— ДВЕРИ ОТКРЫВАЮТСЯ, БУДЬТЕ ОСТОРОЖНЫ, РЕЖИМ ЧРЕЗВЫЧАЙНОЙ АВАРИЙНОСТИ АКТИВИРОВАН — сообщил нам компьютер. Рафель аккуратно взял меня за руку и повел к выходу, сзади нас пошли остальные. Стоило нам только выйти, как мы увидели военных жейзелов, направляющих на нас автоматы, однако увидев Снера, они быстро построились и громко крикнули "Служу рафелю!". Рафель отпустил меня, но меня сразу же окружили все агенты ОПЭВД. "И ты боишься идти к этому дрыщу?!" — расхохоталось альтер — эго. Я еле протиснулась между Нейлом и Севелом, они лишь с усмешкой посмотрели на меня. Снер говорил военно — начальнику отпустить всех девушек и выйти из города. Когда беседа, наконец, прекратилась, рафель вновь осторожно взял меня за руку и мы пошли. Мимолетно пролетали знакомые улицы, казалось, я еще живу здесь, но город кажется мне иным. Вот, смотрите! Здесь я в июне кричала Шейну, когда мы сильно поссорились: "Нет! Я тебя не отдам, никому никогда!". А вот тут меня обкидали снежками Рен и Шейн. А вот моя школа! Помню, как однажды наорала на директрису, а потом она вызвала, слава Богу, маму. А это место до сих пор делит душу на две разные части. Одна говорит, что это лучшая встреча, а другая ей противоречит. Кладбище. Я не могу ни остановится, здесь, возможно, похоронен мой брат. Я вырываю руку от рафеля и бегу на то самое место, между двумя могилами. Моя душа тянется туда, к брату, но возможно ли, что брата тут и вовсе нет и душа тянется к кому — то другому? Я присела и посмотрела на могилу, где было выгравировано имя Иблис Ранель Франковна 1960–1996 года. Всего 36 лет. На могиле изображена женщина с темными, словно ночь, волосами и синими, будто мрачное небо, глазами. Она жейзел и это факт. Этот взгляд…Чарующий и высокомерный, женщина явно из элитного общества. Правильные черты прекрасного лица, шелковистые волосы и еще раз глаза….Она так и тянет к себе, напоминает кого — то. Мне постоянно кажется, что я на нее похожа, но думаю это паранойа. От мыслей меня отвлекает положенная на мое плечо рука. Я подняла голову и увидела рафеля. Он с прискорбием смотрел на портрет. Я встала и мы пошли дальше. На удивление мы дошли до дома слишком быстро, я лишь мимолетно заметила дом Рена, в котором он собирал вещи вместе с Шейном. И вот он. Дом, уже такой непривычный для меня дом. Сколько унижений, страданий, боли я здесь перенесла? Я робко делаю шаг вперед и хочу постучаться, но Нейл меня опережает и просто ломает дверь одним ударом руки. Мда-уж. Со второго этажа выпрыгивает мать, с полнейшим шоком и страхом, смешанными на ее лице. "Отец" же мигом наставляет мне в лоб автомат и готовиться выстрелить, но Снер легким захватом ломает автомат. Мы продвигаемся к матери, не смотря на офигевшего по самое не хочу "отца". "Сейчас ты отплатишь за свои грешки, салага!" — наставило на него пушку мое Я.

— С — сани, к — кто это? Где т — ты был — ла? — дрожащим голосом полушептала она, смотря то на меня, то на рафеля, который грациозно подошел и, наклонившись, прошептал еле слышно: "А меня забыла, дорогуша? Не помнишь ту ночь? Тебе понравилось?" Мать лишь опустив голову, также прошептала: "Что тебе нужно, Снер?"

— Опомнилась! — сквозь сжатые челюсти зарычал Севел.

— Мама? — я удивленно посмотрела на нее — Не хочешь мне ничего объяснить?

— Ох, Сани… — вздохнула она и, видимо, поняла замысел моего возвращения — Пойдем наверх.

Я начала идти, но кто — то схватил меня за руку. Я обернулась и с, неизвестно откуда взявшейся, яростью выхватила свою руку у Севела. Его глаза резко округлились, не думаю, что причина в моей внезапной ярости. Я прошла за матерью в свою спальню. Здесь не тронуто ровным счетом ничего. Та же постель, те же занавески, тот же идеальный порядок. Мы присели на кровать.

— Тебе уже сказали? — печально спросила мама. Я начала сомневаться, что ответ на мой вопрос будет отрицательным.

— О чем именно?

— Не глупи, дочь. Я прекрасно знаю, что тебе все рассказали, но что ты от меня хочешь? Сомневаюсь, что ты останешься со мной — прикрыла лицо ладонью мать.

— Правды. Просто правды. Истины. — коротко ответила я, всматриваясь в ее глаза.

— Ах, правды… — печально начала она, вздохнув — Тогда слушай:

Твой дедушка, если ты помнишь, мечтал стать какой — нибудь важной шишкой. Ему было плевать на жену, на семью, на меня…Тогда мне было 16 лет, обычный подросток. Я гуляла по Гранду, я тут родилась. Вдруг мой взгляд пал на прекрасного мужчину. Нам, знаешь, тогда еще не рассказывали про жейзелов ничего, просто говорили, что это такие же люди, но с другим цветом глаз. Так вот, этот мужчина с черными глазами сначала напугал меня, но потом нежно спросил все ли в порядке. Я ответила да и мы разговорились. С того момента мы каждый день гуляли с ним, я по уши влюбилась! Но он ни разу не говорил мне о своих чувствах, возможно их и вовсе не было. Так и прошло два года. Однажды твой дед сказал, что нашел для меня жениха, сына одного богатого бизнесмена, и назначил свадьбу через неделю. Я, конечно же, не хотела, но кто меня спрашивал. Сразу я побежала к моему, на тот момент, любимому жейзелу. Он пожалел меня, но сказал, что он и сам скоро женится. Я была в гневе, отчаяние, слезах. Я грубо попрощалась и убежала домой, а он даже ничего не сказал мне. Вскоре я вышла замуж за того самого сына олигарха, то есть за твоего. нет…за отца Карнелии. Постепенно люди узнали об этих тва…жейзелах и появилась ОПИЖ. Я горела ненавистью к той самой женщине, которая, как я считала, забрала у меня моего любимого. Став агентом ОПИЖ я узнала, что этот мужчина стал главой жейзелов, а его жена, Иблис Ранель Франковна, родила ему мальчика по имени Иблис Севел Снеров и беременна девочкой. Ярость, гнев, ненависть — все смешалось. Мне хотелось убивать. Карнелия и Севел — одногодки и им тогда было 13 лет. Я вечером пошла прогуляться по парку и увидела ее. Ранель была по истине прекрасна! Иссиня — черные, шелковые пряди украшали прекрасное, белоснежное лицо и такие соответствующие этому образу синие глаза. Пузико уже было достаточно большим, ей скоро нужно было рожать. Рядом с ней шла парочка, позже я узнала, это были Рендал Элиза и Неос, у них есть ребенок, но о них я тогда и не думала. Жажда мести — вот, что управляло мной. Я решила убить ее, но не могла оставить в живых Элизу и Неоса. Мгновенная смерть от двух выстрелов прямо в сердце специальными пулями. Но Ранель я так быстро не убила. Она мучилась, долго мучилась. Выстрел в ногу, во вторую, в спину, она так бережно укрывала животик, но мне было не жалко. У жейзелов быстрая регенерация, но зато такая болезненная. Она умирала от боли. Я подошла и начала избивать ее, и вот наконец пуля пробила ее молодое сердце. Но ребенок еще жил. У жейзелов ребенок, находящийся еще в утробе, после смерти матери живет около часа, потому что организм матери отдает все, что у него есть, ребенку. Я вскрыла живот. Девочка была точной копией матери, поэтому даже она не вызвала у меня жалости и я, развернувшись, с чистой душой ушла домой. На следующий день трупы нашли, ребенок тоже умер. Они узнавали кто совершил преступление, хотя пока никого не трогали. Но, конечно, меня должны были наказать, поэтому на следующем же задании меня схватили и привели к Снеру, тому самому моему любимому. Нас оставили. Мы долго молча стояли, я опустила голову в пол. И, наконец, он спросил: "Сара…как ты могла?" Я ничего не отвечала, а он продолжил: "Неужели ты настолько сдурела? Неужели тебе не жалко меня? Мою дочь? А сына? Он так хотел сестренку или братика. А того ребенка Неоса и Элизы?! Ты убила ни в чем не винных жейзелов. И если ты думаешь, что тебе это сойдет с рук, то ты очень сильно ошибаешься, деточка! Твоя единственная привилегия заключается в том, что перед на вечным заточением в колонию абсолютно строгого режима, у жейзлов это самый суровый уровень жизни в тюрьме, ты можешь попросить что — нибудь. Не важно что. А после ты на 10 лет отправишься туда, а по истечению этого срока тебя ждет смертная казнь." Я даже задумываться не стала и ответила: "Тебя" И чего только я не чувствовала. И вот через 2 недели состоялся суд, но до него меня обследовали. Оказалось, что я забеременела от жейзела. Когда Снеру сообщили об этом он воодушевился и суд отложили до рождения ребенка. Каждый день я находилась под чутким присмотром военных. Через месяц мы переехали в Бриджпорт, домой мне, естественно, не разрешали звонить. Несколько раз мне делали операции. И, как я узнала позже, моему ребенка, который бы наверняка не выжил, вселили ген умершей дочери Ранели. То есть фактически я не являлась матерью своего же ребенка, но при этом мое в этом ребенке есть. Около 20–25 % человеческих генов есть в моей дочери. Остальные 80–75 % — жейзеловские. Когда я родила весь мир стоял на ушах! Ведь дети — полукровки должны умирать, но ребенок остался жив. А я в эту же ночь сбежала домой. Ребенка и меня искали 18 лет, мы прятались, Карнелии уже, как и Севелу, исполнилось 14 лет. Но однажды к ребенку, когда ему уже было 5 лет, подошел юноша лет 19-ти. Я узнала его, это был Севел. Выстрел в сердце, но не те пули. Он подошел и просто играл с моей дочкой, а я чуть не убила его. Тогда его спас другой юноша с кристально — белыми глазами и точно такими же волосами. К чему все это. Сани, ты, наверно, уже догадалась, что этот ребенок ты. И твое истинное имя — Лейла. — закончила мать. Я не могу передать все, что творится у меня в душе. Все чувства смешались, но гнев и ярость вырываются из месива различных чувств.

— Как ты могла скрывать от меня все это?! — подорвалась я и закричала на ма. Сару — КАК ТЫ МОГЛА УБИТЬ ИХ ВСЕХ?! ВСЕХ!!! КАК ТЫ МОГЛА РАНИТЬ МОЕГО БРАТА?! Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ!!! ТЫ МНЕ НЕ МАТЬ!!! СЛЫШИШЬ!!! МОЯ МАТЬ УБИТА!!! УБИТА ТОБОЙ!!! МОЯ МАТЬ — РАНЕЛЬ!!! ЧЕРТ ВАС ВСЕХ ДЕРИ!!! НЕНАВИЖУ!!! — с криками и слезами я выбежала из комнаты, нарвавшись на наглого слизня, я с яростью посмотрела на него. В его глазах смешался ужас и удивление, позади него стояло зеркало. Взглянув в него, я чуть было не упала. Мои глаза горели синим пламенем и искрились. Птица от Бога взлетела к своему создателю…

Аргумент — доказательство.

Лейла — ударение на Е. Произносится Лэйла.

Фамильяр — животное/птица/насекомое, дающее необыкновенную силу.

Моё Я или Альтер — эго — внутренний голос.

Гранд — город, где, по словам Сары(матери Сани), она родилась(Сани)

Дрыщ(здесь:) — не мускулистый, хилый, слабый, худой.

"Весь мир стоял на ушах…" — был поражен, шокирован, зарождалось масса сплетен.

19:23, 31 августа 2015 года…

Город Бриджпорт, ГШРЖ….

Я жейзел. Я Лейла. Теперь я другая. Одна ночь может изменить многое. Один вечер, день…Одна минута… Теперь я живу с папой в ГШРЖ, но Мери постоянно рядом со мной. Я не могу привыкнуть, да что там, я не могу понять, как так произошло. Почему мои глаза так горели, спросите вы? Все очень просто. Папенька узнал, что у меня два фамильяра, один из них голубь, второй ворон. И вот как раз когда я все узнала, голубь сменил позицию. Если раньше он был главным, то сейчас… И этот синий огонь показывал, что второй, более сильный фамильяр, стал главным. А я что? Я лежала в своей новой комнате с безысходностью на лице. Что дальше? Как жить? Вопрос есть, ответа нет. Ничего нового. Перед тем, как улететь обратно, Сара дала мне бумажку с адресом и телефоном Шейна и Рена. Я еще не готова для встречи с ними.

— Слушай сюда, мелочь пузатая! — ворвалась ко мне в комнату блондинка — Быстро вставай и иди готовься, завтра 1 сентября, а тебе уже 18 лет!

— И что с этого? Или у жейзелов учатся 12 классов? — съязвила я, не смотря на нее.

— Нет, дорогуша, завтра ты пойдешь учиться в академию ВПЖС! — пояснила Мери.

— Да, побегу! — вновь съязвила я, бросив в блондинку подушкой.

— Ну это как сама решишь — поймав подушку, ответила она — Лейла, это обязательно, ты сама выбрала жизнь жейзела, поэтому пошли за формой.