не было. Все равно придется ехать с активированным комбезом разведчика, а в нем пофиг и жара и холод. Стал разбираться с бумагами. Небольшая книжечка без названия, в ней имя, фамилия, имена и фамилии родителей, время и место рождения, адрес. Что-то вроде земного паспорта. Ни описания внешнего вида, ни особых примет не указано. Прекрасно. Документ об окончании школы. Два векселя по пять тысяч эрлов. Это мне не пригодится. Банк тут один, государственный, и связь между отделениями какая-никакая существует. Вот будет скандал, если мы обналичим один и тот же вексель одновременно в разных городах. Такого тут наверняка еще не было. С государством тут такие и им подобные штуки проделывать побаиваются, потому как в наказаниях нет никакого разнообразия. Оно одно — смерть. Дикие люди. Так что векселя сразу убираем подальше. Достать и помахать у кого перед носом для солидности можно, а вот пользоваться нельзя. Четыре мешочка из тонкой кожи. Кошели. В каждом монеты. В одном монеты по сто эрлов. Всего десять штук, но монеты крупные и тяжелые. Почти чистое серебро. В другом кошеле монеты по пятьдесят эрлов, поменьше сотенных. Двадцать штук. В двух других мелочь по десять, пять и одному эрлу. Из памяти Мирта я знал, что за номер в средненькой гостинице в столице берут десять эрлов. Да и вообще благодаря Мирту в ценах я более-менее ориентируюсь. Так что денег и без векселей у меня достаточно. Нужно будет еще — наклепаю хоть сундук, хоть два. Но мне они ни к чему, на три-четыре дня и этих хватит, а дольше я задерживаться здесь не собираюсь.

Так, еще шпага. Будет только мешаться, но без нее нельзя. Для атла обязательный атрибут. Вообще физическому и воинскому развитию атлы придавали большое значение. С детства атлов, и мальчиков и девочек, учили владеть любым оружием. В основном колюще-режущим, конечно. Еще арбалетом и луком. Но главное оружие атлов — это ментальный удар. Вот этому учили очень серьезно. Для незащищенного ментально человека — это верная смерть. Да, прошли многие тысячелетия, а ту войну они помнят. Ну и правильно. Такого лучше не забывать — целее будешь. Так что шпагой Мирт владел неплохо, да и я тоже. Наверняка получше любого атла — не зря же столько тренировался по самым продвинутым аграфским методикам. Но воевать я ни с кем не собираюсь, тем более заточенной железякой. Вообще-то среди атлов допускаются дуэли, но обставлены они такими условиями, что получить разрешение на дуэль практически невозможно. А дуэль без разрешения — это смертный приговор для обоих дуэлянтов. Так, ну в общем-то все готово. Можно собираться. Только сначала надо пообедать: неизвестно, когда еще удастся поесть.

Пообедав, начал собираться. Надел бриджи из мягкой тонкой кожи. На ноги носки, вернее гольфы, а потом высокие сапоги. Рубаху, а сверху кафтан или камзол: в чем между ними разница — не знаю, но буду считать, что это камзол, — из плотного толстого сукна. Надел пояс. Слева крепилась к нему шпага, а справа небольшой подсумок для кошелька и различных мелочей, так как карманов у камзола не было. В подсумок положил один из кошелей с мелочью. Остальные деньги сложил в свою безразмерную сумку. На голову нахлобучил кожаную шляпу и пошел на летную палубу. Дроиды уже загрузили коня в грузовой отсек бота. Я тоже поднялся на борт. С собой прихватил пару небольших переметных сумок с каким-то барахлом. Мне оно не нужно, потом выкину, но въезжать в город совсем без багажа будет подозрительно.

— Никитич, буду через три-четыре дня. Бот оставлю при себе, на случай экстренной эвакуации. Девчонок пока не буди, прилечу — сам разбужу. Связь держим постоянно. Я закреплю у себя на шляпе мини-камеру и буду давать тебе постоянную картинку — веди запись. Да, выпусти пару десятков дроидов-разведчиков, пусть полетают над континентом, соберут данные, потом проанализируем. Ну все, пока. Выпускай меня.

Бот выскочил из корабля и помчался к планете. Сначала я завис над городом на километровой высоте и сделал снимки разного приближения, потом составил по ним карты разных масштабов. Правда, названий улиц и площадей на карте не было, но это и не так важно. Главное, карты всегда перед глазами, так что не заблужусь. Потом отлетел от города на север километров на пять и на опушке небольшого леса выгрузился. Поднял коня. Он забился и попытался удрать, но я привязал поводья к дереву, асам отошел подальше. Еще лягнет, скотина тупая. Из памяти Мирта я, конечно, знал, как с ним обращаться, но знать и уметь — две большие разницы. Так вроде говорят на Земле. Конь немного подергался, поржал, порычал и успокоился. Жаль, что кормить мне его нечем. Как-то не сообразил я, что он проснется голодным. Ладно, доберемся до гостиницы — там оба и поужинаем. Я взобрался на коня, поудобней устроился в седле и выехал на дорогу. Искину бота приказал держаться надо мной на высоте в полкилометра. Шагом поехал к городу, пытаясь приспособиться к верховой езде. В принципе ничего сложного. Мирт был хорошим наездником, и его знания достались мне. Попрактиковаться с полдня — и я бы тоже стал не хуже. Ничего, если ехать шагом, то никто и не поймет, что я на этой зверюге сижу первый раз в жизни. Так, не спеша, мы и добрались до города. Стены не было, а город начался как-то сразу. Все знакомые мне города начинались с пригородов, где небольшие домишки перемежались с пустырями, а где и свалками, а здесь как-то сразу — раз, и уже город.