Около пары минут я приходил в себя, пытаясь переварить услышанное. В моей голове не укладывалась та информация, которую Макс вывалил на меня. Я всегда видел в нём неисправимого кутилу, любителя цыпочек и бухла, и вот в одно мгновение этот образ оказался развенчан. Никто не делал секрета из того, что всем нам пришлось туго из-за навалившегося на нас дерьма, но по-моему даже Лёха не переживал это так остро.

Я вновь оглянулся на парней, невольно подумав о том, что, быть может, им всё это время было так же паршиво, как и Максу. Но поверить в это означало, что в нашей дружной компании имеются секреты, в отсутствие которых я так свято верил все годы нашей дружбы.

— Что ещё ты забыл мне рассказать?

Мой голос прозвучал на удивление спокойно, ничем не выдавая бурю, беснующуюся внутри.

Макс поднял на меня виноватый взгляд.

— Я не хотел, чтобы ты знал об этом. Я и парням ничего не сказал; ты же знаешь, что у Лёхи язык не держится за зубами, рано или поздно он бы всё тебе растрепал. Я всё это время чувствовал себя виноватым перед тобой за то, что сравнивал тебя с Никитой. Даже дебилу стало бы ясно, что между вами общего ещё меньше, чем между небом и землёй, и я чувствую себя последним куском дерьма за это. Так что, — подытожил он свой монолог, — если захочешь набить мне морду — я готов.

Вздохнув, я кое-как поднялся на ноги, затёкшие от долгого сидения в одной позе, и, подойдя к Максу, положил руку на его плечо.

— Всё нормально.

И плевать на то, что на самом деле нам до отметки «нормально» как до Плутона в ржавом звездолёте.

Повертев головой по сторонам, я представил среди этого бедлама Ксюху.

— Твою мать! — выругался я и направился в комнату прямиком за телефоном: из-за произошедших событий из головы совершенно вылетела мысль о том, что она уехала домой.

На телефоне ожидаемо обнаружилось три пропущенных звонка от моей малышки. Я тут же набрал номер.

— Кирилл? — с первого гудка ответила девушка, словно всё это время просидела с телефоном в руках.

От звука её голоса на душе сразу как-то полегчало, и я подумал о том, что у меня всё же есть негласное средство от депрессии.

— Прости, я не слышал твоих звонков, — искренне извинился я. — Как прошёл разговор с родителями?

Девушка хмыкнула.

— Мама решила, что ты просто-напросто со мной развлёкся и через пару дней бросишь, поэтому и закатила накануне истерику.

— Я не собираюсь тебя бросать, — раздражённо бросил в ответ.

Хотя, справедливости ради, стоит отметить, что на месте Ксюшиной мамы я рассудил бы точно так же: богатенькие мажоры редко отличаются порядочностью. В конце концов, поначалу я ведь именно так и собирался сделать, — соблазнить и кинуть.

— Мне об этом известно, — промурлыкала Ксюша, и я тут же испытал жгучее желание оказаться рядом. — В общем, домашнего ареста удалось избежать, и все остались живы, хотя и эмоционально потрёпаны.

— Давай встретимся?

Мне было необходимо увидеть её прямо сейчас. До боли сжать в объятиях и вдохнуть родной запах, чтобы хоть немного восстановить силы и самообладание.

— Конечно, — тут же согласилась она. — Где?

— Я заеду за тобой через час.

— Хорошо. — В голосе Ксюши сквозила улыбка. — Люблю тебя.

Не сдержал довольную улыбку.

— Я знаю.

Рассмеявшись, девушка отключилась.

— Я тоже тебя люблю, — произнёс в пустоту и отправился приводить себя в порядок.

К тому времени, как я принял душ и спустился вниз, парни уже пришли в себя и потягивали на кухне минералку, которая всегда была в холодильнике в ассортименте.

— Интересно, куда это он собрался? — недовольно пробурчал Егор, стрельнув глазами в мою сторону.

Я закатил глаза.

— Даже и не знаю, что предположить, — насмешливо отозвался Костян. — Вариантов-то куча. Хотя нет, один-единственный.

— Идите к чёрту, — усмехнулся я, хватая со стола свою дозу минералки.

Видеть парней в приподнятом настроении было сродни второму дыханию, а, может они все, как и я, держались на честном слове, но об этом думать не хотелось. Впрочем, постараться забыть о проблеме — не значит избавиться от неё, так что надо придумать что-то, что сможет разогнать над нами чёрные тучи.

Сегодня впервые в жизни вместо своей любимой «Audi» я прошёл в самый конец парковки и, поколебавшись всего секунду, сорвал тент с «Hyundai Santa Fe», которую полгода назад получил от отца в подарок: родители не могли прийти к общему знаменателю по вопросу консультирования компании, осуществляющей деятельность в коммерческой сфере. Им требовалось непредвзятое мнение извне, чтобы получить объективный совет; я принял сторону отца. Разумеется, матери пришлось это не по вкусу, она неделю разговаривала со мной через пень-колоду. Я относился к такому поведению, как в детском саду воспитатели обычно реагируют на капризных детей — со снисхождением. Машина была мне не нужна, поэтому всё это время простаивала в самом углу парковки.