Мои пальцы скользят вниз к краешку боксеров. Нельзя терять времени, нужно пользоваться моментом, пока она позволяет мне это, пока ее нет. Я и так слишком долго ждала.

– Белла? – он просыпается, удивленно смотрит на меня, и я резким движением откидываю его на спину, сажусь верхом. Боксеры остаются где-то на уровне его колен, они нам не помешают.

Мои пальцы расстегивают рубашку, одолженную мне, и вот я обнаженная перед ним. Он резко втягивает носом воздух, начиная понимать… Я широко улыбаюсь, с обещанием большего.

– Ты такая красивая, Белла, - говорит он, смакуя имя.

Мне нравится слышать это. Я закрываю глаза, по-кошачьи выгибаю спину, когда его руки накрывают мою грудь. Чудесное ощущение, которое я уже начинала забывать, кружит голову.

Он поднимается, чтобы ласкать губами мое лицо. Мне нравятся мужчины, которые умеют поклоняться женщине, обожать ее. Он такой.

Я вплетаю пальцы в его волосы, чтобы ощутить их мягкость. Его губы скользят по моей груди, медленно и чувственно.

Я ощущаю его возбуждение, мое тоже нарастает. Наши желания взаимны, а поцелуи страстны.

Я снова толкаю его в грудь, не позволяя ему командовать. Немного привстаю.

Он с ужасом смотрит, как я хватаюсь за красивое изголовье кровати, делающей ее такой особенной…

– Может, не стоит… - неуверенно просит он, его дыхание учащено, а руки продолжают гладить мои бедра, собираясь помочь нам воссоединиться.

– Не бойся, она нам не помешает, - уверяю я. – Она не опасна сейчас. Ее нет. – И улыбаюсь победоносно.

Он верит; он издает стон, когда я опускаюсь вниз, позволяя неге окутать наши тела. Он внутри, и это превосходно. Он потрясен, его глаза не отрываются от меня ни на минуту, все время, пока мы двигаемся в унисон.

– Белла… - шепчет он, его голос становится хриплым, а мое имя его устами повторяется многократно… увеличиваясь… словно крещендо.

– Эдвард, - кричу я, когда волны восхитительного удовольствия нисходят на меня.

Мои руки сжимают металлические плети лозы, и стоны вырываются сквозь зубы.

– Ты мой, слышишь? – рычу я неистово. – Мой.

– Твой… - стонет он и, приподнявшись, начинает благодарно целовать. Укладывает на подушку. Его глаза полны восхищения, обожания и любви. Его пальцы гладят мою скулу, и в этот момент я чувствую, что тоже люблю его. Это он, мой избранный. Мой Эдвард.

– Спасибо, - говорит он устало. Это был тяжелый день, я понимаю, поэтому разрешаю ему поспать. Впереди еще много волшебных ночей…

Я долго смотрю на него, пока не восходит солнце. Его губы немного выпятились вперед, он похож на ребенка. Очень милый.

Я чувствую, как она снова возвращается, но не хочу ее присутствия. Я еще не насладилась сполна. Я вообще не хочу никогда ее видеть. Пусть убирается.

Проваливай, приказываю я, но она неуклонно приходит, заполняя все пространство вокруг, и мне становится душно рядом с ней. Здесь может остаться только одна из нас, и ее присутствие раздражает. Она отнимает у меня Эдварда, который принадлежит мне по праву. Он мой, он сам сказал это. Она не получит его.

Она злится, что я не пускаю ее, она собирается бороться. Я уступаю ей на этот раз, но она знает – это не конец, я не сдамся. В конечном итоге ей придется позволить мне остаться…

Иначе я убью ее.

***

Пробуждение было тяжелым. Я никак не могла вырваться из плена сна, хотя не сказала бы, чтобы он был кошмаром. Я проснулась такой уставшей, будто вовсе не спала.

Эдвард нежился рядом со мной, обнимая, и мое тело испытало странную эйфорию рядом с ним. Я чувствовала себя… кхм, хорошо. Так, будто мой сон не был сном вовсе. Между ног ощущала приятное покалывание и… облегчение.

– Доброе утро, - пробормотал Эдвард, целуя меня в ямочку под ухом, и мои глаза широко расширились, когда я взглянула на него. Мы оба были голыми.

– Ты выглядишь потрясенной, - забеспокоился он. – Все в порядке?

– Было что-то ночью? – прошептала я, и Эдвард просиял улыбкой.

– Ты была хороша, - уверил он, и странные воспоминания окутали меня. Мне снился сон… Как он оказался реальностью?

Я провела кончиками пальцев по своей ключице, помня, как Эдвард целовал и покусывал ее. Затем вспомнила ощущение его во мне, его стоны, и это было поразительно… Только вот помнила я это все, как в тумане.

– Я думала, мне это приснилось, - признала я. – Я плохо помню детали.

Эдвард немного растерялся, но потом улыбнулся и поцеловал меня в лоб.

– Неудивительно, ты же вчера ударилась, и еще очень устала. Но я все равно рад, что ты решила меня разбудить.

Он бодро поднялся с кровати и отправился в душ. Там сразу зашумела вода, казавшаяся сейчас, при свете дня, совсем не опасной.

– Но если ты подзабыла, я могу напомнить тебе о вчерашней ночи сразу после завтрака, - игриво крикнул Эдвард, я слышала, как вода бьет по его плечам.