— Сумасшедший был день, да? — выговорила я сонно. — Столько всего произошло, и сколько страшного было, но не смотря ни на что, этот вечер я буду беречь в памяти всю жизнь.

Вот тут мне всё-таки пришлось загасить воображаемую спичку. К чести Кайлеана, он среагировал немедленно, отпрянул и сразу шагнул назад в кабину. Уже оттуда он промолвил:

— Спокойных снов, Данимира Андреевна.

Его зрачки краснели, но двери закрылись и лифт пошёл вниз.

Я поплелась к кровати. Дрю нигде не было видно. Думая, что сразу же усну, я быстро переоделась в свою роскошную ночную сорочку и залезла в кровать. Но заснуть не смогла — перед глазами проносились картины сегодняшнего дня. Поворочавшись с боку на бок, я села и позвала Дрю.

Дрю вылетела из шкафа.

— Добрый вечер, Дрю. Ты что, спала в шкафу? Прости, что разбудила.

— Да я и не сплю никогда, — отмахнулась Дрю, — я ж привидение. Просто в шкафу уютненько и думается хорошо.

— О чём?

— О вечности, о чём же ещё?

— Здорово, — позавидовала я. — А у меня в голове только сиюминутное мельтешит. Посмотри на меня, Дрю. — Я слезла с кровати и встала босыми ногами на ковёр. — Я тебе никого не напоминаю?

Она честно подумала, повисев в воздухе передо мной, потом облетела вокруг и пожала плечами:

— Да нет, никого.

— А если бы у меня глаза были зелёные, а волосы прямые и белые?

Дрю задумалась и что-то такое промелькнуло в её глазах, но она снова пожала плечами…

— Нет, всё равно никого.

— Дрю, милая, — взмолилась я. — Ну даже если я хоть чуточку на кого-нибудь похожа, всё равно скажи!

— Ну хорошо… Я вас как в первый раз увидела, так сразу и подумала… — Я затаила дыхание. — У меня в детстве книжка была со сказками, старая такая, большая, с картинками во всю страницу… Картинки были очень красивые, я любила их разглядывать… Так вот вы просто копия принцессы Даннеморы из той книги. И зовут вас похоже.

— Я — копия принцессы из детской книжки?.. — разочарованно протянула я. — Нет, я, конечно, рада, что оказалась копией принцессы, а не сватьи бабы Бабарихи какой-нибудь… Но всё равно, это совсем не то.

— Ну, извините. Больше мне сказать нечего. А что такое?

Я села обратно на кровать.

— Сама не знаю, что… Просто так спросила, наугад. Постоянно мерещится — все вокруг что-то знают, одна я, наивная ромашка, в неведении. И принц Кайлеан когда-то спрашивал про женщину, очень на меня похожую. Это его очень интересовало. Может, он в детстве тоже сказок начитался и воображает теперь, что я потерянная принцесса?

Дрю помолчала, потом спросила:

— Как там у вас с принцем — уже или ещё нет?

— Ещё нет… — скорбно ответила я, потом спохватилась: — Тьфу! Разумеется, нет!

— Привередливая вы, леди Данимира, — хмыкнула Дрю. — У нас тут, понимаешь, пол-Эрмитании по принцу Кайлеану сохнет, а вы… — Она скорчила надменную физиономию. — «Разумеется, нет!»

— А другая половина сохнет по принцу Химериану? — сказала я первое, что пришло в голову, чтобы отвлечь Дрю от наших с Кайлеаном отношений. Сейчас я была не в настроении делиться интимными переживаниями. Нынешний вечер напоминал чашу, наполненную драгоценными минутами, и мне не хотелось расплескать ни капли.

— Конечно, — убеждённо сказала Дрю. — Даже гораздо большая половина.

— Ещё бы, — безразлично сказала я, — такой красавчик.

— Не только поэтому. — Дрю огляделась по сторонам и заговорила вполголоса: — Принц Химериан весёлый… и он как-то… попроще. Ваш-то, сумрачный такой всегда, и все у него должны по струнке ходить. Говорят, у него вместо сердца счётная машина, и он никогда ничего не делает просто так. Даже удивительно, что он так к вам привязался. В смысле, что у него вообще, оказывается, чувства есть.

Жабьим голосом я сказала:

— Что ж тогда пол-Эрмитании по принцу Кайлеану сохнет, если он такой-растакой?

— Принц есть принц, — поучительно заметила Дрю, — на дороге не валяется, по нему положено сохнуть. К тому же внешне он ничего такой, интересный. И, главное, не жадный.

Я вспомнила, как мы с Кайлеаном танцевали, и его смеющиеся глаза напротив, и мне снова не захотелось обсуждать наши отношения.

— А расскажи-ка мне лучше, Дрю, как получилось, что королева Эрмитании — мать Кайлеана, а не Химериана?

— Мать принца Химериана тоже умерла. А вы не знали?

— О господи. Откуда. Я вообще ничего не знаю, я же иностранка.

— Тогда слушайте.

Я залезла под одеяло и села, обхватив колени руками, Дрю опустилась на постель и приняла такую же позу.

— Только это неофициально, — предупредила она.

— Но народ в курсе, — кивнула я.

— Да! — обрадовалась Дрю моей понятливости. — Когда первая королева Линор преставилась в родах, король Георгиан вручил наследника Леара нянькам и воспитателям, а сам не женился долго, хотя в дамах сердца недостатка не испытывал. Вы только не вскакивайте и не вопите, но, говорят, тогда-то он договор этот и придумал, про забывание.