– Не сочтите за дерзость, Ваше Высочество, но мы собираемся соревноваться в стрельбе из арбалетов. Возможно, вы хотели бы поучаствовать? – один из молодых людей вытащил из-за спины ручное метательное оружие, похожее на лук.

– Что же, охотно соглашусь. Но ненадолго. Мне необходимо готовиться к балу. – Принцесса грациозно поднялась и чуть тряхнула юбки, чтобы зацепившиеся травинки упали к ее ногам.

Регону и Карию, разместившимся на подоконнике второго этажа, было отлично видно все, что происходило, и даже отчетливо слышно. Братья молчали, чтобы не выдать своего присутствия в роли невольных зрителей, и поражались кардинальным переменам в образе и мыслях недавней послушницы.

– Первый выстрел ваш. – Второй виконт поклонился и с молчаливого разрешения Ее Высочества запустил вверх ярко-оранжевый диск-мишень.

Маленькая, с виду хрупкая девушка рванула арбалет и, почти не целясь, выпустила юркую стрелу, которая со свистом рассекла воздух и встретилась острым наконечником с сердцевиной движущейся мишени, расколов ее на части.

От радости Лекси закружилась по небольшой поляне, раскинув руки в стороны, и во избежание травматических казусов ее спутники пригнулись, ожидая, когда принцесса закончит. Остановившись, она вдохнула полной грудью едва уловимый аромат ядовитой ипомеи, чьи аметистовые и лиловые воронковидные бутоны пахли миндалем и палящим солнцем. Алексия будто в последний раз наслаждалась свободой и хотела вобрать в себя все светлые черты этого дня.

– Браво, Ваше Высочество! Выше всяких похвал! – безудержно радуясь, прокричала фрейлина и захлопала в ладоши.

– Вы, как и всегда, неподражаемы! – польстил один из виконтов.

Алексия улыбалась – чисто, открыто, от души, упиваясь своей маленькой победой, которая пополнила ее список в этот день, но лишь продолжая, а не заканчивая его.

Громкие, словно издевательские, хлопки раздались над ее головой и отдались в сжавшемся сердце набатом. Она вскинулась и обратила свой взор на окна всегда пустующих покоев, о наличии гостей в которых совершенно не подумала.

– Браво, Ваше Высочество! – мужчина ухмылялся, но взгляд его, казалось, хотел уничтожить и растоптать, обратив в ничто. – Ваше выступление удалось!

Прямая спина, горделивый профиль и изумрудные глаза, в которых отражалась всепоглощающая ненависть. Она словно пылала изнутри, обещая посмевшему заговорить с ней Регону нескончаемые предсмертные муки, которые неминуемо настигнут его в ближайшее время.

– Ваше Высочество! – сквозь зубы проговорила она. – Не стоит сидеть на подоконнике открытого окна…

– Вы беспокоитесь за мою жизнь? Приятно удивлен!

Фрейлина и виконты молчали, считая, что не имеют права вмешиваться в разговор королевских особ.

– Да нет же. Как по мне, то можете преспокойно отправляться к Всевышнему. Но ведь за вашей спиной может стоять мой слуга с клинком за пазухой, а вот за его жизнь я переживаю.

Оба брата резко обернулись, выискивая в комнате того, кто мог хоть отдаленно напоминать слугу маленькой паршивки. Не найдя и тени, они высунулись из окна, но никого уже не было. Лишь осколки мишени пестрыми пятнами выделялись на травяном ковре.

– Ничего себе послушница! – воскликнул Карий и весело рассмеялся.

– Ну, Принцесса!

– Регон, ты куда?

– Проучу эту маленькую шутницу! – Наследный Принц Бетафа пулей вылетел из гостиной в коридор, ожидая перехватить девушку на лестнице.

Клокочущая ярость охватывала его, когда он схватил бегущую по ступеням Принцессу и бесцеремонно запихнул в небольшую нишу, где, по обыкновению, должна была стоять декоративная статуя, которая в этот момент почему-то отсутствовала.

– Что вы себе позволяете, неотесанный мужлан? – воскликнула Алексия, будучи прижатой к обитой бордовой тканью стене.

– Бледная послушница оказалась зубастой волчицей! – тонкие кисти взлетели вверх и были перехвачены одной мощной рукой над ее головой. – Знаешь, как говорил мой учитель? Умеешь сказать – умей и ответить!

Лекси пыталась кусаться и брыкаться, но все ее усилия были напрасны. Маленькой Принцессе не тягаться с опытным охотником, от рук которого погибло немало девичьих сердец и загнанных зверей. Сухие горячие губы клеймили жестким болезненным поцелуем, сминая, подчиняя, разрушая…

Наследный Принц схватил ее за распущенные волосы, заставляя запрокинуть голову и открыть лицо для непозволительных прикосновений. Алексия постепенно расслабилась под его напором, будто растаяла от неудержимой страсти. Почувствовав вкус очередной победы в укрощении строптивой кобылки, Регон освободил ее руки, которые тут же, нежно обнимая, плавно легли на его шею. Он чувствовал, что сейчас может делаться с ней все что угодно, так плавилась Принцесса от его нескромных ласк.

Маленькие пальчики впились ногтями в плечи, удерживая мужчину на месте. Юбка платья взметнулась, и острое колено прилетело прямо меж расставленных ног, тоже клеймя, но по-своему. Регон от неожиданности скрючился, красочно ощущая непередаваемую боль. Воздух рвано вырывался из его открытого рта, пытаясь освободить легкие и избавить тело от мук. Схватив за подбородок, Алексия заставила его посмотреть в ее лихорадочно горящие очи.