За рулём Даша. Ведёт машину аккуратно и плавно, как подавляющее большинство женщин. Выглядит первоклассницей на уроке за школьной партой. Спина прямая, расстояние от груди до руля — по инструкции. Руки на руле — обе, чётко расположены по противоположным сторонам, можно не проверять — угол между ладонями совпадает до секунды. Вопросов не задаёт и ничего не уточняет. Молчит, сосредоточенно глядя на дорогу и лишь иногда бросает на меня короткий взгляд — как там я?..

Я же с опрокинутым лицом, что называется, в подавленном состоянии и обмякший мозгами и телом, и тоже еду — пассажиром на пассажирском сидении, кивая головой всем неровностям на дороге и лишь на инстинкте, успевая затормозить свою голову и не выбыть, собственным лбом, внезапно и быстро набегающее, дверное стекло. Может ладонь подставить? А может наоборот…

Но в конце концов жизнь, всё ж таки и как бы невзначай, начинает брать своё — на чём-то взгляд вдруг задерживаю, что-то начинаю подмечать. Да и обстановка вокруг, начинает очертания приобретать и не только вблизи, но и вдали, контрастнее как-то становится, заметнее.

Эмоции вдруг начинают взбрыкивать — реакция на тех кто едет, особенно на тех, кто норовит поперёк.

За воспоминания начинаю цепляться и тоже так, как бы невзначай. Даже анализировать пытаюсь, правда, без особой надежды. А чего делать-то? Ну вот, от нечего делать и пытаюсь...

Нет, вообще-то надо бы — мозги пожёстче впрячь и вспомнить всю эту канитель. И если уж не потому, так… Ну хотя бы для того, чтобы определиться наконец, куда мне податься — то ли пойти и записаться в люди Y, на полном серьёзе и без дураков. Ну а уж если нет… Ну тогда пойти по накатанному пути и так будет ловчее, по веками проверенному — таблетки начать глотать, для мозгов, или наоборот — от них, а это уж куда серьёзней и тоже… без дураков.

Лады. Попробую...

…немного прошлого – ------------

Я падал…

Падал в бесконечность. Панический страх сковывал тело. Судорогой сводило скулы. Преодолевая вселенский ужас перед неизвестным, прилагая неимоверные усилия я выдохнул, выталкивая сквозь стиснутые зубы горловое рычание. И услышал свой крик:

— Ззыэаа! Фух… Ох.

Мышцы ноют во всём теле и значит я жив. Левое затёкшее бедро пронзает сотня невидимых иголок. Глаза, как будто бы вылиты из чугуна и опущены в глубокий колодец — их не хочется открывать.

— Ммм!

Преодолевая боль, меняю положение тела — становится легче…

Вновь и непреодолимо, затягивает в сон, не дав сформироваться возникающим вопросам — мысли путаются, ощущения уходят…

— Ох.

Опять я слышу самого себя. Не открывая глаз, несколько секунд просто лежу и не пытаюсь что-либо предпринять. Издалека доносятся звуки города: шум моторов; вой сирены; удары гидравлического молота. В ноздри бьёт густой запах мочи.

Поворачиваю лицо немного влево… То же самое. Справа... Влажной землёй, бетоном, но мочой больше. Гаражи?

Преодолевая тяжесть в глазницах открываю глаза и осматриваюсь. День и тепло. Осторожно поворачиваю голову вполоборота и перевожу взгляд вверх…

Я в гаражах. Сижу на земле, вытянув ноги, руки лежат поверх ног ладонями на коленях, спиной и затылком опираюсь о гаражную стену. Прямо передо мной, метрах в пяти, бетонный забор. За забором и вдоль него, верхушки кустарника и деревьев с зелёной листвой. Лето. Синее небо и почти без облаков. Солнце не вижу, но по ощущениям вторая половина дня, ближе к вечеру. Снова тянет в сон — не противлюсь. Прикрываю глаза и проваливаюсь в забытье…

— Ммм, сука.

В этот раз из сна выхожу более осознанно, но тело опять затекло и теперь уже ягодицы, и поясница подвергаются обстрелу сотнями невидимых стрелок.

По интенсивности дневного света и по внутреннему хронометру сон не был продолжительным. Глазам намного лучше, да и тяжесть, и ломота в теле ощутимо отпустили. Опершись руками о землю и подтянув ноги, сажусь поудобней… Мозг ещё под воздействием сна и ему, пока что, подвластно только простейшее — смотрю на кроны деревьев и кустарника, и фиксирую изменяющийся цвет трепещущей листвы…

Мыслительный процесс — суть процесс объективный и с каждой секундой зрительный ряд воспринимается осознанней, предметы приобретают значение и всё весомее претендуют на осмысление. Поэтому, вопрос почему я здесь, возникает как должное.

Осматриваюсь ещё раз. Всё то же самое и не вызывает никаких ассоциаций кроме стойкого ощущения, что я с этим местом никак не связан — во что-то встрял, наверное и получил, а тут бросили.

Отряхнув ладони друг о друга осторожно ощупываю голову — ладонь чистая, голова не болит и не тошнит. Нет, не то. Сжав ладонь подношу ко рту и дую, тут же подношу к носу и втягиваю воздух. Нет, не отходняк.