затем крепко прижала её.

Вот так.

Я пытался побороть искушение, но, когда она стоит в моём душе, в насквозь

промокшей одежде – это невозможно.

Меня охватило желание, и я схватил её за талию, толкнул к стене и прижался к её

губам.

Меня не волнует, что подумают люди или о чём следует думать мне.

Она – моя, и никто её у меня не отнимет.

И даже моя собственная жажда мести.

Мой язык коснулся её губ; хочу взять её здесь и сейчас. Возбуждение растекалось

по моим венам, словно остатки силы, что я чувствовал не так давно, когда убил одного из

своих самых ненавистных врагов. И теперь, всю эту мощь я обрушу на неё.

Когда она подняла руку, то я схватил её за запястье и прижал к стене. Я толкнулся

между её ногами и дал ей почувствовать, каким твёрдым она меня делает. Ухмылка на её

губах намекала, что она совершенно не возражает.

Я использовал эту возможность и проник в её рот, переплетая наши языки. Я так

отчаянно её хотел, я больше не мог контролировать свои желания. Она так чертовски

хороша на вкус, словно наркотик для меня.

Мои руки пропутешествовали к её груди, и я ущипнул её за соски, покрутил их

между пальцами. Она застонала мне в рот, и мой член жадно рванул к её киске.

Я быстро развернул её и просунул руку между её ног, приподнимая юбку. Моя

киска.

– Ты моя и никто больше… – прорычал я, сдвигая в сторону трусики и потирая

клитор.

– Я не хочу никого другого, – пробормотала она, раздвигая для меня ноги.

Я скользил пальцами вверх и вниз вдоль её щели, наслаждаясь её влажностью, и

поцеловал её в затылок. – Я так рад, что наши мысли сходятся.

Она фыркнула и отклонила голову назад, позволяя мне прикусить её ушко. –

Знаешь, я всё ещё зла на тебя…

– Я знаю. Я прогнал тебя. Позволь мне это исправить, – прошептал я, засасывая её

кожу.

Она прикусила губу, когда я похоронил свои пальцы внутри её киски.

– Трахни меня… – пробормотала она.

– О, я трахну тебя по полной, – зарычал я. – Я хочу чувствовать, как ты кончаешь,

словно хорошая маленькая грешница, какой ты и являешься.

– Ты называешь меня маленькой грешницей? – она возразила.

– Ты предпочитаешь быть хорошей маленькой шлюшкой? – спросил я. – Потому

что, в любом случае, ты, на хрен, моя.

Она усмехнулась, а я обвёл пальцем её клитор. – Я согласна… только продолжай

делать так.

– О, я продолжу… – прорычал я и облизнул губы, когда почувствовал, что её клитор

увеличился от моего прикосновения. – Я заставлю эту киску кончать так сильно, что ты

будешь умолять, чтобы этот проповедник насадил тебя на свой кол.

– И кто теперь шлюшка? – сострила она.

Я толкнул её к стене, она вскрикнула от холода, который ощутила своими сосками.

Затем я протолкнул руку между её бёдер и протиснул мой член между половинками её

попки.

– Ты готова для меня, детка?

– Чёрт, да… – застонала она, в тот самый момент, когда я ввёл головку.

Одним движением, я проник полностью, глубоко похоронив мой член в ней. Она

задержала дыхание, когда я вышел, и когда я ворвался снова, из её рта раздался ещё

один громкий стон. Трахая её, одной рукой я накрыл её киску, а вокруг другой обернул её

волосы и потянул её голову назад.

– Трахни меня, – шипела она, словно не могла уже это выносить.

– Не стоило идти со мной в душ, – прорычал я. – Теперь ты почувствуешь мою

ярость.

– Ярость?

– Ты думаешь, так просто избавиться от мыслей, что убил человека? – пробормотал

я, жёстко вдалбливаясь в неё. – Чёрт, нет.

Я снова протаранил её, в этот раз, погружая внутрь неё каждый свой дюйм, пока

она не взвизгнула. – Кончай, – прорычал я. – Дай мне ощутить твою влажность.

Я шлёпнул её по заднице, удерживая за талию, пока врывался в неё. Когда я

скользнул по её клитору, ноги Лауры задрожали, и она едва могла стоять прямо. Я

удерживал её на месте, а она встала на носочки, едва справляясь с моим большим

членом.

Девушка испустила долгий стон, и её мышцы сомкнулись вокруг моей длины; из

неё сочилась влага. Чёрт, это ощущалось настолько хорошо, что я тоже кончил.