Но она отворачивается и хватает миску, к которой она тянулась. Ту же самую, за которой она наклонялась несколько минут назад. Нет, нет, это невозможно. Это было не на самом деле. Этого не могло быть.

— Я в порядке, — говорит мама. — Мне нужно немного побить тесто. Если его все еще можно будет есть, когда я закончу, у нас будет пицца сегодня вечером.

— Звучит здорово, — говорю я, потом я выхожу из кухни и стараюсь не издавать ни звука, когда я иду по коридору.

К двери Сиерры.

Я оглядываюсь по сторонам, прежде чем затаить дыхание и повернуть ручку.

Закрыто.

Слёзы разочарования прокладывают себе путь, и мне приходится сделать несколько глубоких вдохов, прежде чем я смогу их остановить. Это первый раз, когда я увидела, что она покидает дом, так же, когда я получила фотографии «Восстановления разрушенного будущего». Интересно, могу ли я взять отвертку и открутить всю ручку. Если бы Сиерра успела сказать маме, что она уходит, это, вероятно, больше, чем кофе. Наверняка её не будет не менее часа.

Клара или книга? Я медленно отдёргиваю руку.

Я верю в предзнаменования; это идёт рука об руку с тем, чтобы быть Оракулом. Отсутствие Сиерры идеальный случай, либо проникнуть в её кабинет, либо изменить видение. Но я должна выбрать.

Что вселенная пытается мне сказать? Нужна ли мне книга? Если я позволю Кларе умереть сегодня вечером, но я получаю ресурсы, которые мне нужны, чтобы спасти следующего человека, это того стоит?

Но что, если в остальной части текста нет ничего полезного? Что, если я ошибаюсь? Тогда ещё одна невинная девушка мертва, и я вернусь к исходной точке.

Я возвращаюсь в свою спальню. Сегодня вечером я пойду верным путём.

После того, как я прислушалась к прихожей, я тянусь за кулоном, который лежит в тайнике внутри матраса. Затем я сижу скрещенными ногами на полу и обкладываюсь подушками. Я держу ожерелье в своих руках и пристально смотрю на него. Оно сверкает красным, синим и фиолетовым, и, пока я продолжаю смотреть, жёлтый и оранжевый тоже появляются.

Теперь я в туннеле. Так просто, поэтому меня трясет. Я уверена, что так или иначе, мы, Оракулы, должны делать такие вещи. Это слишком легко, это может быть нашим естественным путем. Это как часть меня, пробудившаяся в первый раз, когда Смит показал мне, как войти в мои видения, и теперь я готова реализовать свой потенциал.

Но сначала Клара.

Я иду вперёд, и это похоже на восхождение на гору, но не так сложно, как раньше. Когда я приближаюсь к месту убийства, я начинаю менять сцену в своей голове. Первое, что мне нужно сделать, это выяснить, что, черт возьми, Клара Дэниелс делает в одиночестве, ночью, в тот же день, когда было совершено убийство.

Я смотрю так бесстрастно, как могу, пока жестокое убийство разыгрывается в обратном порядке. Я была права насчёт оружия; убийца в маске держит то, что выглядит как короткая бита с отвратительной эффективностью, и вскоре мы дойдём до точки, где они оба живы.

Я с облегчением и удивлением обнаружила, что через несколько секунд Клара идёт сквозь темноту. Он действительно увидел её и напал. Или это случится через несколько часов. Но что может заставить её идти одной? Во тьме. Когда убийца на свободе.

Я слежу за ней, всё больше и больше озадачиваясь, когда она идёт по рельсам через железнодорожную станцию, посереди самого неблагополучного квартала в Колдуотер, а затем вокруг строительства дизайнерского здания. Оттуда мы продолжаем идти в хороший район среднего класса. Я не очень хорошо знаю Клару за пределами школы, но после видения я подумала, что она жила возле вокзала и, возможно, у её родителей не было машины. Потому что тогда было бы разумно, что она шла туда.

Но, следуя за ней, я вижу как она поднимается по ступенькам красивого двухэтажного дома в полумиле от места убийства, а когда я пробираюсь через дверь позади нее, она вешает пальто и идёт назад, чтобы устроиться на диване.

Теперь я кое-что увижу, говорю я себе. Ссора с родителями, странное сообщение или телефонный звонок.

Но я не вижу ничего.

Она просто читает. Я паникую из-за времени — кто знает, сколько времени пройдет до того, как мама позовёт меня на ужин — я позволяю сцене двигаться дальше. Но наблюдение за ними в режиме реального времени не даёт мне больше ответов, наоборот. Во всяком случае, это даёт мне больше вопросов. Она читает книгу — роман, даже не домашнее задание работу или что-то ещё, — и затем, очень резко, она поднимает голову, наклоняет её в сторону и поднимается с дивана.

Это самая странная вещь, которую я когда-либо видела. Она ничего не говорит. Просто надевает пальто и выходит из парадной двери. Опять же, мы идем бок о бок, как будто мы с друзьями на прогулке, все время возвращаемся к туннелю. Дважды Клара останавливается и оглядывается туда, откуда мы пришли, но каждый раз, когда она поворачивается, она снова начинает идти.

Мы почти у поезда на станции, когда я понимаю, что слежу за ней так тщательно, что я почти пропустила свою реплику. Я не знаю, кто её друзья, поэтому, когда я иду рядом с ней, я говорю: