Шрифт:
– Ну, как знаешь. – Капитан покрутил над головой в воздухе рукой. – Отчаливаем!
Через минуту лопасти вертолёта начали медленно вращаться. Поднимаясь по трапу, Алексей успел помахать, всё так же неподвижно стоящей у сарая, девушке в чёрном платке. Мадина не ответила. Но каким-то скрытым чувством Семёнов понял, что она заметила его жест и тоже попрощалась с ним.
Ночью в горах подморозило, и выпал первый снег. С вертолёта вид земли напоминал причудливый чёрно-бело-голубой узор ковра, покрывшего горы и предгорья. Шум винтов дополнял всю картину. Неподвижно стоящие внизу люди, удаляясь, становились неразличимыми маленькими знаками, убегающими из поля зрения.
27.05.14
А.И.
Потерянный хвост
Рассказ
Этот чёрно-белого окраса пёс был необычайно крупным и молчаливым. Морда алабая* была покрыта зарубцевавшимися шрамами, а кромки обрезанных ушей демонстрировали рваные края – свидетельства многочисленных схваток. Его побаивался даже человек, дававший ему пищу. Хромой Ахмад, считавшийся его хозяином, работал в проборазделочном цехе, в отделе главного геолога нашего высокогорного рудника. На вид Ахмаду было под шестьдесят. Его засаленная тюбетейка целыми днями мелькала в зарешечённых оконных проёмах проборазделки. Пастухи, прогонявшие мимо рудника отары овец и гурты яков, пытались сторговаться с Ахмадом, предлагая за пса хорошую цену. В горах ценились хорошие собаки.
На ночь Ахмад снимал с поводка и запирал огромную овчарку внутри помещения, тем самым обеспечивая сохранность оборудования и приборов. Днём же он выводил пса на улицу и привязывал к огромной пустой цистерне из-под воды, с незапамятных времён ржавевшей рядом со входом в проборазделку. Когда пса запирали в помещении, стальная цепь и старый ошейник из толстой бычьей кожи оставались лежать на земле.
Конец ознакомительного фрагмента.