– Чего тут можно не понять? Исаев – скотина! Он привез меня сюда, обещал, что будем жить одной семьей. А что теперь? Прошло несколько недель, а он уже привел бабу! Я ненавижу этих мужиков! Я вернулась домой утром, и ее духи еще не успели выветриться!

Я замерла. В своей короткой реплике, Настя наговорила того, чего совсем не следовало слышать Семену и Свете. К моему ужасу, я была так ошарашена, что не могла подобрать слов. Я искала помощи в глазах Светы, но та, состроив лицо «попандос», медленно спряталась за стеллажом. Семен помрачнел. Неужели, он все понял?

Я придала своему голосу спокойный тон.

– Тебе нужно успокоиться, Настя. Хочешь, прогуляемся в кафе?

– Никакого кафе не будет, - вмешался Семен. – Света, дай девушке воды, - грубо скомандовал он.

Мой разум с трудом переваривал эту ситуацию. А мое лицо, предательски меня выдавало. Я была более чем взволнована.

– А тебя, - Семен проткнул меня ярым взором, - я хочу позвать на разговор.

На разговор? Только хочет? Не приказывает? Значит, я могу отказаться?

Когда Семен потянул меня за руку, я с досадой поняла, что это была не просьба, а приказ. Следуя за ним, я даже не старалась придумать оправдание, потому что, ни в чем не собиралась признаваться.

Дернув за руку, Семен закинул меня в служебное помещение и захлопнул дверь.

– Что ты творишь? – негодуя, спросила я, потерев свое запястье.

– Что я творю? – он истерично усмехнулся себе под нос. – Ничего не хочешь мне сказать?

– О чем ты вообще?

– Что происходит, Даша?

– Я не понимаю тебя.

– Ты ночевала в старой квартире! – вспылил он. – Ты знала, что он вернулся в город?

Я поджала губы, отведя взгляд в сторону.

– Знала!? – повторился он, но я молчала. Так было проще, чем врать, а тем более говорить правду.

Воспоминания о прошлой ночи пронзают меня, и я чувствую, как внутри меня все погружается в тень. Все вокруг мутнеет. В мыслях материализуются воспоминания о мгновениях, проведенных вместе с Захаром. Я тут же отгоняю их и непроизвольно встряхиваю головой.

– Боже мой, - шепчет ошарашенный Семен. – Как я сразу не понял?

Наши взгляды встретились. Его пораженный, мой виноватый. Благодаря Захару, я научилась не бояться. По этому, гневное лицо Семена, кажется небольшой неприятностью.

– Ты была с ним? – спросил он. – Была!?

Тишина.

Он медленно подошел ко мне и тяжело вдохнул, а потом последовала грубая пощечина.

Ухватившись прохладной ладонью за горящий участок кожи, я раскрыла рот.

– Как ты посмел? – процедила я, чувствуя дикую ярость. Зачем, он это сделал? Ведь я ни в чем не призналась? Он не мог доказать мою вину, никак. Это были лишь его предположения. И пусть они верны, я не призналась

Его глаза налились испугом.

– Прости, - выдохнул он. – Прости, Даша. Я не знаю, что на меня нашло, - он подбежал ко мне и попытался обнять.

– Отпусти, - рычала я. – Убери свои руки!

Но он не останавливался, пропуская мою «просьбу» мимо ушей, он словно обезумевший прижимал меня к себе.

– Отпусти!

– Прости меня. Прости.

– Отойди от меня!

Я решила пойти на крайности и плюнула ему прямо в лицо, и тогда он отпрянул от меня. Семен вытер лицо ладонью, я впервые видела его таким растерянным. По моему лицу хлынули слезы. В воздухе повисла тишина. Так странна, я была виновата перед ним, а вела себя так, будто меня обидели.

– Даша…

Я выбежала из помещения, сбивая все на своем пути. Минуя Настю и Свету, я в спешке покинула магазин. Оказавшись в ста метрах от этого места, я облегченно выдохнула. Я хотела этой свободы больше, чем когда-либо, пусть даже таким грязным путем. Слезы не желали останавливаться. В тот момент, я поняла, как тяжело будет объясниться перед Семеном, ведь долгожданную точку, я так и не поставила.

Бедная Света, ничего не объяснив, я повесила на ее плечи, двух совершенно неуравновешенных людей. Если быть откровенной, то в эти минуты, я думала лишь о Захаре. Я знала, что смогу оправдаться перед подругой.

***

Я искусала все губы, пока дожидалась Захара. Прячась в кафе «Райский сад», я то и дело, вглядывалась в окно, ища глазами знакомый автомобиль. Звонков на мобильный телефон не поступало. Алексей Львович, понимающе не задавал лишних вопросов. Все было приемлемо, кроме того, что Захар задерживался.

Признаюсь, я переживала, что он не приедет. Оставалось только тешить себя надеждой, что все дело в пробках. Это ожидание было невыносимым.

Мои глаза засверкали, когда черный автомобиль припарковался у обочины. Вылетев из кафе, я метнулась к машине. Распахнув дверцу, я уселась на пассажирское сиденье. Я напоминала собой верного щенка, встречающего своего хозяина, оставалось только повилять хвостиком.