— Я могу помочь тебе, Таннер, — предложил сенатор. — Как и в прошлый раз, во время твоей болезни. Я могу сделать это для тебя снова, — спокойно сказал он. — Помочь тебе.

Каждое движение Таннера было нервным, на его лбу выступили капли пота. Его белая рубашка была влажной и пожелтела в районе подмышек.

— Хочешь мне помочь? Можешь убраться к чертям собачьим с моего пути! — закричал Таннер. — Мне нужна только она! — Он указал пистолетом на меня, а затем снова на отца.

— Как я могу тебе помочь? — спросил сенатор.

Хороший переговорщик больше спрашивает, чем отвечает… Я вспомнила слова, принадлежащие отцу.

Таннер рассмеялся и облизал нижнюю губу. Затем прикусил ее и сморщил нос.

— Можешь нахрен сдохнуть.

Первое, что я услышал, это хныканье. Негромкое мяуканье, доносящееся из лодочного домика.

Щенячьи глазки.

Я осмотрел комнату, но не увидел ее. Вместо этого мой взгляд упал на сенатора, стоящего между кухней и главной комнатой спиной ко мне.

Я с хрустом размял суставы.

— Где она, мать твою?

Моим ответом был взрывоподобный выстрел в грудь сенатора. Он буквально разорвал ее. Кусочки костюма вместе с плотью и кровью окропили теплыми и влажными каплями мою одежду и кожу. Сенатор упал на пол, его глаза закатились, когда он начал захлебываться из-за попыток вдохнуть воздух. Кровь вытекла через рот, испачкав щеку.

Какого черта?

Я перевел взгляд с умирающего сенатора у моих ног туда, откуда был сделан выстрел. В кухонной зоне, с пистолетом, направленным на меня, стоял Таннер. Золотые часы сенатора красовались на его запястье.

— Ты?

— Это ищешь? — спросил Таннер, приподняв запястье и указав на часы. — Милые, да? Сенатор дал их мне вчера вечером после вечеринки. Свадебный подарок своему новому зятю. — Его лицо становилось таким же красным, как и шея, а взгляд снова сосредоточился на мне, когда парень выставил пистолет перед собой и заговорил: — Но, думаю, не такой хороший, как тот, что ты дал Рэй, — буквально выплюнули мне.

— Проклятье, где она? — взревел я и сделал шаг к нему. Но он поднял пистолет, тем самым остановив меня. — Скажи мне, где она сейчас, и я обещаю, что убью тебя быстро.

— Сядь, бл*дь, на стул, пристегни себя наручниками, и, возможно, я скажу тебе, где она. — Таннер указал на одинокий, стоявший в центре комнаты, деревянный стул.

— Пошел ты.

— Позволь мне перефразировать. Сядь на этот гребаный стул и пристегни себя к нему, иначе я застрелю ее также, как только что ее папочку. Но на этот раз буду целиться в ее долбаную голову, потому что там находится причина всех проблем, — сказал Таннер со злобным блеском в глазах.

Я сделал так, как он просил, и сел на стул. Он бросил мне пару наручников.

— К стулу. За спиной. — Я пристегнул сначала одну, а затем и другую руку, продев цепочку через спинку стула. Таннер подошел ко мне сзади и затянул наручники. — Знаешь, я рад, что нанятый мной для твоего убийства придурок, не смог выполнить ту чертову работу, за которую ему заплатили, потому что как там говорится? Хочешь, чтобы что-то было сделано правильно, значит убей сам.

— Что за гребаную игру ты здесь ведешь? — спросил я.

— Это не долбаная игра, дебил. Это моя жизнь. Жизнь, которую ты пытаешься отнять у меня. Ты же не думал, что я просто уйду в сторону и допущу это, не так ли? Она должна быть моей женой.

— Нет, черт возьми, не должна, — ответил я. Мне потребовался весь мой самоконтроль, чтобы не уничтожать этого парня голыми руками.

— Нет, бл*дь, должна! Мы произнесли обеты, черт возьми! — Таннер топнул ногой, и его лицо стало ярко-красным. — У меня есть гребаное благословение ее отца!

Он оглянулся на неподвижно лежавшего на полу сенатора.

— Или... мне стоит сказать, было, — Таннер улыбнулся своей белой, маниакальной улыбкой. Белки его глаз налились кровью, а кожа вокруг глазниц покраснела.

Я потянул наручники, руки чесались причинить ему любую боль, но сдвинуть их с места не получилось.

— Слушай, ты, долбаный дилетант, нет ни единого варианта, при котором тебе удастся выйти отсюда. Даже если убьешь нас, тебе не выйти сухим из воды.

— Я? Не собираюсь ни от чего уходить. Я всего лишь зять. И буду потрясен так же, как и все остальные, услышав об убийстве сенатора. — Он разыграл удивление, приложив руку ко рту. — Но я также буду весьма рад услышать, что человек, который его убил, Брэнтли Кинг, преступник с послужным списком длиннее футбольного поля, также был найден мертвым.