Боль ушла и ее сменила чудовищная ломота. Я повернулся к Творцу, но в его руке был не лук, а некий живой черный сгусток в форме трости.

— Иди, иди, время поджимает, — махнул мне Отец.

Я молчаливо стал карабкаться наверх. Сейчас бы думать о грядущей телепортации сознания, но из головы не шел Хло. Это было чертовски неправильно и несправедливо, что все должно закончится так, а не по-другому. И фейра, мой верный фейра, видимо, уловил мое настроение.

— Кирилл, не думай сейчас об этом. Там тебя ждут. Там ты нужен. У тебя впереди еще долгая жизнь.

— Тоже мне старик нашелся, — буркнул я.

— Все именно так, как и должно быть. Когда я шел сюда, то был готов умереть.

— Но случилось так, что мы добрались до самого конца, живые… А теперь…

Я замолчал. Легкая тряска прошлась по валунам и сверху нас засыпало каменной крошкой. Видимо, чем ближе мы подходим к конечной точке, тем ощутимее отвечает это место.

— Уже скоро! — крикнул снизу Отец, почему-то довольно потирая руки, уже куда-то спрятав мой трансформировавшийся лук.

Я достал книгу — меньше минуты. И толчки действительно стали чаще и ощутимее. Вот уж сверху откололся небольшой сталактит и разбился в тридцати шагах от нас.

— Я горжусь, что могу называть себя твоим другом, — протянул свою маленькую руку Хло.

— Взаимно, — обнял я его, — ты самый преданный и честный среди всех фейр, — жаль, что так.

— Я верю, что мы обязательно встретимся в следующей жизни.

Мне удалось лишь кивнуть. Никогда не мог назвать себя эмоциональным человеком, но сейчас слезы душили.

— Пора, — крикнул Отец снизу.

Хло отстранился и толкнул меня. Я сделал один неуверенный шаг назад, второй, оступился и полетел. Но в момент, когда голова уже должна была встретиться с острыми камнями, все исчезло. Темнота обняла меня, как родного, торопливо зашептала на ухо свои лживые и нежные слова, встрепенулась и сразу отстранилась, испугавшись яркого света. Я открыл глаза и увидел их…

— Получилось?

— Похоже. Вон, плачет.

— Кирилл… Кирилл!

Низенькая плотная женщина всплеснула руками и бросилась ко мне на грудь. Ее собеседник, стоявший рядом высокий седовласый мужчина, недоверчиво глядел на меня.

— Получилось, мам, получилось.

Теперь и отец позволил себе улыбнуться и, обойдя кровать с другой стороны, обнял меня.

— Ну как ты?

Я поднял голову и посмотрел на человека, задавшего вопрос. Мужественное лицо, крепкая фигура, широкий подбородок. Но взгляд, знакомый взгляд, который мне приходилось видеть сотни раз.

— Олег?

— Ну не папа же римский, — улыбнулся Навуходоносор, подошел и пожал мне руку. — Так как ты?

— Хорошо. Даже непривычно. Колени только болят

— Тот дурик, что в тебя вселен был, все время куда-то порывался уйти, вот и стучался коленями обо все подряд. Заживет до свадьбы. Кстати, о свадьбе…

Он отошел в сторону, и теперь я увидел ее. Света и правда оказалась похожа на себя игровую, разве что только цвет волос не такой ярко выраженный, да и лицо более бледное, с темными кругами под глазами. Но все же ее красота была в естественности.

Однако самое главное даже не это. Света стояла. На ногах, пусть и упираясь руками в какие-то странные изогнутые костыли.

— Ты стоишь?! — изумленно воскликнул я.

— Да, последняя операция дала плоды. Помнишь, когда я несколько дней не заходила. А потом занималась с физиотерапевтом, оттого и в игре редко появлялась. Думала, успею до твоего… перемещения самостоятельно стоять, но…

— Светочка у нас большая молодец, — мама наконец отлипла от меня, сделала шаг в сторону и обняла девушку, — очень сильная девочка. Повезло тебе, балбесу.

— Ну вот, и минуты не прошло, как я вернулся, а сразу балбес.

Я огляделся. То, что находился в больнице — сомнений не вызывало. Причем, судя по многочисленным койкам и свеженькому, но бедному ремонту — государственной, а не частной. Так, решетки на окнах, значит, контингент тут соответствующий. Собственно, если я оказался там, то в мое тело перенесся непись. Не зря Олег про колени рассказал. Могу представить, что этот засланец тут вытворял. Собственно, я в психушке или еще где хуже. Однако это меня не испугало.