Шрифт:
И с булгарцами все утряслось. Несмотря на надежды некоторых ближников старого кугуза, с той поры те более не нарушали покой Поветлужья.
Во-первых, к весне они имели бы дело уже со всем ветлужским княжеством, к которому могли придти на помощь соседи. Булгару столь крупный и затяжной конфликт не понравился бы.
Во-вторых, насколько Кий знал, ростовский князь пригрозил, что если наместник Учеля не уймется, то он возьмет бывшего десятника своего отца под защиту и даже обещал в этом случае поставить на Ветлуге крепость.
И, в-третьих, защищаемая им сторона не стала дожидаться, когда волки перегрызутся над добычей и попросту договорилась через посредника из угров о том, что наместник Учеля будет в довесок к обычной дани три года подряд получать богатые подарки от так и непобежденного противника.
Суздальская же полусотня вместе с немногими новгородцами, участвовавшими в отражении набега, надолго осела в окрестностях Ветлуги, ощутимо повлияв на боеготовность местной дружины. Через несколько месяцев многие служивые и семьи свои перевезли на новое место. Глядя на столь многообещающий факт, воевода к щедрой плате дополнительно присовокупил обещание оделить их землей, оговорив это признанием ветлужских законов. Несогласных же с такой постановкой вопроса попросил удалиться обратно в Суздаль. Мол, всегда рад видеть, но черемисский кугуз сильно недоволен, что ростовский князь держит тут своих воев, и грозит покарать своего ротника. Да и Булгар может на это обидеться.
Большая часть под предводительством бывших переяславских соратников воеводы осталась, за малую мзду передав выделенные земли в пользование местным общинам. Меньшая не обнаружила на предполагаемых наделах холопов, желающих их обрабатывать, горестно покачала головой и удалилась. Однако обошлось без обид, мошна с серебром в качестве отступного была весомой.
И все же Кий догадывался, что все это благолепие ненадолго, конфликт должен разгореться вновь, рано или поздно. Секреты ветлужцев стоили того, чтобы к ним заявилось если не все булгарское войско, то хотя бы закованные в броню курсыбаевцы. И он не хотел в этот момент быть кому-нибудь чем-либо обязанным или оказаться несвободным в тисках весьма короткой, но скорее всего весьма жесткой Правды.
Однако пока Великий Булгар спал, занятый своими внутренними распрями. Спал и ждал прихода [8] суздальского князя, руками которого, как многим в нем казалось, можно было в одночасье решить все проблемы, сплотив нацию против грозного внешнего врага.
Глава 3
Глухо звякнувший металл ударил Кию по ушам, словно набат.
Не думая, он ринулся на звук, пытаясь лишь не упустить направление.
Это его и сгубило.
8
Русские летописи сообщают, что в 1120 году Юрий Долгорукий «ходи на Болгары и взя полон мног и полк их победи». Булгарские, большинством историков непризнанные, говорят обратное: «Семь тысяч урусов из восьми были изрублены, растоптаны и потоплены казанчиями и салчиями. Джурги (Юрий) едва успел бежать с последней тысячей и более никогда в жизни не помышлял о походе на Державу».
Поток сорвавшихся с кустарника капель и мелькнувшая в тумане ветка заставили его прибавить прыти, и Кий попался в созданную природой ловушку. Нога не сумела раздвинуть мокрую траву, тесно переплетшуюся меж собой стеблями и соцветиями, и он рухнул на землю, громыхая надетым железом по мягким земляным кочкам.
Рухнул и на мгновение замер, почувствовав, что рядом с ним что-то произошло. То ли на землю упала тень, заметная даже в густом тумане, то ли в двух шагах возникло нечто неосязаемое и мрачное…
Кий изогнулся и потянулся к ножнам, однако здравый смысл неожиданно воспрепятствовал столь естественному желанию.
«Коли уж не ударили сразу, то есть на то причина!»
Над самой его головой послышался сиплый сокрушенный выдох, и это окончательно убедило Кия замереть и плавно убрать руку от боевого ножа. Медленно встав на колено, он поднял взгляд и неподвижно застыл.
Не мигая, на него смотрели огромные черные глаза, широко сидящие на удлиненной морде, покрытой короткой шерстью. Появилась уверенность, что перед ним на четвереньках сидит мерзкое существо с повернутыми назад ступнями. Порождение Киямата, владыки подземного мира. Сам ангел смерти Азырен или… Овда?!
Спина покрылась липким холодом, а в голове стало непривычно пусто. Кий почувствовал себя лягушонком, прыгнувшим не в то место и попавшим из огня да в полымя. Словно в подтверждении суматошным мыслям, справа от злого демона послышался шорох, и над мерзкой головой выплыло человеческое лицо, обезображенное печатью бессмысленности. Скорчив злобную гримасу, новый персонаж страшной сказки раскрыл губы и пробормотал в сторону Кия что-то зловещее, заплевав его лицо мокрыми, неприятными брызгами.
В подтверждение прозвучавших угроз первое существо нагнуло голову, ощетинив длинные рога на полосатой, черно-белой макушке, а потом вытянуло морду к нему, издав утробный рев, пробивший тело Кия до самых печенок.
«Уу-у-у-у!..»
На короткий миг Кий задумался о бренности своего существования. Боги не прощают, когда их подопечные пытаются убежать от посылаемых им испытаний и тут же измышляют новые, более изощренные.
Судно было похоже на разворошенный муравейник.