Шрифт:
* * *
Проезжая мимо помойкиИногда увидишь: в грязиЛежат холодильник или плита,Расписанные фантастическими цветами.Эта тяга народа к творчествуУмиляет и настораживает,Но примитивное зодчествоПомойку облагораживает.Твой холодильник не такой, как у всех,На твоем серванте — бумажная аппликация.На стене — картина неизвестного художника,Который умер в четырнадцать летВо время мастурбации.Ты как вылезший наружу конец пружины диванной,Ты была большая оригиналка.Твой холодильник, раскрашенный странноЯ вспомнил, проезжая мимо свалки.И пусть уже пусто, и нет просвета:Потянулись заборы и гаражи,Ты продолжаешь вкладывать душу в предметы,В предметы, у которых нет своей души. * * *
Я сел в поезд одного из направлений местных,Вагон был почти пустой.Заняты были всего три места,И все три заняты передо мной.На одной скамье сидели втроемБаба и два мужика.Я им, видимо, помешал, не знаю, в чем:Они с ненавистью посмотрели на меня.Вагон тронулся, я устроился удобно,И притворился, что крепко сплю.Минуты три они сидели спокойно,Потом пересели на другую скамью.— Что они там делают, узнать пора бы, —Продолжая как-будто спать,Я увидел, что торчащую над сиденьем голову бабыМужская рука попыталась обнять.Внезапно один из мужиков обернулся,Но я вовремя успел глаза закрыть.— Только бы этот мудак не проснулся, —Услышал я голос, но чей, не смог определить.Тогда я решил вскрыть неизвестности дамбу,Узнать тайну их странного поведения.Я встал, взял сигарету и пошел в тамбур.Все трое вздрогнули при моем появлении.Раньше я мог видеть только их головы:Спинка сидения загораживала тела.Но подойдя к ним, я увидел, что все трое — голые,И лишь подвернута на шее водолазка на бабе была.Докурив сигарету, я вернулся,Оргия была в самом разгаре.На меня уже не обратил внимания никто,И я спокойно сделал несколько фотографий.Завтра продам их в «Мегаполис-Экспресс»По двести рублей за штуку.Репортаж под названием «железнодорожный секс»Прославит двух работяг и привокзальную шлюху. * * *
На платформе Северянин,Северянин, СеверянинПьяный инопланетянинЭлектричку поджидал.Подошел к нему я сзади,Добрый, блядь, самаритянин,Подошел к нему я сзадиИ коленкой наподдал.У меня крепки коленки,У меня крепки коленки,Полетел он как в тарелкеНад платформою пустой.Колесом товарный поездРаздавил его по пояс.Мерзкий маленький захватчик!Не такой уж ты крутой!Прилетали тут тарелки,Очень черные тарелки,Злые инопланетянеГнули щупальца свои.И нависли надо мною,И со мной забили стрелкиНочью в следующую средуУ созвездия Змеи.Над платформой Северянин,под платформой СеверянинМертвый инопланетянинУлетел в последний рейс.Я уехал в электричке,Я куплю змею на Птичке,Я отвечу им предметноЗа работу МПС. Из «Галактического цикла»
Ройтан
* * *
На подходе к системе ВегаПочувствовал грохот удара.Пробоина в нижнем отсеке —Это начало кошмара!Звездолеты врагов ОснованияПоявились на мониторе.Командир обратил наше вниманиеНа тот факт, что все мы сдохнем вскоре.Сдаваться не имело смысла:Тех, кто сдается пытают.Лазерной пушки раздался выстрел,И у нас отвалилась часть кормовая.Почему же молчит наша артиллерия?!Враги нас уничтожают целенаправленно.Это генералы Галактической ИмперииПривели сюда свою огромную армию.Прощайте, жена и дети!Уже командир застрелился,И штурман-предатель на самодельной ракетеВ игрек-пространство смылся.Разваливается на части наш звездолет,Оставшиеся в живых сходят с ума.Вот и закончился наш полет —Нас ожидает космоса вечная тьма.Нечего было черт знает куда летатьНеизвестно чего искать, черт знает где.Сидели бы дома, едрёна мать,А теперь нам, ребята, похоже пиздец!