– Хаос в большинстве случаев только управляемым и бывает.

Некоторое время мне потребовалось, чтобы обдумать услышанное. Ребекка меня не торопила - несколькими жестами она наколдовала бутылку вина и пару бокалов.

– Мы сейчас за кого играем? За порядок или хаос?

Пусть будут «союзники» - принял я решение. Ведь союзники – это не друзья.

– Мы сейчас играем за себя, - немного грустно улыбнулась Ребекка, поднимая бокал. А я вспомнил, что она говорила про чтение мыслей.

Вино оказалось терпким, сухим – у нас с чародейкой явно разные вкусы.

– Продолжим помогать тебе познавать окружающий мир, или будем искать Макленина?

– А Игорь? Давай посмотрим, где он сейчас и…

– Женя. Давай решать проблемы поступательно. Кто у нас первый на очереди – Макленин или Игорь?

Дворец висел в воздухе, освещенный яркими огнями. Чем ближе я к нему подлетал, тем отчетливей был слышен многоголосый шум веселой воскресной вечеринки.

Посадочная площадка – выступающая уступом справа от многоуровневого парка, смотрелась настоящей ярмаркой тщеславия. Здесь можно было увидеть самых разнообразных летающих тварей – змеев, пегасов, фениксов, орлов, грифонов, воздушных скатов, призрачных тварей и гончих пустоты. Края посадочной площадки будто обнимало зеленым парком – с фонтанами, бассейнами, барами под открытым небом – что позволяло прибывающим показать себя сразу, а присутствующим беспрепятственно на других посмотреть.

Несмотря на обилие разнообразных гостей, я сразу сумел привлечь определенное внимание. Приземлившись по центру площадки, подождал некоторое время, когда многочисленные группы по интересам окончательно замолкнут – еще не все обратили на меня внимание. Краем глаза то и дело наблюдал, как очередной участник вечеринки получает от приятелей легонько в плечо, или просто оборачивается на меня по указующему жесту. Приостанавливались официанты, перегибались через бортики бассейнов девушки и парни, вставали из-за столов и подходили ближе многочисленные компании – большие и маленькие.

Убедившись, что привлек достаточно внимания, я спрыгнул с крылатого, штатного коня Ордена – закованного в броню гнедого жеребца с красными глазами и объятыми укрощенным пламенем копытами.

Пленницу с широкого крупа снял не очень аккуратно – пронзительный вскрик, когда связанная девушка упала на брусчатку, в наступившей тишине разнесся достаточно громко. Резко, но без особой грубости я помог подняться невольнице на ноги, и легким тычком под ребра наказал ее за попытку возмущенно дернуться – вызвав еще один невольный и злой возглас боли.

Присутствующие подходили ближе, уже начиная переговариваться – вокруг меня повис устойчивый гомон. Как не велико разнообразие гостей закрытых вечеринок, вряд ли здесь появлялся когда-нибудь рыцарь Ордена хранителей, привозя качестве пленницы жрицу светлых богов.

В этом мире красно-золотая униформа превратилась в глухой, но очень легкий – практически не стесняющий движений доспех. Сейчас дополненный изящным золоченым шлемом, похожим на шлем гоплита коринфского типа – с плотными загнутыми нащечниками, закрывающими почти все лицо.

Действуя показательно неторопливо, я убрал коня в инвентарь – демонстративно откинув для этого полы красно-золотого плаща с крупной эмблемой ордена. И только после взялся за веревку, обмотанную вокруг шеи жрицы поверх грубого мешка, накинутого на ее голову. Кроме него на босой пленнице была лишь легкая – воздушная до прозрачности белая туника и массивные кандалы на заведенных за спину руках. Кисти рук невольницы горели периодически пульсирующим белым светом – признак обладания святой силой, сдерживаемой сейчас магическими кандалами.

Сопровождаемый заинтересованными взглядами я уверенно двинулся ко дворцу. Многие из присутствующих последовали за мной – на некотором удалении. Столь пристальное внимание было неудивительно – подобный интерес мог бы вызвать сотрудник госнаркоконтроля в парадной форме, явившийся на автопати рейв-фестиваля со своим кальяном и обдолбанной в ноль спутницей легкого поведения.

У арки выхода в парк путь мне преградило два стражника. Я продолжал идти, не обращая на них внимания, сохраняя внешнюю невозмутимость – только боги знают, чего мне это сейчас стоило. За секунду до столкновения стражники прянули в стороны, один из них при этом воздел руку в останавливающем жесте.

– Ты что-то хотел? – обратился я к охраннику.

– Необходимо приглашение, господин.

– Приглашение… мне? Ты в своем уме, солдат? – продемонстрировал я крайнюю степень удивления и фыркнув возмущенно, двинулся дальше через парк. Еще и пробормотал презрительно про разведенную здесь богадельню и небрежение к рыцарям Ордена. Негромко – но так, что услышали находившие совсем рядом зрители.

Пока шел через парк, пленница периодически зло мычала под мешком – вызывая пересуды у сопровождающей меня толпы. Несмотря на самые разные зрелища по сторонам, иногда и откровенно шокирующие – молодежная закрытая вечеринка давала сто очков форы приему у Орлова, я продолжал невозмутимо двигался вперед.