Солнечные часы! Как я сразу не сообразил?

Если это делал землянин, должно быть двадцать четыре сектора.

Все верно! Мне даже не пришлось считать радиусы, потому что они пронумерованы - ближе к краю площадки выбиты числа от нуля до двадцати трех.

А зачем окружности?

– Окружности для того, чтобы легче измерять длину тени, - поясняет подошедший мужчина.
– Самая короткая тень в течение дня - полдень. Самая короткая тень в году - день летнего солнцестояния. Благодаря этим часам мы составили ...

Последнее слово я не понимаю, но после объяснений до меня доходит, что мужчина имел в виду календарь.

Тим - так назвался мужчина - рассказывает, что плоские блоки они заготавливали в каменоломне неподалеку, а укладывали их на подушку из песка.

Я представил работу и ужаснулся: только принести сюда песок и камни - огромный труд. А ведь все это сделали лишь четыре человека: сам Тим и его друзья - Кен, Лей и Питер. А ведь им еще пришлось выкладывать столб. Интересно, чем они скрепляли блоки?

– Клей сделал узел Питера, - рассказывает хозяин.
– Тот узел до сих пор изготавливает клей, а Питер пропал.

Ого! Здесь пропадают люди! Впрочем, мужчина явно не желает говорить на эту тему.

Тим примечателен цветом волос - он рыжий. В остальном мужчина совершенно обычен: среднего роста, нормального телосложения, возраст - лет двадцать пять. Только часы, которые он сооружал, закончили строить почти сорок лет назад. А сколько лет он жил здесь до начала строительства?

– Не знаю, - Тим разводит руки в стороны.
– Годы начали считать только после того, как составили календарь.

Сколько лет способен прожить человек? На Земле лет сто, а здесь? Или люди на этой планете не стареют и умирают молодыми? И что случилось с Питером?

Рассказываем друг другу о себе. Тим из Техаса, работал там на ферме. А здесь стал строить солнечные часы - так сложилось.

– А где взяли инструмент?
– спрашиваю я.

– Это Лей с одним узлом договорился, - отвечает Тим.
– Все азиаты хитрые, а китайцы - ...

Последнее слово мне не известно, после детальных объяснений понимаю, что Тим назвал своего приятеля Лея любителем женщин, то есть бабником. Я собеседника понимаю, но некоторые слова, которые он употребляет, слышу впервые.

Тим видит мои затруднения и советует:

– Скорее учись читать. В хранилище записей есть словарь, где все слова объясняются.

Как я понял, хранилище записей - это библиотека. А учиться надо. Думаю, письменность здесь не похожа на ту, что мы придумали с Таа.

– Почему у вас инструмент не распадается?
– спрашиваю напоследок.

– Он рассыпается в пыль, но только в Дилте. Надо его быстрее уносить за пределы.

Ищу глазами Таа и обнаруживаю ее в полусотне метров, оживленно беседующей с женщиной - подругой Тима. Пространство вокруг часов заполнено грядками и рядами неизвестных мне невысоких растений. Именно их и разглядывают женщины.

Подхожу и вижу в руках хозяйки мотыгу, судя по цвету, бронзовую. Как Дилт умудряется выплавлять металлы? Живой организм и высокая температура плохо сочетаются. Или он использует электрохимический способ?

Собеседница Таа тоже с Тирта, но говорят они на едином языке. При этом обе успевают лакомиться продолговатыми плодами морковного цвета - такие в изобилии висят на маленьких кустиках.

Пообщаться с женщиной не успеваю.

– Нам с тобой пора - надо учиться читать, - говорит Таа.

Видимо, и она не поняла некоторые слова своей новой подруги.

Оранжевый плод пробую по дороге. Нет, я не сорвал его без разрешения - Таа, как всегда, позаботилась обо мне и прихватила парочку с собой. Мягкий, сочный, вкусом похожий на помидор - овощ мне понравился.

Думаю, мы добрались до вполне приличного места: жилье есть, одежду дали, насильно не держат, и еда здесь вкусная. А главное, никто не собирается нас разлучать.

Тридцать четвертый узел отыскали не сразу. Да, тут везде таблички с номерами, и дважды мы встречали большие щиты с планом Дилта, но дороги здесь слишком извилистые, а развилок очень много.

И опять, судя по всему, щиты и поддерживающие конструкции изготовил Дилт, а план рисовал человек.

Вход в узел был пятнистым - серым с черными пятнами. Прошли мы легко, а внутри застали троих: мужчину с голым торсом, Айзека и Ирину.

Незнакомый мужик, едва поздоровавшись, продолжил что-то писать. Листы, лежавшие перед ним и на нескольких этажерках, оказались не бумагой, а гладкой пленкой.

– Новая одежда. Сюзанна принесла?
– поинтересовался Айзек.
– Как они поладили с Таа?