Мерлин, молчавший до того, вдруг воскликнул:

— Работёнку? Работёнку?! Ты, старый плут! Ты с самого начала мечтал добраться до Кайла и добился своего — теперь он связан словом!

— Видишь ли, любезный Мерль… — задушевным голосом сказал Монте-Кристо, салютуя ему бокалом. — Старость — это не всегда маразм и недержание. Иногда это ушки на макушке и море опыта, и чем больше столетий за плечами, тем больше опыта в разработке всяческих забавных комбинаций. Ты так нахваливал ученика и его некромантские успехи, что у меня не могли не возникнуть кое-какие идейки на его счёт. Да, признаюсь, в сердцах я спустил в магический шредер души идиотов, вызвавших меня, и лишь потом обнаружил, что без их участия мне не выбраться из сетей. Погорячился, что поделаешь… Вот твой Кайл и займётся извлечением жалких душонок из мусорной корзины и склейкой их во что-то пригодное для общения. Предупреждаю, миссия опасная и почти невыполнимая. Мой шредер — вещь надёжная.

Кайлеан холодно сказал:

— Можно было обойтись без всего этого цирка. Почему не заключить соглашение сразу? Вы ведь быстро поняли, что ради Данимиры я пойду на всё.

— Ка-ак без цирка-то? — удивился Монте-Кристо дурашливым голосом Сильвера, мгновенно перевоплощаясь в эту маску. Он сдвинул бескозырку на затылок. — Это раньше мир был театром. А теперь важнейшим искусством стал цирк. Без цирка, браток, ныне с ума можно сойти… тем более, на одном месте сидючи. Тебе ли не знать?..

— Он зна-а-ает… — проскрипел попугай с плеча Сильвера. — Он будет стара-а-аться… ради своей короле-е-евы…

— Однако, дорогой Монти, три щелбана ты всё равно получишь, — пообещал Мерлин.

— Это серьёзно, — сказала Мелисса, незаметно подмигивая мне. — В день расплаты будет магнитная буря и вспышки на Солнце.

Теперь наше прощание, дорогой читатель, близко.

Немногое осталось рассказать.

Кайлеан справился с задачей Монте-Кристо и вернулся ко мне (тогда уже к нам, о чём мы оба ещё не подозревали) целым и невредимым. Космический путешественник покинул ловушку, возобновив свои странствия… и я, в отличие от Мерлина и Мелиссы, ничуть не жалею. Знаю, всё в этом мире взаимосвязано, знаю, что, возможно, лишь благодаря эксцентричному пари двух старых волшебников мы с Кайлеаном нашли друг друга, но так и не смогла согласиться с концепцией удава и кролика. Впрочем, думаю я об этом не часто, мне некогда — я учусь быть королевой и матерью. Учению этому не видно конца, и неизвестно, чему выучиться сложнее.

Когда первая очередь замка была готова, туда переселились Леммюэль и Дрю. «Замок без привидений, что роза без запаха», заявила мне эта сладкая парочка… я радостно согласилась. С появлением призраков Тинтангел (такое древнее имя получил наш замок), действительно, будто обрёл собственную душу. Дрю весьма успешно играет роль негласной домоправительницы, а основной заслугой Лема я считаю смягчающее влияние на непростой характер нашей Злюки.

По поводу привидений стоит ещё упомянуть, что, по мнению Лема, они с Дрю не единственные призрачные обитатели Тинтангела… Лему кажется, что кто-то очень скрытный, не желающий обнаруживать своё присутствие, таится под каменными сводами. Вы знаете, о ком я подумала в первую очередь… но пока это только игра воображения, не подкреплённая фактами.

Главным обитателем пустоватого пока драконятника Данимирии стал Симба, которого Кайлеан обменял на три тонны эльфийской руды, добытой в здешних горах. Дракон вымахал в огромную свирепую зверюгу, грозу местных хищников, но при виде меня по-щенячьи валится на бок, приглашая почесать брюшко. С этой традицией пора заканчивать — егеря очень недовольны разрушениями, и считают, что Симба подаёт дурной пример остальным трём драконам. К тому же, если крестник продолжит расти, для этой процедуры мне вскоре потребуется приставная лестница.

Библиотека Тинтангела, ставшая сюрпризом от Кайлеана на мой день рождения, тоже пока заполнена от силы на одну восьмую… но мы над этим работаем.

Женя и Егор по-прежнему вместе, обзавелись двумя чадами — парой девчонок-близняшек, и каждое лето их дружная семья гостит в Данимирии. Для меня нет большего счастья наблюдать за совместными играми наших детей. Мы с Женькой шутливо фантазируем, что когда Ники вырастет, ему придётся выбирать между двумя уральскими красотками, и это будет нелёгкий выбор. Может быть, как в любой шутке здесь есть доля правды… кто знает.

Людмилу в итоге имперского расследования объявили погибшей, хотя на самом деле её тайно переправили в Эрмитанию, где лекари поставили Люду на ноги. Теперь она, сильная туманная ведьма, находится на королевской службе Эрмитании и считается весьма ценным сотрудником. Наконец-то она занимается любимым делом, и, надеюсь, счастлива… но отношений мы не поддерживаем. Лишь иногда, встречаясь случайно в коридорах эрмитанского замка, мы обмениваемся мимолётными, слегка печальными улыбками… и на этом всё.

Самая удивительная история произошла, пожалуй, с Химерианом.

После битвы на Имангре его еле вытянули с того света; опасность миновала, но обнаружилось, что Хим испытывает сильнейший упадок сил. Постепенно физическое состояние восстановилось, а вот магические способности с возвращением запаздывали. Как следствие, начался душевный разлад. (Визиты деверя в Тинтангел я терпела, но порой от души желала запустить в него каким-нибудь предметом интерьера).